Потревоживший сон президента Америки, чувствуя свою вину, мялся с ноги на ногу и виновато смотрел на секьюрити, сопроводивших его до двери спальни.
– Мистер президент, у меня экстраважное сообщение от Министерства обороны, приказано передать лично вам в руки.
Из-за двери снова раздался недовольный голос, но чувствовалось, что говорящий уже встал с кровати:
– Только не говори, что на нас Советы напали, этого еще нам не хватало!
– Не знаю, сэр, сообщение засекречено, – высокопоставленный курьер приготовил запечатанный конверт, выставив его перед собой.
Дверь резко отворилась. На пороге стоял сам президент США в пижаме и тапочках. Он громко зевнул, потер глаз и взял протянутый ему конверт.
– Тааак… что здесь у нас такое срочное должно быть, что меня в такой час из кровати вытащили!
Конверт под грифом «Совершенно секретно» был тут же вскрыт, и дрожащими от нервного напряжения пальцами из него был извлечен документ Министерства обороны. Глаза президента забегали по строчкам и стали медленно округляться. Глава государства нервно шевелил губами, снова и снова перечитывая короткое секретное сообщение. Он пытался осознать то, что сейчас видели и во что не верили его глаза. Наконец, президент опустил руку с документом, оглядел стеклянным взором присутствующих рядом людей и, ничего не ответив, задумчиво удалился в спальню, закрыв за собой дверь. Быстро дошаркав тапочками до тумбочки с телефоном, он снял трубку и все еще дрожащими пальцами набрал номер. Не прозвучало и пары гудков, как на том конце провода ответил женский голос.
– Да, мистер президент!
– Розмари! Срочно, просто немедленно свяжитесь с конгрессменами! Им необходимо в кратчайшие сроки покинуть свои дома вместе с семьями. Срочно, Розмари! Это дело государственной безопасности!
– Сэр! – в трубке раздался удивленный и взволнованный голос помощника президента. – Мы буквально вчера в рабочей обстановке пытались связаться с каждым из них, но понимаете, странная штука, восемьдесят процентов всех конгрессменов бесследно исчезло. Нет ни их самих, ни их семей. Я хотела вам сегодня сообщить об этом происшествии, но вы первый мне позвонили.
– Что здесь происходит, Розмари? Это заговор? Вы понимаете, что безопасность нашей страны под угрозой? Я через пять минут должен быть на командном пункте. Все, разговор окончен! Да, Розмари, дорогая! Давайте-ка тоже езжайте куда-нибудь на запад страны или лучше вообще куда-нибудь на другой континент, да как можно скорее. Поверьте, сейчас может начаться такое, что здесь никто не уцелеет!
Спустя десять минут.
Девственную утреннюю тишину предательски взорвал звонок телефона в спальне генерала Томпсона. Тот резко вскочил и снял трубку.
– Кто там еще? Да, Томпсон. Ой, мистер президент, простите, не узнал вас спросонья. Так, так, ясно. Что? Как? Это не ошибка? Твою мать! Ой, простите, сэр, выскочило неожиданно. Да! Так точно! Я понял вас! Никто ничего не будет знать, будет задействована только разведка корпуса морской пехоты и двое морпехов, которые принимали участие в прошлогодней операции. Да, конечно, я понял, я должен находиться дома, чтобы никто ничего не заподозрил. Буду докладывать о каждом шаге!
Генерал положил трубку и быстро набрал номер.
– Родригес! Быстро найди мне Мерфи и Джексона! Да, сержанта Дэвида Мерфи и рядового Дайрона Джексона. Как невозможно это сделать? Они в городе и никто не знает, где их найти? Включи мозги, воин! Где могут быть солдаты, вернувшиеся с войны? А? Что? Понял, где искать? То-то же! И ты мне голову больше не морочь, чтобы максимум через тридцать минут были у меня, иначе за невыполнение приказа под трибунал пойдешь! Все, понял меня? Молодец! Действуй! Родригес! Подожди, не вешай трубку. Давай срочно соедини меня с четвертой дивизией!
Через сорок минут.
Тарахтение армейского джипа, подрулившего к дому генерала Томпсона, распугало стаю ворон, мирно восседавших на деревьях. Те, ворчливо каркая, сорвались с веток и, сделав пару кругов над крышей дома, снова заняли насиженные места.
Из машины вылезли двое одетых с иголочки и все еще пьяных мужчин. Это были Мерфи и Дайрон, тщательно отмытые, выбритые и сменившие одежду, выданную ранее таксистом Эддом, на более подходящую. На здоровяке красовалась яркая гавайская рубашка, светлые брюки и ботинки, начищенные до зеркального блеска. Мерфи был одет поскромнее, но тоже достаточно модно. Друзья находились в бессрочном отпуске в связи с договоренностью Уильяма Деррика и генерала Томпсона предоставить это морпехам, в случае если они выполнят задание по спасению Маркуса Фастмувера. А резервная сумма, предусмотрительно оставленная Уильямом генералу, была честно выдана двум морским пехотинцам. Так что друзья, щегольски приодевшись, знатно оттянулись прошлой ночью. Только все испортил визит военной полиции, который перечеркнул все планы морпехов. Но приказ генерала Томпсона был для них святым, и вояки, добив до конца недопитую бутылку виски и шлепнув на прощание подружек по их упругим задницам, через минуту тряслись в армейском джипе.
