– Спал я только с подругой. Это правда, не устоял, соблазн был выше очарования… Но она такая забавная, и живая, и разносторонняя – с ней очень весело и интересно… Мне бы и этого было достаточно – просто общаться, время от времени встречаться, болтать и вместе смеяться…Но посмотри на меня.
– Смотрю.
– Я давно уже заметил. Все женщины от 18 до 50-ти хотят от меня одного – чтобы я их, да-да, «трахнул». Причем без лишних слов и эмоций. Сухо, по-деловому. ОНИ даже детей от меня не хотят! Не хотят меня слушать и спрашивать «как дела на работе?».. Только секс.
– А ты не такой?
– Я давно устал просто трахаться… И на Вере женюсь, потому что она меня не хочет… Мы с ней с детства знакомы… По большому счету – мы отличные приятели, умеющие друг друга не раздражать лишний раз. При этом она не умеет готовить, но зато отлично ведет бизнес. И если вдруг из Белого дома меня «попросят», а мы там все «под Богом» ходим, то я не окажусь с голым задом на улице.
– Так у тебя – брак по рассчету?!
– Представь себе… И при этом ей побоку с кем я и когда, она не умеет ревновать и сцен не устраивает.
– Т. е. если очень захочешь секса – у тебя карт-блаш?
– Ну… как-то так…
– А Марго?
– Да она обалденная девушка! Столько всего знает! Мы с ней очень классно поболтали пока ехали в первый раз из Москвы… У меня не было и нет никаких задних мыслей – просто хорошее общение. Ведь среди моих сослуживцев – болтать не принято. А уж если и начинается разговор по душам – то машины или любовницы и у кого отель в Турции имел больше звезд. Тоска смертная!
– Значит ты в Москву к Марго помчался – просто поговорить?!
– Представь, ДА… Я – общительный человек, пойми. Но все эти «чаты» и «Контакты» – не для меня… Вера сейчас всегда занята, ей не до меня. Аня – захотела большего… А Маргарита – такая милая и добрая, прекрасно рассказывает и «вкусно» слушает, что с ней хочется говорить и говорить.
– А если она в тебя влюбится?! – не выдерживаю я.
– Зачем?
– Как зачем? Ты себя в зеркало когда последний раз видел?
Леонид беспомощно развел руками:
– И поэтому со мной нельзя просто поговорить, без «далеко идущих планов»?
Звонок в его кармане.
Смотрит на экран и грустно улыбается.
– Веруня проснулась! Мне пора… Спасибо за кофе.
Поставил допитую кружку на стол и удалился. Бесподобный гул не оставил сомнений в том, что «джаг» снова исчез с моей парковки…
Около одиннадцати вечера, когда я почти закончила «играть в Золушку» на своей кухне, сделав всю «черную» работу без пушистых помощников, раздался звонок.
Вот это да! Я же совсем забыла, что собиралась выключить телефон и не сделала этого.
И кому не спится?! Принцесса КакАнька! Отвечаю машинально, в процессе понимая: дурацкая привычка, не быть не доступной каждое мгновение жизни! А вдруг я – кому-то нужнее, чем себе?..
Но сейчас надо было предвидеть… Ведь это не сложно – не отвечаешь и все! Тебя нет, ты спишь, села батарейка, сбой в сети – хороший человек сам с готовностью придумает за тебя тысячу удобных объяснений…
А теперь – ЧТО Я ЕЙ СКАЖУ???
– Лисенок, приветик! – промурлыкала КакАнька так сладко и протяжно, что если бы я не знала, при каких обстоятельствах и где ее оставила, то решила, что она свернулась клубочком в постели и решила поболтать со мной, как говорится, на сон грядущий…
– Виделись, – без энтузиазма отшучиваюсь я.
– Я что-то не поняла. Почему твоя машина стоит во дворе, а тебя – здесь нет?
– А потому, моя дорогая, что мне пришлось отвозить твою собутыльницу, и потом ехать к заказчику… И сил на маршброски не осталось… Один… знакомый меня любезно подвез до дома…
– Да ладно тебе!.. Собутыльницу!.. Не будь букой. Отличная девчонка, компанейская, и платья мои ей понравились. Правда, я не помнила, чтобы она что-то купила или хотя бы выбрала. Но это я потом у Антона спрошу, – зевнула она и продолжила, – А Данил – такой лапочка… Все успел, представляешь!.. Ему завтра осталось только свет подключить, он обещал мне помочь, чтобы электриков в панике не искать. Представляешь, вот только что его проводила… А там твоя машина стоит. Вот и решила узнать, что за дела творятся…
Я слышала ее сладкую, до ушей, улыбку, слышала как все длиннее она тянет гласные в словах, так было всегда, когда жажда деятельности в ней сменялась энергонакопительным режимом после долгих дней непрерывного «горения». И тем не менее… А что мне оставалось делать?
– Но ты хоть знаешь, за КОГО выходит твоя сегодняшняя собутыльница?
– Перестань повторять это слово. Ты же знаешь, я просто устала, мне хватило двух бокалов… Так за КОГО?
– Выбирай сама: если скажу – ты расстроишься, а я буду гонцом, которого следует пристрелить. Если не скажу – ты скоро все узнаешь от кого-нибудь еще, и тогда уж точно обвинишь меня в предательстве…
Повисла пауза… И голос другой, собранной и волевой КакАньки произнес:
– Ладно, гонец, говори!
– Это ОН.
– Я так и знала.
Аня отключилась, а я не знала, что делать дальше – мчаться к ней успокаивать или положиться на ее богатый опыт разочарований в любви и не беспокоиться.
