Странное чувство какого-то намечающегося, вибрирующего в воздухе, интима, который вот-вот случится между нами… Я замерла у открытой калитки, не в силах оторваться от его полуулыбки… Любое слово неуместно и я молчу.
Слава Богу, он заговорил, толкая калитку вперед и пропуская меня так запросто, словно Веры, хоть и спящей, за нашей спиной не было и в помине:
– Знаю, что не заслужил, но безумно хочу кофе!.. Угостишь усталого путника?
– Путника или спутника? – уточнила я, от всей души радуясь, что опять можно говорить, а значит подкалывать и шутить…
Момент для грехопадения упущен, он просто прохожий, а я – хозяйка своего маленького мира, в котором он лишь случайный гость… И кофе мне не жалко!.. Не знаю почему…
Мы медленно дошли до веранды, он с интересом вертел головой, словно ребенок в зоопарке. На веранде – с удовольствием плюхнулся в плетеное кресло и ласково погладил вязанную скатерть на столе.
– А мне нравится! Со вкусом живешь.
– Стараюсь.
И я пошла делать кофе.
Жаль, что я не Золушка! Но вовсе не потому, что в моей жизни не хватает принцев или стеклянных шпилек! На самом деле, я всегда хотела иметь таких пронырливых мохнатых зверьков, которые бы в мое отсутствие наводили на кухне рай чистоты и уюта, пока я, сломя голову, несусь на встречу к заказчику с папками под мышкой. Ну вот, правда, было бы здорово! Возвращаешься усталая, но счастливая – и… здравствуйте и пожалуйте – пролитый кофе кем-то уже вылизан, просыпанная мука сметена чьими-то хвостами, тарелки перемыты неугомонными енотами, полотенца развешены милыми голубками, расбросанные вещи – расставлены и разложены… И все, что требуется от тебя – просто им улыбнуться и кинуть горсть чего-нибудь съестного.
Увы, сегодня на мою кухню, с целью сделать мне приятное, никто не позарился… Погром, да и только. Бесполезно даже пытаться что-то "быстренько" здесь изменить к приходу гостя… Да он вроде и не напрашивался, и вполне доволен продавленным креслом.
Напрасно я понадеялась на его такт и манеры!
С кошачей бесшумностью он уже возник у меня за спиной…
– Ничего не говори, ладно? – выпаливаю я сердито.
– Господи, как же это мило, – неожиданно восклицает он.
Я оборачиваюсь, желая понять «градус» издевки: Зеро!.. Он вполне восторженно продолжает:
– Ты умеешь готовить?!! Боже, сколько сковородок! А эта штука – это духовка? И что же здесь пеклось, раз до сих пор так вкусно пахнет?!
Я играю в самодовольство и ставлю чайник на плиту.
– Чайник! – по-детски всплескивает руками, – не электрический?! С ума сойти, сто лет такого не видел.
– И что такого? – недоумеваю я.
– Как что?! Это просто круто и все! Как небо и солнце!
– А можно мне такой булочки? – он показывает пальцем на противень, где лежит одна оставшаяся нечетная булочка…
– Да ешь на здоровье! – разрешаю я пока делаю кофе.
– И кружки шикарные! Уговорю Веру купить такие…
– Не боишься, что она сейчас проснется и уедет без тебя? – не могу не «подколоть» я, услышав ее имя…
– Не-а! Ключик-то вот он! – он хлопает по нагрудному карману…
С довольной улыбкой смахивает с губ крошки и звонко прихлебывает кофе.
– У меня к тебе вопрос, – с набитым ртом говорит Леонид через пару минут, когда я протерла стол и уселась на него со своей кружкой.
– Какой?
– Можно мне посмотреть на твою мастерскую?
– ???
– Я не шучу и не прикалываюсь. Просто разреши мне посмотреть! Всегда хотел побывать в мастерской настоящего художника.
– А я не художник, я – дизайнер.
– Это ты Вере лапшу на уши вешай, хорошо? Когда ей этого захочется, а я тебя понял: ты – не как все!
– Ну допустим.
– Покажешь мастерскую?
– Вверх по лестнице, только голову береги, – кричу я вслед стремительно взбегающей вверх фигуре, – там все не твоего роста!..
Слышу его шаги наверху, но ни малейшего желания следовать за ним, хотя и чувствую себя гораздо лучше… Почему-то мне интересно, что он скажет, когда спустится. И он возвращается с непонятной полуулыбкой:
– Ты любишь пальмы?
– Не пальмы, а то ощущение лета, которое они дают зимой. В детстве у нас дома никогда цветов не было, а когда поселилась здесь – мне подарили первую пахиру. Оказалось, они удивительно неприхотливы и быстро растут…
– Обалдеть, – тихо проговорил он, качая головой… явно не про пальмы.
– Что такое? – не поняла я.
– Потом сама поймешь, – пробормотал он и с интересом начал разглядывать фотографии на стене, – Твои дети? Хорошенькие!
– МАРГО.
– Не понял?
– Это дети Маргариты, мои племянники…
– Так она вроде не замужем?
– Так и есть. Только дети.
– Бывают такие козлы? – вдруг помрачнел Леонид, – Мне, что, теперь должно быть стыдно за то, что я мужчина?
– Вообще-то да! Кому как не тебе, – не выдержала я желанного нейтралитета
– Подожди, ты что же это? Поишь-кормишь меня, а сама уверена, что я – гад ползучий?
– Ну… не гад… Но змей – точно! Трахаешь и подругу, и сестру, пока будущая жена спит в багажнике, – вспылила я, соскочила со стола и быстро вышла мимо него на улицу, чтобы поскорее закрыть предательский рот дежурной сигаретой.
Он вышел следом.
– Ну во-первых, – прежде, чем осуждать… Я не понимаю, зачем тебе все это говорю, но раз говорю, повторять не стану:
