Мародер. Часть третья. Черная Вдова полностью

— Предлагаю взять, — сказал я. — Расстреляем кабину, если грузовик, грузимся, придётся стоя ехать, и уезжаем. Это даст нам возможность уехать далеко.

— Попробуем выйти в свет фар с оружием и остановить, вдруг получиться? — сделал своё предложение капитан.

И получилось. Грузовик оказался военным, «М35», американцы своё старьё поставляют пакистанцам. За рулём солдат, рядом офицер сидел, их быстро в ножи взяли. Афганцы сами, не жалея. Оружие с тел по ним же и разошлось. Пока одни по тем, кто в кабине сидел работали, мы в кузов осмотрели. К счастью, без солдат, но тюков хватает. Всё выгрузили, скинули к телам на обочину. Я один тюк прихватил, в Первое хранилище, не понял, что там такое. Форма что ли? Главное загрузились, даже четверо в кабине, сидели на коленях друг друга, потому как кузов переполнен, действительно стоять пришлось. Хотя сам кузов довольно большой. Развернув машину, мы покатили к Пешавару. За рулём капитан. А мы трое, рядом.

— Вот перекрёсток, это в сторону границы объездная дорога, — показав, сообщил я.

— Да знаю я, был уже тут, — буркнул капитан, но повернул и разгоняясь мы катили дальше.

Сам я сидел на коленях лейтенанта и Рафика. Приклад оружия в пол упирал. Двигались почти час. Если на базе бандитов и была тревога, мы давно удалились и не видели это. Пограничный пункт подсвечивался, за ним уже афганский, мы же съехали с дороги и покатили вдоль границы. Пакистанцы похоже удивились нашему появлению и что в сторону уходим. Помигали фонариком, видать запрос по рации был, но мы не ответили, однако, уехали. Удалились километров на четыре. Тут камни пошли, на машине дальше никак, и так в яму ухнули, и удар. Похоже на валун наткнулись. Из кузова мат доносился. Вот так выбрались, под машиной текло масло из разбитого кратера, дороги нет, наугад ехали, так что бросив машину, собрались, раненых несли, и двинули на северо-запад, шли до упора. Границу давно пересекли, тут нашли козью тропку и шли по склону гор, поглядывая вокруг. Уже светало, потом совсем рассвело, но мы упорно шли. Старались выйти на трассу Пешавар-Джелалабад, но тропки всё уводили в сторону. Обезвоживание, голод, но мы шли.

— Мы уже в Афганистане, — бурчал я в спину лейтенанту. — Одеты как моджахеды, вооружены как моджахеды. А если засада наших?

Тот неожиданно остановился, отчего я уткнулся ему в спину. Вообще мы втроём, с Рафиком, шли в передовом дозоре, остальные чуть позади. Пока же взводный развернулся, подумал, и стал раздеваться.

— Ты прав, — скидывая тряпки, сказал тот.

— Теперь и на солнце сгорим. Но лучше сгореть чем своими убитыми быть, — воздохнул я.

Ну вот тянуло поворчать, сил не было сдержаться. Это от обезвоживания. Подошедшие афганцы покивали нашим выводам, так что мы дальше двинули, по сути обувь осталась и набедренные повязки, да я платок как бандану повязал. А действительно припекать стало, но если что, внимание привлечём. Надеюсь если наши, то сразу стрелять не будут. Повезло найти родник, попробовали, вроде без привкуса, и все жадно пили, не обращая внимание что тот вытекал из-под скалы и был ледяной. Кто-то ещё и помыться умудрился, там в ложбине набралось едва по колено, но можно было полежать. Я ещё и запас потом сделал литров сто чисто и холодной. А то уже подумывал достать котёл, хоть бульона бы попили. А сейчас подмываю достать мясо и лепёшки, прикидывая как объяснить их наличие, как вдруг раздался выкрик:

— Стой, стрелять будем! Кто такие?

Машина, дёрнувшись, замерла, и двигатель смолк, отчего я проснулся, протянувшись на тюках с мешками овечьей шерсти, это был груз в «шишиге». Сейчас услышал, как хлопают двери машины, и дотянувшись ногой, пнул слегка лейтенанта, а когда тот зашевелился, будя и Рафика, сказал им:

— Приехали похоже.

Тут и голос особиста у заднего борта раздался:

— Эй, потерянцы. Вылезаем, приехали.

Вот так мы, в новенькой форме ХБ, без знаков различия, с почти пустыми вещмешками, и стали аккуратно выбираться из кузова машины, откинув тент у заднего борта. Семь дней прошло с момента побега и когда наткнулись на патруль мотострелков у дороги. Хорошо до стрельбы не дошло, опознались. Нас сразу разоружили и на дорогу, та оказывается совсем рядом была. Вскоре машины подошли, и в Джелалабад. Да по сути следующие пять дней мы лежали чистые, побритые, на белых простынях в палате медико-санитарной роты. Нас после осмотра лечили, даже особисты и контрразведчики, что допрашивали, приходили сюда, в палаты. Афганцев нет, их свои забрали, те всё подтвердили, и что побег был, и где содержали, и что инициатором мы были. Точнее я. Память кстати не восстановилась, мне диагноз амнезия ставили, но в лёгкой форме, все навыки имею. По личной жизни памяти нет. Даже прибыл старший особист нашей бригады, она в Кундузе стояла. Сутки с нами работал. В принципе, претензий к нам нет, вели себя достойно, в плен раненными попали, и забрал. С очередной колонной повезли, в кузове грузовика, там интенданты что-то мутили, шерсть-то зачем возить? Однако мягко было. И отдохнули, и выспались. Сутки в дороге. Мы ещё в Кабуле стояли, ночевали там, утро следующего дня выехали и вот в прибыли в часть. Ну да, а кто нас отпустит, мы военнослужащие? Васильеву осталось отслужить три месяца, он по сути дембель, так что терпимо, Рафик год отслужил, ну и лейтенант, по сути кадровый офицер. Вот и вернули нас. Физическое состояние у нас среднее, сказали долечимся у себя, у своих. Мол, дорогу выдержите. Не возражаю, вполне возможно, что выдержим. Хотя я надеялся, что после проверки нас комиссуют, лето на Чёрном море проведу. Отдохнуть хочу. В виденьях-то до этого не дошло. А тут по сути осенью демобилизуют, пока то, пока сё, зима. Придётся на следующее лето переносить. Ну ладно, перенесу, тем более обустроюсь за зиму.

Особисты поработали, сообщили по Васильеву. Не сирота. Жил в Чебоксарах, из родных родители и бабушка, пожилая совсем. Всё что выяснили. Пока же нас оформляли, в санчасть определили, документы начали восстанавливать, ну и лечить, стоит вспомнить что я взял. Ну по оружию и так знаете. Три единицы и нож-палаш. Что по тому мешку из машины пакистанцев, то внутри комплекты формы, увязаны в тюки. Я такую форму видел, камуфляж для джунглей, америкосы во Вьетнаме в нём бегали. В мешке двадцать два комплекта, это кепи, брюки и рубахи с длинными рукавами. Да и всё. Размер один, и не мой. Форма для тропиков, облегчённая, на продажу, однозначно. Вот мотоцикл заинтересовал, точно себе оставлю. Настоящий «Харлей» в хроме. Ухоженный. Нашёл шильдик, два года ему. Модель «Low Rider», небесно-голубого цвета. Низкая посадка сидения, идеальный вид. Не заводил, да и достал в туалете, когда там никого не было, еле удержал от падения, подножка сложилась, но отличная добыча. Классика. Это пока всё. В общем, лечимся. Мне дослужить немного и на свободу с чистой совестью.

Лежать было скучно, нас конечно пичкали политинформацией, по радио советская эстрада звучала, приходили сослуживцы, где Васильев был заместителем командир взвода. Узнавали, что и как. В общем навещали, гостинца даже нам троим приносили. Жаль вещмешок с вещами Владимира, был оправлен родителям, им уже сообщили что сын пропал без вести в бою. Теперь вот написал письмо, под диктовку офицера штаба, родным, короткое, что жив, немного память потерял, лечусь в госпитале. И отправил, жду ответа. Документы восстановили, это хорошо. За побег наград не было, но это и понятно, сами попали, сами и выбрались. Куда нас потом неизвестно, но оформят, так что общались, я мосты наводил. Спрашивал про местных интендантов, снабженцев и кладовщиков. Заинтересовал меня прапорщик Муртазин, из татар, служит на складе вещевого обеспечения. А склад как раз и недалеко. Военный городок ещё строится, завозят щитовые домики, но у медиков всё готово, как и этот склад. Прогулки нам были разрешены у здания, а я прогулялся к зданию склада. Как раз погрузка шла, прапорщик там с блокнотом, считал, что забирают, я чуть в стороне подождал. Тот кстати меня приметил. В больничной пижаме я как бельмо на глазу. Но ничего не сказал, а как «шишига» уехала, закрывая ворота, спросил:

— Чего тебе?

— В плену был, наверняка знаете. Тут уже все знают. Кое-что к рукам прилипло, хотелось бы продать. Мне без надобности. Не мой размер.

— Что именно?

— Летняя тропическая форма армии США, лесной камуфляж, из трёх предметов, брюки, рубаха и кепи. Они Пакистану продают, вот когда грузовик захватили, я один мешок и тиснул. Сегодня знакомые афганцы из военных привезли и передали.

— Заинтересовал. Нужно посмотреть товар.

Я достал из подмышки завернутый в белую тряпицу тюк, и передал тому. Мы зашли на склад и там в рабочий кабинет прапора. Где он внимательно изучил форму, и хотя делал вид что ему не нравиться, вообще фигня а не товар, кстати, размер как раз его был, я не поверил его мимике. Вот так после осмотра, так он и померил всё, скинув свою форму, походил, даже поприседал, и как бы невзначай спросил:

— И сколько там в мешке ещё такой формы?

— Ещё двадцать комплектов осталось.

Один комплект я всё же решил попридержать.

— По десять рублей? — закинул тот удочку.

— По сто, и считай договорились.

— Сто? — сделал тот большие глаза. — Ты головой ударился?

— Вообще-то да, и не один раз. Память потерял, если вы не в курсе. Я не дам себя грабить, бедного и несчастного.

Дальше пошёл долгий и активный торг. Если думал, что своим опытом прожжённого торговца меня размажет, то не получилось. Через полчаса оба мокрые и охрипшие, ударили по рукам. По восемьдесят рублей за комплект отдаю. Хотел кое-что с его склада прихватить, но тот мотнул головой, крупная ревизия ожидается, нужно чтобы всё было идеально. Так что я побегал и принёс все единицы формы. Да по сути весь мешок, так что тот всё придирчиво пересчитал, убедился, что всё на месте и расплатился. Вышло тысяча шестьсот рублей. И деньги нашлись. Хорошо быть снабженцем. В Союзе тот продаст один комплект формы рублей за двести, это по нижней планке. Всё же редкость. Расхватают в миг. И видимо коридор через границу был, вывезет. Я же вернулся в здание больницы, в палату, как раз обед, и дождавшись, пообедал, прикидывая что делать дальше. Вряд ли меня поставят снова на ту же должность, на которой Владимир был, но и на новом месте устроюсь. Недолго ждать приказа в запас. Пока же я форму приводил в порядок, погоны пришил, голубой берет подгонял, на пару чайника, хотя у такой способ пока неизвестен, носят береты как огромные лопухи, документы имею. Комсомольский билет уехал в Чебоксары с вещмешком, ну и пусть там остаётся. Хотя может и обратно вышлют. Заинтересовало наших моё знание местного языка, я же объяснить не могу откуда знаю. Видимо такой удар был. Голова, дело тёмное. Возможно, как переводчика используют. Вполне может быть. После обеда вот, наконец закончили оформление, автомат на меня записали, выдадут, когда лечение закончится, врачи добро дадут, вот так и продолжалось лечение. Все трофеи перебрал. Мясо отличное, попробовал с бульоном и лепёшками, оружие почистил и привёл к бою. И в начале июля меня выписали. Последним, двое других уже выпорхнули, и служат в разных подразделениях. Да даже в разных батальонах.

Я тоже зря время не терял. Пока лежал, меня навестил Муртазин, оставил на тумбочке красное налитое яблоко, и пригласил к себе. Комиссия уже отработала, видимо вспомнил о моих хотелках, и решил сам заглянуть, пригласить. Да я через час уже у него в кабинете был, а яблоко Рафику отдал. Тот пытался отыграться по цене за камуфляж, но не смог. Так что взял всё за хорошую для меня цену. А купил армейскую мелочёвку. Две плащ-палатки, два комбинезона моего размера, «Дубок» и «Берёзка», две панамки, два нательных белья, офицерские берцы, носков десять штук. Два офицерских ремня. Подвесную систему для «АКа», десантная была. Бушлат зимний, шапку-ушанку и кирзачи, три пары портянок, всё моего размера. По одежде всё. Взял два солдатских котелка с плоскими крышками, две кружки, две ложки и вилки. Две глубокие тарелки. У того даже эмалированные нашлись, тоже две взял. Жаль у него не продовольственный склад, пайками бы взял. Тот лишь хмыкнул и принёс две коробки офицерских рационов питания, или если проще, офицерских сухпайков. Оба купил. За всё тот взял триста рублей. Поверьте, торговались ожесточённо, так что мало того что скидку выбил, так ещё бонус за покупку. Нож-разведчика. Всё это вынес малыми партиями, но в больницу вернулся с пустыми руками. Всё давно в хранилище. Это минимум, что стоит иметь. Потом всё туалете отмыл, что в консервационной смазке было. В принципе всё, как видите время пролетело неплохо.

А так после выписки, даже комиссия из трёх врачей была, меня в штаб бригады, где я и получил направление заместителем командира взвода в первую роту, второго батальона. А вообще бригада осуществляла охрану дорог, включая перевала Саланг и обеспечивала ввод советских войск в Афганистан. Основной поток грузов через дорогу шёл, что та контролировала. Как раз наша рота в основном и работал в зелёнке, на подходах. Так что получил снаряжение, автомат, «АКС-74», потом почистил от пушечного сала, тот новым был. Выбил себе и подствольник, присоединил, гранат к нему набрал. Рация командирская. Так что всё приводил в порядок. С командиром взвода познакомился, лейтенант Григорьев, молодой совсем. Ничего, вроде неплохо обо мне отзывались, так что вскоре начали работать. Иногда вертолётами перекидывали, иногда бронетехникой. У нас «БМД» были. Уже в конце июля, вдруг серьёзный бой с бандой, что шла к дороге. Ну на самом деле те там засаду устраивать и не собирались, а хотели ночью пересечь дорогу, те дальше шли, но их засекли нашли летуны, и на вертолётах вот перекинули нашу роту. Та уже имела боевой опыт, поэтому решили, что справятся сами. Да что там справляться? Тропа тут одна, сели на высоте, едва успев замаскироваться, как дозор появился, его пропустили, а чуть позже и вся банда. И как та вся вытянулась на тропе, и начали бить. Я короткими очередями садил. Прицельно. Да выпустив три осколочных гранаты из гранатомёта, погасив двух пулемётчиков. Дальше под прикрытием своих, спуск на тропу, бойцами нашего взвода как раз я командовал. Так что давая короткие очереди в головы доступных моджахедов, труп или раненый, не важно, обеспечивал свою безопасность и бойцов, и им велел также делать. Если жить хотят и не в плену выживать. Так что прошёл сбор оружия, груза, и отход. Мне правда внушение ротный сделал, мол, двух раненых добил, те руки подняли, но без нажима, все уже знали, что в плену побывал, и сильно местных не люблю. В этой схватке я лично уничтожил восемнадцать боевиков. Просто стрелок хороший, и они очень быстро закончились. Маловато их было для нашей роты, едва сотня. Уничтожили большую часть, но двенадцать взяли в плен.

Ну и понятно при осмотре, много что прилипло к рукам. Банда была хорошо ворожена, видно, что немало дезертиров правительственной армии тут было. Да у многих ещё сохранились детали военной униформы. Я незаметно «АК-74» с подствольным гранатомётом прибрал, подсумки с магазинами к нему. «РПГ-7» и шесть фугасных гранат. Ну и «РПД», с тремя запасными дисками. Про два пистолета, «Макаров» и «ТТ» и не говорю. Два вещмешка, что тащили двое моджахедов, это совсем мелочь, не стоящая внимания. Потом гляну что там. Сложнее было сделать это без свидетелей, оттаскивал за камень, там и прибирал. Так что после зачистки, сбросив тела с тропы, собрав оружие и пленных, и до дороги. Там вертолёты приняли, и обратно, где и отчитались. Так что чистил оружие, и хорошо. А списал что выпустил все гранаты, потом прибрал их в личный запас. Да и вообще особого контроля не было. Прибрал два цинка автоматных «семёрок». Причём только патроны, сами цинки, вскрытые, остались в оружейке. Выкинут потом, списав патроны. Также цинк «ВОГов», и патроны к «Макарову», почти триста штук. Вот «пятёрки» пока один цинк. Тоже вскрыл и прибрал. Плюс десять гранат «Ф-1». Особо сильно не наглел, и так неплохо. А в вещмешках оказалась взрывчатка, причём, тротил в шашках, плюс бикфордов шнур. Пригодятся, тоже прибрал.

Вроде время так и тянулось. Июль пролетел в активных делах, среди бойцов совсем своим стал, ещё в двух зачистках поработал, кишлак очищали. Там бой вышел. Но не серьёзный, я без трофеев остался. Боевики ушли, оставив молодняк в заслоне. Мы его покрошили, но остальные ушли. Их потом авиации накрыла, мы преследовать не стали. А в середине августа, мне три дня как дали старшего сержанта и медаль «За Отвагу», ротный пробил, я его от гранатомётчика на дороге спас, что хотел в его «БМД» гранату выпустить, срезал очередью. Так вот, август, жара, мы отдыхали на базе, как раз после проверки дороги наш взвод вернулся, как вдруг нас на два дня направили на помощь комендачам. Такое бывает. Если проще, ходить в виде патрулей и показывать, что город под контролем. Выдали частоты для связи, кодовые слова, для вызова нужных специалистов или помощи. И с утра отправили в город. На весь день. Одной из групп, где кроме меня ещё два бойца, молодые, весеннего призыва, салаги, командовал я. Свою состоятельность как командир я уже давно показал, не раз самостоятельно командовал, так что особо и не думали. Первый день отлично погуляли, я немало в разных магазинах и лавках закупился. Вся наличка в рублях ушла, их брали вполне охотно. А вот на второй день, с утра, всего час как в патруле, я на миг замер на перекрёстке улиц, рассматривая трёх моджахедов, одетых под простых афганцев, у грузовой машины стояли. Одного я узнал по Бадаберу.

— Как интересно, — пробормотал я.

Не смотря на острое желание вскинуть автомат, срезать их, и дальше выпускать все патроны из магазинов, фаршируя тела свинцом, я сдержался, глубоко вздохнул, и осмотревшись, двинул к магазину, что специализировался на продаже чая. У магазина, включив рацию, сказал в микрофон, вызывая дежурного по штабу:

— Панцирь, вызывает Ольху. Приём.

— Ольха на связи, Панцирь. Приём.

— У меня ситуация код сто два, со смесью кода семнадцать. Нахожусь на перекрёстке у магазина «Чай Нассера», у кафе «Чакра». Приём.

— Принято. Ожидайте группу. Отбой.

— Принято. Отбой.

Бойцы насторожились, это впервые я выходил на дежурного. Кроме стандартных сеансов связи, там по времени проходило. А тут сам, да ещё коды, но сильно не напряглись, жара расслабляет. Что по кодам, то сто два, обнаружил моджахедов. Семнадцать, просьба прислать контрразведку. Сложить дважды два не сложно.

— Так бойцы, ждёте у входа, я пока гляну что в магазине есть.

Вот так звякнув колокольчиком я прошёл в прохладное нутро магазина. Вообще я вчера на самом деле все деньги потратил. НЗ пятьдесят рублей осталось и всё. А тут приметил на полках коробки отличного чая, первый сорт, знаю, уже пользовался в прошлых жизнях. Многое забыл, а это помню. И стоят недорого. Купил четыре коробки по килограмму, в личные запасы, и два десятка таких же, но малых, на подарки, тоже в жестяных расписных коробках. Как раз успел прибрать, причём незаметно для продавца, хотя у меня даже вещмешка не было. И при этом за моджахедами приглядывал. Их конечно нервировали оба моих бойца, хотя те старались этого не показывать, но приглядывали за ними. Сами те похоже под грузчиков маскировались. Я как раз за чай расплатился, всё, денег нет, когда у входа остановился «уазик», тент натянут, но верхние части дверей сняты. Без этого ездить в машине невозможно. Тепловой удар получишь. Машину покинули двое офицеров, что-то спросили у солдат и зашли в магазин. Это были начальник разведки и его зам, так что с ходу услышал вопрос:

— Что у тебя, Васильев?

— Вон у грузовика три афганца. Тот что в чёрных одеяниях, белой чалме и с бородкой, это моджахед. Командир, на вроде сержанта, десятком командует. Встречались в лагере Бадабер.

— Уверен? Остальные опознают его?

— Взводный точно. Это от него он получил удар в бок. От которого потом две недели скрюченный ходил. Врачи в ребре ещё трещину обнаружили.

— А остальные двое?

— Этих не помню.

— Ага, ясно, — изучая трёх моджахедов, те нас видеть не могли, глубокомысленно сказал майор.

Тот стал что-то с замом обсуждать, я же отошёл к продавцу, что с интересом за нами следил. Русского тот не знал, я проверил, на пушту общались, хотя и он для того не родной. В Афганистане несколько национальных языков.

— Сержант, подойди, — велел майор, и когда я подошёл, сказал. — Знакомец тебя не узнал?

— Явно нет.

— Хорошо. Этих троих нужно взять аккуратно сейчас. Под видом патруля можно сблизится, они вас засекли, явно запомнили. Справишься?

— Товарищ майор, я как его увидел, у меня дрожали руки, так хотелось крест-накрест их очередями перерезать и фаршировать свинцом до исчерпания боезапаса. Я с трудом сдержался. Взял себя в руки и вызвал вас. Если я их брать буду, живыми возьму, но сильно покалеченными.

— А всё равно. Главное, чтобы говорить могли. Всё, добро даю, на захват.

— Есть, — козырнул я.

— Помощь нужна?

— Нет, сам справлюсь. Вы пока в магазине подождите, потом подойдёте.

Вот так покинув магазин, кстати в «уазике» сидел водитель, рядовой, и подойдя к своим бойцам, что делали бравый вид, всё же офицеры рядом, мало ли что, сказал им:

— Значит так, идём к грузовику, там три моджахеда. Я сам их брать буду, ваша задача не мешать. Как начну, вы отбегаете, разрывая дистанцию, берёте оружие наизготовку и держите окрестности под контролем. Один вокруг, это ты, Хохол, другой машину и всех, кто там может быть. Всё ясно? И лица попроще сделайте, не смотрите на моджахедов как на врагов, а то что заподозрят.

— Так точно, — хором ответили те.

— Всё, идём.

Вот так и двинули к грузовику. Ну не напрямую. Сначала проверил документы у подозрительного чела в чалме. Опросил, тот торговцем оказался из Кандагара, а выглядел как настоящий головорез, немного поговорили, и уже к той тройке у грузовика. И не уходят. Чего ждут? Те на нас взгляды не фиксировали, но всё отслеживали, явно напряглись, когда мы двинули к грузовику.

— Патруль комендатуры города Кундуз, старший сержант Васильев, — козырнул я, говоря на пушту. — Попрошу ваши документы.

— А что-то случилось? — спросил знакомый мне боевик.

— Стандартная проверка.

Тут в кузове что-то ударило по борту. Мягким. Не так чтобы громко, да ещё в шумном городе, где на это могли бы не отреагировать, но вполне слышно. Эти трое даже чуть присели, я же, глядя на старшего боевика, спросил:

— Ты меня не узнал? Бадабер, пленные русские солдаты.

Глаза у того расширились, начало всплывать понимание, как от мощного удара ногой в грудь, сосед его справа отлетел к борту, явно упав без сознания, а знакомца своего взяв на захват, раскрутил, и выдернув руку из плечевого сустава, успев дважды по печени кулаком съездить, швырнул в третьего, что что-то пытался извлечь из одеяния. Явно оружие. Но оно зацепилось, и под треск рвущейся материи, тот пытался достать, а тут его снесло с ног. Подойдя, аккуратно тюкнул третьего в висок носком сапожка, потом дважды со всей силы по почкам знакомцу, и быстро осмотрел машину. Из кабины выдернул водителя, выбив наш «ППС» из рук, старый пистолет-пулемёт, но на вид как новый, тот зашуршал по утрамбованной земле от моего пинка, как раз в ноги одному из бойцов. Те отбежали и держали всё на прицеле. А от магазина неслись оба офицера. Так что и этого вырубил. Взметнув ногами вверх, тот приземлился на спину, отбив лёгкие, всё никак вздохнуть не мог, я же проверил кабину и кузов, в кузове ящики и шевелящийся и мычащий тюк.

— Тут кто-то есть. Связан, — сообщил я офицерам, что как раз подбежали.

Так один стал командовать, одного бойца в помощь, вязать бандитов, второй нас также охранял, тем более местные начали окружать, переговариваясь и обсуждая увиденное, а мы с майором уже поднялись в кузов и стали развязывать тюк. А там оказался наш офицер. Выяснилось, что о его пропаже майор знал, а нам патрулям донести не успели, а тут я сообщил о моджахедах и майор понял, что пропавший офицер может быть в грузовике, и решил рискнуть, вот так всё закрутилось и до этого вот всего дошло. Ничего, развязали, кляп выдернули, и пока майор лично из моей фляжки поил капитана, я ему руки развязывал и вообще путы убирал. Сам же думал, на черта моджахедам главный химик Сто Восьмой мотострелковой дивизии? Похоже просто выстрел на удачу, кого повезло, того и взяли. Забавно, но как раз мы закончили с капитаном. Зашипела моя рация и дежурный сообщил о пропаже офицера и его приметы.

— Панцирь, Ольхе. Сообщаю, похищенный офицер найден и освобождён, боевики задержаны. Требуются медики. К кафе «Чакра». Отбой.

— Панцирь, вас понял. Отбой.

Ну вот, засветился в освобождении офицера, может что и капнет. Про майора ничего не сказал. Но тот не возражал, да и не забуду про него в рапорте указать, что его приказ выполнял. Так что напоили капитана, пустую фляжку мне вернули, и пока тот приходил себя, я его оценил. Нет, не играет, простоват, всего трясёт, значит не замаскированный спец или какой шифровщик. Малахольный. Действительно химик. А в ящиках я обнаружил взрывчатку. Почти тонну. И всё готово к взрыву, средства инициации стояли, тянулись в кабину. Я разрядил и вызвал сапёров, сообщив в штаб о находке. Вот так спрыгнув с кузова, проверил как дела, уже «уазик» подъехал, шофёр с двумя моими бойцами сдерживали толпу. Дав короткую очередь в небо, я громко сказал на пушту:

— Так, граждане, все соучастники и сочувствующие моджахедам, прошу встать к этой расстрельной стенке, — указал я на стену кафе.

Как-то быстро толпа рассеялась, раз, и никого не было, только выглядывали любопытные служащие из соседних магазинов и кафе. Я же, посмеявшись, осмотрел кабину. А там ещё один «ППС» на сиденье лежал и два ремня с брезентовыми подсумками к двум ПП. Всё незаметно прибрал, всё ж без трофеев не остался. После этого начал встречать две машины из комендатуры, они первыми подъехали, и начали соседние здания прочёсывать, зачем-то грузовик именно тут стоит. Потом и машину медиков. Их для моджахедов вызвал, капитан помят, но в порядке был, отпоили. А дальше сапёры работали, прогнав всех и вставив оцепление. Вот так интересно у меня день прошёл. Дальше больше бюрократия, нас сняли с патруля, писали в штабе рапорты, я докалывал вышестоящему командованию. Дел хватало. Да, забыл сказать, что я вчера купил. Ну хотел двести килограмм готовых припасов — это понятно. И бойцов угощал, тарелки выносил, и мы ели, сидя на коврах, в тени навесов. А купил только что сделанный плов в большом казане. Без казана понятно, только плов. Потом суп шурпу. Люблю его, тоже весь что был, пустой котёл потом вернул. Лепёшки, лаваш с мясом, и много. Разных орехов, любимые фисташки не забыл, сухофрукты, и главное свежие фрукты, разные. Да ящиками брал. Одних фруктов под пятьдесят килограмм. Много сладостей и орехов. Так что перевыполнил план, не двести килограмм, а ближе к четырёмстам вышло. Также приобрёл два десятка пар джинсов, тут они рублей двадцать стоили, а в Союзе минимум за сотню может уйти. Просто деньги разово делал, я себя спекулянтом не считал. Восточные сладости покупал, чай хороший. На остаток денег, отличную стереосистему. Сверху проигрыватель, пластинки слушать, ниже радио, и по бокам мощные колонки. Вот так машину пришлось нанимать, загружать и вывозить, бойцов я не брал с собой, по пути прибрав ящики. Пластинок разных покупал. Хорошо вышло. Так что ждём окончания срока службы, и всё, в Союз. Задерживаться и не думал. Хотя мне предлагали, и настойчиво.

Я лежал на нарах камеры гауптвахты, и лениво кидал резиновой мячик о станы и ловил, даже бывало кидал с двумя отскоками, от двух стен, вот так ловя, скуку убивал, ждал что дальше будет. А подстава была, в моей тумбочке нашли нечто такое, чего там не было. В той моей тумбочке, где я прибирался час назад, и ничего не было, кроме кружки с ложкой в ней и книжицы устава. А тут толпа офицер и к моей койке, открывают, а внутри, внизу, вещмешок, набитый украденными со склада ценными деталями к спецаппаратуре, где было много золотых деталей. О том, что я на дембель собираюсь не пустым ехать, зарабатываю как могу, многие знали, вот и сыграли в эту версию. С момента как я ту группу душманов взял, два месяца прошло. Первый приказ прошёл, меня не опустили. Дембеля уезжали домой, а я ожидал второго приказа. Тут ещё усилили уговоры остаться на сверхсрочную, с переводом в разведроту. Я в отказ, да уже на пляже мысленно в окружении девчат лежу. И тут эта подстава. Сложить дважды два не особо трудно. Кто-то грязно играет. За эти два месяца много что произошло, после взятия знакомого моджахеда, прибежали Рафик и лейтенант Евтухович, их уже допросили, те опознали боевика, обнимали, благодарили, что и за них поквитался. Тот весь в гипсе сидел, каркас на торсе. Помимо этого, участвовал в перестрелке. Наша же рота была летучей, по сути быстрого реагирования. Так один раз, в составе батальона работали, рота под давлением моджахедов, много их там было, стала отходить, а я не слышал, потом уже обнаружил пулевое отверстие в рации. Вот с одним бойцом и держались до конца, пока рота не контратаковала и не отбила позиции. Там ещё и помощь подошла. А пока мы четыре часа держались в окружении, без моих запасов бы не отбились, то набили изрядно боевиков. Вокруг нашей позиции обнаружили восемьдесят тел. Честно скажу, почти все мои. Этот боец Кривоглазов, соответствуя своей фамилии, стрелял куда угодно, но не в боевиков, попадал видимо случайно, но попадал. Четверо точно его. Я цел, у того три огнестрельные раны.

Мне за тот бой дали звание старшины и второй орден «Боевого Красного Знамени». Да в один день я и получил два «Боевика». За взятие той группы с грузовиком, и вот за этот бой. Больше наград не было. Но считал, что и так максимум выжил из ситуации. Что по боевикам, то они собирались устроить террористический акт. По улице должен был проехать президент страны, кортеж его. А тут на «КрАЗе», машины была из состава Правительственной армии, заявления об угоне не было, бандиты решили его взорвать. Причём, водитель смертник, в форме солдата афганской армии, а рядом должен был сидеть советский офицер. Руки связаны, но снаружи не было бы видно. С офицером в кабине, те считали, у них есть шансы сблизиться с кортежем. Импровизировали. Интересная задумка, но не получилось. Думаю, и в других жизнях, когда на этой войне был, не вышло, не помню такого. А уж как капитан благодарил нас, когда узнал, что ему уготовили. Мне бутылку дорого французского коньяку подарил, а что майору, не знаю. В принципе, всё. И я конечно продолжал искать себе оружие. А у меня всё было, и на ближние дистанции, и на средние, но не на дальние. Какую бы винтовку с оптикой, или «ПКМ», единый пулемёт, даже станковый гранатомёт, не прочь заиметь был, но не выходило. Зато новенький «Мерседес» добыл. А что, вещи перекидал, чтобы место заиметь, ночью выбрался из расположения, самоволка, и добежал до нужного здания. Там стоял красный «Mercedes-Benz W123», машине года не было. Да, это был угон, кража как не крути. Однако бизнесмен, который ею владел, точно помогал моджахедам, наши это выяснили, и отслеживали его, но пока не брали. Узнал случайно, подслушал разговор двух офицеров, сидя на толчке в штабном сортире. Так что вырубил водителя, что как раз покинул машину, забрал ключи и заведя движок, укатил. Коробка-автомат, дизельный движок, разобрался быстро. А отъехав, прибрал. И бегом вернулся в часть. Хорошая добыча. Считаю это платой от моджахедов за мой плен. По сути в качестве извинений пойдёт.

В принципе всё, больше особо и описывать нечего. Что по подставе, думаю стоит ждать переложения, от которого не смогу отказаться. А так мариновали меня в одиночке два дня, видимо решив дать поварится в собственном соку, чтобы посговорчивее был. Меня больше интересовало кто это всё устроил. Скорее всего инициатор и будет со мной общаться. Или пришлёт доверенного человека, а по нему я определю инициатора. Впрочем, я и так знаю, замполиты со мной больше всего и общались, склоняя на сверхсрочную. Что-то у них там подгорало, раз те так остро желали, чтобы я остался.

— Ну что, Васильев, — зашёл в камеру начальник Политуправления бригады. — Разобрались с тобой, нашли кто тебе те украденные детали подкинул, так что на свободу с чистой совестью.

Я та-а-к удивился, но поблагодарил. С подозрением. Однако никаких предложений так и не услышал, меня выпустили, дальше в казарму. Рота на боевом выходе, пустая. Так что начал сдавать снаряжение, оружие от меня отписали, всё, я дембель, с ближайшим конвоем ухожу в Душанбе, и там в Чебоксары. Что по родным Владимира, письма часто присылали, вещмешок не стали, сказал, что не нужен, вернусь скоро, так что ждали. В строках писем так и скользило немалое облегчение, жив сын и внук. Хотя конечно по потере памяти прошлись, расстроены были, но главное жив. Я же не понимал, что происходит, против меня явно разыграли комбинацию, а тут раз и отыграли назад.

— Удивляешься что отпустили? — садясь рядом, спросил главный особист, я как раз на лавке грелся в последних тёплых денёчках осени. Под двадцать пять было, хотя холодный ветер с гор и налетал.

— Размышляю, — кивнул я, даже не делая попытки встать при офицере, дембель, мне можно.

— А это я ему сказал, что ты где подловишь и перебьёшь всех, кто это всё провернул. Замполит обещал комбригу, что уговорит тебя, вот и перешёл на такие методы. Ведь думал же об этом?

— Зачем отвечать на очевидное?

— Ну да, когда ранили твоего бойца, ты в одиночку стал преследовать ту группу моджахедов, пока всю не уничтожил. Ох как на тебя тогда твой ротный орал, до сих пор вспоминаю. А комбриг был впечатлён, уговаривал тебя на офицерское училище. Мстительный ты, не материал для вербовки.

— Это точно.

Ну а что, дальше простился с ребятами, Рафик и Евтухович подошли, долго обнимались, то что было в Бадабере навсегда останется с нами, адресами давно обменялись, ну а дальше с другими дембелями на машинах в Душанбе. Доехали к слову за день, хотя на границе нас шмонали только так. Два часа стояли. Запрещёнка была, даже пистолеты находили, но не наказывали, просто отбирали и пропускали. В Душанбе на поезд, и на вечернем уже на Москву. А из Москвы на Чебоксары. Родители встретили нормально, в принципе обычные советские граждане, чуть за сорок, молодыми те женились и сына родили, единственного. Жили в простой хрущёвке, пятиэтажке, двухкомнатная квартира. Так что обустроился, паспорт получив, всё, я гражданский. Отцу форму ту подарил, камуфляж армии США. Он ему по размеру. Остальным подарки раздал. Продал дефицит, нашёл спекулянта, за хорошую цену всё толкнул. Подстав с милицией не было, так что порядок. Месяц отгулял, и в Москву поехал. А решил купить машину и кооперативную квартиру, где взять деньги я помнил. Полтора миллиона рублей в матрасе одного типа, что работал на западные разведки. Где его дача, я знал. Будем жить.

Открыв глаза, я поморщился, и быстро осмотрелся. Тело я чувствовал отлично, хотя поднималась крышка капсулы. Это не крио точно, и явно Содружество.

Меня не убила жена, не думайте. Пусть я был трижды женат, но все мои жёны были хорошими женщинами. Достойными. С первой мы просто разлюбили друг друга и мирно разошлись. Пусть у нас трое детей, я ей всё оставил. Вторая погибла, скалолазкой была. Даже детей завести не успели. Неудачный подъём. Я не присутствовал, та с друзьями была, не особый любитель по скалам лазить, поэтому был в лагере внизу. Готовил в казане на всю группу. Сейчас уже и не вспомню что готовил. А, шурпу вроде. Точно, её. А вот с третьей женой, я был на своей яхте «Чёрная Вдова», мы на севере были. Как раз из Архангельска вышли, отсюда родом супруга была, вокруг льды, самая зима, а яхта оборудована и для северных краёв, отопление мощное. Моторная, но может управлять и один. У нас дочка двух лет, в возрасте пятидесяти четырёх лет заделал, у бабушки с дедушкой осталась в Архангельске, со стороны супруги, хотя и мои живы были, так и живут в Чебоксарах, пусть и совсем старички. Хорошо её с нами не было. Ночь наступила, я включил всю иллюминацию чтобы нас издалека было видно, сидел в кресле, закинув ноги в тапочках на приборную панель, поглядывал на экран радара, движение было серьёзным, но все далеко. Как раз жена чай принесла, сообщив, что идёт спать, уже поздно, а мы вдвоём на борту, я уже собрался к берегу подойти, встать на якорь, как страшный удар, приподнял моё судно, в тысячу тонн водоизмещения, и опустил, разламывая пополам. Что дальше, не видел, темнота. Хотя… насчёт последних лет до моей гибели, я лгал. Но об этом позже. Ладно, и где я?

Рядом с капсулой я обнаружил неизвестного мне мужчину в белом комбезе медика, не скажу, что молодой, на вид лет двадцать пять, по глазам за шестьдесят, что вполне может быть, с уровнем медицины в Содружестве. Пока же анализировал состояние, а оно неплохое. Ощущения ошейника на шее нет, да и не похоже всё вокруг на пиратскую вотчину, скорее на стандартный процедурный кабинет какого медицинского заведения одного из государств Содружества. Всё стандартно.

— Господин Майер? — посмотрев на меня, оторвавшись от планшета, сказал медик. — Вы можете покинуть капсулу самостоятельно? Или вам помочь?

— Думаю смогу, — выбираясь наружу, и беря из стопки одежды, обычную рубаху и брюки, явно ручной пошив, одеваясь, потом обувь, уточнил. — А что случилось?

— Вы умерли. Индивидуальная непереносимость сонного газа диагностических капсул. Это лечиться, вам нужен врач не меньше чем второго ранга, врачи такого уровня вполне могут рассчитать вам лечение и убрать эту проблему. Мне же вас пришлось реанимировать в лечебной капсуле, когда у вас реакция наступила. Это ещё не всё, у вас уровень дара псиона «В-пять», вам нужно будет пройти процедуру инициации, там точнее покажет уровень. Кстати, уровень Силы дара по градации такой, «А», «В», «С», «Е» и «Д». Первые три в обязательном порядке работают на государство, вы попадаете именно под такой. Так что у вас выбора нет, при регистрации вашего заявления на гражданство, это учитывается.

Я сразу понял, по оговорке медика, что нахожусь в Центре Беженцев какого-то государства. Похоже я попал в тело беженца. Интересно, тот из дикого мира, с планеты где средневековье, или житель Фронтира что не имеет никаких регистраций?

— Уровень интеллекта?

— Хм, проверка в диагносте показала сто двадцать пять единиц. Правда, лечебная капсула показала уже двести сорок единиц, но думаю это сбой. Пилотом вам уже не стать, как вы мечтали. Тут уже не вам решать, я сожалею. Сотрудников СБ империи я уже вызвал, так положено по протоколу.

— Так стоп, я передумал получать гражданство, я могу покинуть ваш Центр?

— Боясь, это уже невозможно. Вас скоро заберут.

— Тогда пусть проводят меня к месту проживания. А то что-то голову кружит.

— Плохо себя чествуете?

— Есть немного.

Впрочем, проверил тот анализатором. Раз у меня такая реакция на сонный газ, класть снова в диагност это убить меня. Повторно. Так что дал таблетку и отпустил. Таблетку, розовая такая, чуть позже выплюнул. А сопровождающий был, отвёл в комнату на десять коек, из которых заняты все десять, но соседей было трое. Вот так я задерживаться не стал, быстро опросил присутствующих соседей, узнал, что патруль империи Антран перехватил судно работорговца на Фронтире, и всех диких, в тело одного я и попал, сюда на регистрацию, поднимая партиями из крио-капсул. Действовать пришлось быстро. На территории Центра была парковка сотрудников, как раз парень подошёл к глайдеру, открыл дверцу и стал устраиваться внутри, запуская системы. Спортивная модель, двухместная. А подойдя, я одним ударом вырубил его. Тот как раз повернулся ко мне, видимо сенсоры судёнышка меня ему показали. Дальше перекинув тело на место пассажира, сам сел за пульт управления, комп судна запущен, взлетел, и улетел на окраины городка. Там парня высадил, и к площадке продажи вторичной техники. А опознал её на окраине. Глайдер продал за пять тысяч кредитов, чип продавец свой выдал. Глайдер не имел регистрации, это в плюс, но не имелось кодов к компу, хотя тот и включён, это в минус, потому и сумма не такая и большая. Я мог получить тысячи на три больше.

Дальше что я сделал, нанял пилота челнока, режим инкогнито, а купил планшет и связь на сутки в скупке, тот забрал меня с площадки у космопорта, и на борт судна. Я купил место в четырёхместной каюте на вымышленное имя. Судно как раз покидало парковку. Да на первом же судне, что летит на Фронтир, да пофиг куда там, и выкупил одно место. А всего шесть было. Да мне денег только на это место и хватило. Всего сто кредитов на чипе осталось. Вздохнул спокойнее, когда судно в гипер ушло. Ну да, буду я работать в СБ, это рабство, по сути всё равно что в ошейнике ходить, полный контроль, не жизнь, а каторга. Ещё и жёсткая пропаганда империи, чтобы ты к ней хорошо относился и любил. Один плюс, обучат псионике. Но все минусы перевешивают этот плюс, можно сказать бьют его ожесточённо. Поэтому я особо и не думал. Лететь нам тринадцать дней, я принял душ, хотя был во всё тех же одеждах, и подозреваю что в них владельца моего нового тела и похитители, домотканые, без воротника, и вот лёжа на койке воспоминал про прошлую жизнь. А там есть что вспомнить. Ох и есть что. Нет, жил я прекрасно. Как-то быстро меня родители оженили на хорошей и красивой девушке, дембель отгулять не успел, трое пацанов у нас родилось, хотя кооперативную квартиру в Москве, дом в Ялте, и личное авто, я быстро заимел. Деньги были, добыл у того предателя, и жил. Я никогда не работал, и получал удовольствие от жизни. Не получилось с первой женой, видно, что ушло всё, вот и разошлись, приобрёл новое жильё, сыновей поддерживал, часто к себе брал. Снова женился, и по любви. Мне было почти сорок, а той двадцать пять.

Всего год вместе. Погибла. Я долго переживал, но жил дальше. Первенец мой под конец Второй Чеченской погиб, срочником был. Ох я там потом сколько боевиков зачистил, не передать. Когда уничтожил пять тысяч, решил, что месть за сын исполнена. Так и жил, всё хорошо, пока не получил старший диагноз, рак крови. Обычная диагностика, раз в год прохожу. Ну вот откуда? Никто не страдал в семье, я проверил. Ну и понял, пора уходить на перерождение. Нечем мне его лечить. Однако просто так не хотелось. Вышел на поставщиков платины, в разных мирах она очень котируется, я скупал, тоннами брал, даже ограбил несколько банковских хранилищ, забирая слитки. Боролся я до конца, причём в третий раз женился. Юлию нашли мои спецы. Не знаю, может психологический бзик, но я помнил ту мою жену, которую Чёрной Вдовой назвал, и те искали таких чёрных вдов. Замужем та трижды была. Без детей обошлось. За очень богатыми людьми, двое русских, третий иностранец. И та тоже стала очень обеспеченной. Дальше сделать так, чтобы на курорте попасть ей на крючок, труда не составило. Та была миниатюрной блондинкой, очень красивой, умела себя подать. Видимо навела про меня справки, а я был очень серьёзным бизнесменом, шестью заводами владел, и пошла осада крепости по всем правилам. Так что поженились. Вот дочку не планировал ни я, ни Юлия. Случайно Аннушка у нас получилась, но дочку я очень любил.

Сама Юлия на вид нормальная, но три года совместной жизни ясно показали, что у той психический сдвиг. Она его тщательно прятала, но от меня не удалось. Вот уже как полгода та травила меня ядом, что не оставлял следов в теле. Яд не быстро действующий. Я знал об этом, у меня личная лаборатория, там всю пищу мою проверяли. Все её мужья умерли. Вроде как, от естественных причин. Один разбился на мотоцикле, любителем был гонок, следователи не нашли чужого вмешательства. Второй банально косточкой подавился в ресторане, при множестве свидетелей, не откачали. Третий известным сердечником был, вот сердце и подвело. Вроде чужого вмешательства не было, но мои спецы не верили. А на мне та решила ядом работать. Никогда не повторялась. Я и так болен, о чём никому не сообщал, поэтому с интересом следил что дальше будет. А когда понял, что всё, на химиотерапию ходить не буду, а обезболивающее уже не помогает, и ушёл, прихватив жёнушку. Заряд под днищем расколол мою яхту и отправил нас супругой на перерождение. Мы стоили друг друга. Ну не одному же мне уходить? Одному скучно. Я потому и искал её, и женился. Остановил Чёрную Вдову. Имущество детям отойдёт, завещания уже написаны, и как видите, я всё сделал по своему решению уйти именно так. Вот и всё.

Сходив к старпому, на следующе утро, и купил у того старый комбинезон техника, но всё рабочее. Даже запасные картриджи выдал. Пятьдесят кредитов тот мне стоил. Переодеться нужно. Судно старое, того и гляди развалиться, без комбеза со встроенным скафандром лучше тут не находиться. Это просто здравый смысл. Так что переоделся в каюте, а полная, трое мужиков было, и дальше лёг, прикидывая планы на новую жизнь. Радует, что в псиона попал, буду изучать, разработаю как Дар закрепить на ауре, чтобы в следующих перерождениях со мной остался. Уберу проблему с сонным газом в капсулах, поставлю нейросеть и буду искать и учить базы знаний по псионике. Нужно ещё узнать, что у меня за направление в Даре. Понятно буду жить на Фронтире, и понятно в планах поменять ДНК и внешность, чтобы меня не нашли. Попал в рыжего парнишку восемнадцати лет, а буду брюнетом. Не найдут. Хотя возможно привкус моего Дара взяли, а он как ДНК, и поменять не получиться. Пока не понятно. То, что на станции меня могут ждать, отследят как я покинул планету, и на более скоростном корабле успеют первыми, учитывал. Ну успеют и успеют, мне-то что? Это вольная станция, там свои законы. Тем более пока лечу, надеюсь хранилища запустятся, а они уже имели размер по двадцать девять тонн и шестьсот три килограмма каждое. На момент гибели. Одно полностью заполнено платиной, самодельными и фабричными слитками. Второе тоже всякое разное, в основном мука, слитки, и ювелирка, но около трёх тонн занимают запасы готовой еды, одежды, походное снаряжение, и предметы, что я забрал с собой на память. Сохраню, может несколько перерождений со мной переживут.

Так что, как видите, было о чём подумать, и прикинуть. Нужны деньги, подставлюсь под работорговцев. Отберу судно, продам, и начну закупки необходимого. Платину пока поберегу, мой резерв. Или продам часть, дроиды-диверсанты и дешифраторы нужны уже сейчас. Увидим. А пока стал общаться с соседями. Узнать, что за мир, уровень поколения техники и остальное.

Сам полёт особо не запомнился. Смотрел с планшета фильмы, с локальной сети судна, кстати, себе немало накачал в память прибора. Посещал столовую и спортзал, да с соседями общался. Вот и всё. Империя Антран Окраинное государство, недавно там на пятое поколение перешли, что продают гражданским. В общем, обычное Содружество, разве что псионикой приправлено. Тут у всех Дар есть, но большинство слабосилки. Ни на что не годятся, а на сильных охотятся. Это конечно напрягало, вполне могут ждать на станции, но надеюсь обойдётся. На авось лечу. В планах стать шахтёром. А знания шахтёра я отлично сохранил, они на ауре, в отличии от остального. Думаю, пока. Хранилища пока так и не запустились, когда мы прибыли в систему со станцией «Шерш», так что оплатил общий сбор за аренду челнока, и с другими пассажирами, их на борту две сотни, на одном из челноков перелетел на лётную палубу станции. На нашем челноке три десятка пассажиров с вещами, остальные на других челноках летели. Там среди столпотворения, кидая в разные стороны острые взгляды, купил трёхдневный абонемент связи у техника палубы, и на местном транспорте, платформа вместо автобуса, полетел вглубь станции. Планы немного поменялись, задержусь. Думаю, часть платины продать, чтобы хоть что-то на руках было. В сети я нашёл гостиницу, заинтересовала та, где по пять кредитов в сутки. Дешёвая самая. И безопасность клиентам не гарантируют, но ни на что другое у меня просто денег нет. Оплатил за четыре дня, устроился, и сходив на местные торговые ряды, купил десять пайков. Даже чип отдал, не хватало, так и вернулся. Да, баул приобрёл потасканный. Всё, денег нет, жильё оплачено на четыре дня из еды десять пайков офицерских и на сдачу взял четыре солдатских. Получается на семь суток припасов. Пайки офицерские, они разовый рацион, не суточный. Разогрел и съел. А солдатские делятся на три части. Завтрак, обед и ужин. Так что посчитать не сложно было.

Вот так я ползал в сети. Искал что интересное, по торговле. И первая же неприятность, платина тут не особо и котируется. Золото правда тоже, бросовый материал, но платина не сильно выше. Чёрт, придётся от всей избавляться. Я посчитал сколько у меня платины, вышло миллиона за два всё уйдёт. С учётом что новое судно, малое, грузопассажирское, в районе пятисот тысяч стоит, что может брать до тридцати пассажиров, вполне неплохо. Дроид-диверсант, около миллиона думаю стоит. В открытой продаже не нашёл, да и не найдёшь, спецтехника так просто не продаётся. С ювелиркой чуть лучше, тут заработаю миллиона три, и всё, похоже мои запасы не так и велики по местным меркам. И лучше всё скинуть тут. А отследят по продажам. Примеси для Земли характерные, по ним и отследят. А так деньги получу и покину сразу эту станцию. Почему-то я был уверен, что спецслужбы империи Антран меня ищут. Чуечка сообщала. Впрочем, трое суток я жил в гостинице без проблем. Я прикидывал возможность того, что меня воры похитят из номера, но видимо даже их не заинтересовал чел в потасканном комбезе без вещей. Видно, что я на нулях. Как бы то ни было, но хранилища запустились, я сразу кач настроил, это первым делом, и отправил вызов одному торговцу, достав в комнате тонну платины слитками. Скинул ему фото и вес, мол, продаю с самовывозом. Сам тот не прилетел, для него это мелочь, но прислал помощника, что забрал эту тонну за пятьдесят три тысячи кредитов. А у меня сорок тонн этой чёртовой платины, что меня так разочаровала. Ну кто же знал? Так что слитки перегрузили в кофры, на грузовую малую платформу и тот улетел.

Что я сделал первым делом, покинув номер гостиницы, в оружейный магазин, приобрёл новейший бластер пятого поколения, с солидным боезапасом, игольник, тоже пятёрка, прописался в идентификаторах, разместив на ремне, плюс запасной бластер. Пяток плазменных гранат. Тут же в магазине продавались офицерские пайки, раз входят в военное снаряжение. Было два типа, «А» и «Б». Понятно, «А» лучшие, их ещё генеральскими называли, вот и купил три упаковки, в каждой по двести пайков, и убрал в баул, а из него незаметно во Второе хранилище. Потом посетил с соседний магазин, где продавали комбинезоны и всё необходимое к ним. Первым делом купил два баула спасательных скафандров и кофр с запасными картриджами. Там питание и батарейки. Потом по два новых пилотских, технических и десантников, последние со встроенными бронежилетами. Также для всех накупил обычных аптечек и поясных, нужных картриджей. Всё прибрал в хранилище, продолжая ходить в старом техническом комбезе. Дальше арендовал малый ангар на сутки, добрался до него на такси, там уже ждал представитель владельца, оплатил, триста кредитов, получив коды, и прошёл внутрь. Заперся изнутри и выложил все слитки. Ну и отправил тому же торговцу сообщение, сделав фото груды слитков, и примерный вес. Снова прилетел тот же помощник. За три минуты принял. У него промышленный анализатор. Сразу показал и уровень металла с примесями, и вес, так что я получил на руки три чипа, общая сумма два миллиона тридцать шесть тысяч. Как чипы оказались у меня, сказал:

— Мне нужно спецоборудование. Диверсанты, дешифраторы. Чем выше поколениями, тем лучше. К кому можно обратиться за покупкой?

Тот на меня с интересом глянул, а парень молодой, в комбезе администратора, и сообщил данные нужного торговца. Ещё и сам на него вышел, рекомендуя меня. Ждёт. Так что отдал склад тому, скинув коды к дверям, и двинул на выход. Сначала к ювелирам. Продал всю ювелирку. Не ошибся, хотя на глаз прикидывал, три миллиона и двести тысяч. Ну и к нужному торговцу. У того был дешифратор седьмого поколения, планшет офицера-тактика для управления. Покупка мне стоила два миллиона. Торговался, но не помогло. Делать нечего, уплатил. Пришлись крытую грузовую малую платформу арендовать, внутрь завёл дешифратор. Тот самоходный на шести опорах, внутри убрал во Второе Хранилище, вместе с планшетом. После этого снова в оружейный магазин, прибрёл три боевых штурмовых дроида, универсалы с искинами и своими реакторами. Купил пачку стержней для реакторов, боезапас, планшет управления офицера-тактика, тоже шестёрка, приписав к нему всех трёх штурмовиков. И завёл в ту же платформу, откуда те без свидетелей ушли в Первое хранилище, что ранее занимала платина. Думаете что-то ещё? Нет, сваливаю отсюда. Для начала неплохо. Пока летел к лётной палубе, а я уже поставил бронь на судно, что покидает эту станцию, летело на пиратскую, как меня прямо в платформе и скрутило. Удар псиона был, я сразу понял.

Приходить в себя было тяжело, это не в лечебной капсуле как в прошлый раз. Тело травмировано, это ясно. Вокруг шли звуки боя, активная перестрелка, хотя многочисленное эхо и мешало разобраться. Работали автоматы, пулемёты и пушки. Раздавались разрывы фугасов. Открыв глаза, я осмотрелся и чуть не заорал. Моё новое тело висело на скале. Парень, в которого я попал, советский солдат, зацепился сзади формой о скальный выступ. Наверх метров десять, и внизу пропасть, метров сто падать, с речкой, что текла по округлым валунам. Хм, а место узнал, дорога на Кандагар, тут помню перевал был и там блокпост Семидесятой отдельной мотострелковой бригады. В позапрошлой жизни, будучи в теле старшины Васильева, демобилизовавшись, я не терял контактов с парнями, состоял в Совете ветеранов. Про это ущелье знал, видел фотографии. Хотя сам тут никогда не был, а опознал по характерным изгибам и белой скале. Ну точно, вон отсюда вижу тёмный остов мятого бронекорпуса «БТР-60». Он с восьмидесятого тут лежит, правительственной армии принадлежал. А вот двух остовов грузовиков, ещё не было. Те с восемьдесят второго тут появится должны. Так что похоже восемьдесят первый. Да лето явное. Голова болела, побитое тело тоже, похоже взрывной волной бывшего хозяина тела сюда скинуло, но сознание уже так не плавало, как ранее, я приходил в себя всё быстрее и быстрее. Да уж, незавидная ситуация. Тут в пропасть рухнул горящий грузовик, и упал в том месте, где и должен лежать один из остовов. Всё верно, «КрАЗ».

— А нет. Сейчас весна восемьдесят второго, — уже уверенно пробормотал я.

И стараясь не шевелиться, мало ли не выдержит форменная рубаха, и я вниз полечу, стал осматриваться, пытаясь прикинуть как спасти своё новое тело. Мне погибать нельзя, пока хранилища на запустятся. Кстати, на боку висел автомат, не слетел тот только потому что ремень через голову перекинут, через грудь проходил, больно сдавив её. На боку десантный подсумок с запасными магазинами, закрыт на ремешок, рядом ещё подсумок, с гранатами. Нащупал круглые бока «РГД-5». Тело в синяках, ныло, ещё и локоть болел, уверен об автомат отбил. А так рядом шанса за что уцепиться, не увидел. Проверил ещё раз, убедился, что придётся ждать помощь. Так что двигая одной рукой, левой, если правой двигаю, треск ниток сильнее стоит, и расстегнув ширинку, достав прибор, а неплохо, есть чем гордиться, и стал отливать. Ну очень хотелось. Брюки сухие, обычно, когда я заселяюсь, после перерождения, тело успевает расслабится и в паху мокро, а тут видимо быстро заселился, мышцы не успели расслабиться, я взял их под контроль. Мочевой-то полный, на этой явно намекал. С интересом поглядывая на струю, да та уже через четыре метра в мелкую пыль превращалась, ветер разгонял, но было любопытно. Перестрелка наверху подошла к концу, то что не наши победили, было понятно по гортанным выкрикам афганцев. А вообще думаю наши прорвались, шум мощных движков слышал, что удалялся, скинули что мешало и ушли, составив только побитую технику. Ну навряд ли меня рассмотрят, тут отвесная скала, так что я просто ждал, когда те уберутся и наши прибудут. Там голос подам. Надеюсь услышат. А пока ждал, то вспоминал, как меня в это тело отправили. Нет, псион тогда в грузовой платформе меня не убивал, а вырубил. Очнулся на борту какого-то судна. Судя по тому, что в хранилищах накачалось по четыре килограмм, я находился без сознания двое суток. А были мы на борту судна или боевого корабля. Я лежал прикованный к койке, в каюте похожей на карцер. Перед дверным проёмом стояли двое, в форменных комбинезонах СБ империи Антран, майор и лейтенант. Вот лейтенант и спросил:

— Мин Майер, вы официально подтверждаете, что не желаете служить империи Антран, как псион?

Тон был официальный, явно под запись всё. Прикидывая что и как дальше делать, я обдумал ответ, и подтвердил:

— Не желаю.

— Зафиксировано, — подтвердил уже майор, и делая шаг в сторону, добавил. — Ликвидирован.

А стоявший в дверном проёме боевой дроид, я его за их спинами не видел, сделал один выстрел, и всё, я в этого паренька перенёсся. Даже не знаю в кого, в нагрудном кармане рубахи явно документы есть, но я руки просто боялся поднять. Вот такие дела. Пробыл я в мире Содружества, едва двадцать дней. Я думал у меня есть шанс сбежать, а те вон как поступили, им беглые псионы такой силы, даже не обученные, не нужны. По беспределу творят. Жаль боевики не настроены атаковать всех, как из хранилища достану, поквитался бы, но не успел.

— Никак шумят? — пробормотал я.

Тело всё затекло, натянутая форма туго спеленало всё, я уже часа четыре тут вижу. Были бы наручные часы, точно бы сказал, по теням от лучей солнца ориентировался больше. Однако сверху действительно немало шумели, и чем дальше, тем больше, я пытался поорать, но шум движков заглушал всё. Вот в стороне в пропасть рухнули обломки второго грузовика, уже почти догорел. Упал там, где и должен был лежать, судя по фотографиям. Кстати, я тут тоже дымом надышался. Не передать как сдерживался чтобы не кашлять. В общем, треск ниток стоял от каждого моего крика. И я понял, раньше сорвусь чем доорусь. Поэтому, двигая левой рукой, отстегнул подсумок, достав ручную гранату, о форму разогнул усики, и аккуратно вытащил кольцо, после чего просто отпустил, граната полетела вниз, пару раз стукнувшись о скалу. И раздался подрыв. Довольно громкий, эко заиграло, а я уже готовил вторую гранату, вскоре и она полетела вниз. Шум мощного двигателя стих, явно голоса слышались, когда подорвалась третья граната на дне. Похоже наши поняли, что они тут не одни.

— Эй, наверху, кто там⁈ — крикнул я, чуть осев, похоже рубаха доживала последние секунды. Аж мурашки по всему телу побежали.

— А кто это? — с трудом, но расслышал я, ветер в ущелье завывал.

— Не знаю. Очнулся, и не помню кто я. Я тут вишу на скале, вот-вот рухну вниз, у вас есть верёвка? Я еле держусь.

— Погоди пока. Держись как сможешь.

Минут двадцать ждал, пока рядом моток верёвки, разматываясь, не пролетел. Чуть позже верёвка начала сотрясаться, и вот в метре от меня повис офицер. Молодой, в задравшемся под ремнём сбруи погоне, две звёздочки.

— Наш, — сразу определил тот, и покрутил головой, изучая меня справа и слева, пробормотал ошарашенно. — Эк, как тебя. На соплях висишь, давай хватайся за меня.

— Не могу, всё тело затекло, руки с трудом двигаются.

— Понял.

Дальше тот кричал бойцам наверху, и те спустили верёвку. Другую с петлёй на конце, так лейтенант, чуть спустившись, подсунул под мою левую ногу петлю, и велел наверх, тянуть, а мне держаться за верёвку. Я и ухватился, да так что метра два вниз заскользил, пока верёвка не натянулась. Ну всё, порвал рубаху. Оказалось, это не рубаха, а брезентовый ремень, на котором подсумки крепились. Те ослабли резко, но я не потерял их, одной рукой удерживал, а второй за верёвку, и меня рывками, похоже вручную тянут, начали поднимать, лейтенант на месте остался, с интересом за всем следил. Только покачивался на ветру. А наверху, когда уже по стене волоком тащили, ухватили за ворот рубахи и вытащили наверх, а я лежал горизонтально, хрипло дыша, и приходил в себя, пока лейтенанта поднимали.

— Так это Черненко, — раздался звонкий голос одного из бойцов. — Мы думали он погиб. Хотя да, среди обезображенных тел наших его не нашли. Салага осеннего призыва. Даже год не отслужил.

Я же, повернув чуть голову, рассмотрел молодого бойца, ушастый и лысый, в летнем ХБ и панамке, через грудь у того «АК-74», вот положив руки на него, и рассматривал меня. Судя по поведению и виду, парень из старослужащих. Может и дембель.

— Он память потерял, даже имени своего не помнит, — сообщил лейтенант, его как раз смогли поднять. Кстати, нас семь бойцов вытаскивали, со здоровенным таким прапорщиком.

— Документы в нагрудном кармане, но я руки поднять боялся, сразу треск ниток шёл. Думаю, вот-вот рухну. Пять часов висел, я по тени засекал.

Говорил это, поворачиваясь на бок. Меня санинструктор осматривал, снимая всё что на мне было и форму тоже. Кирзачи уже стянул.

— Этого бойца помнишь? — спросил летёха, ткнув пальцем в парня, который меня опознал как Черненко.

— Нет.

— Это что?

— Автомат. «Семьдесят четвертый», со складным прикладом.

— Пять умножить на семьдесят девять?

— Правильно от больших чисел начинать. А так триста девяносто пять.

— Верно. Кто написал стихи о няне?

— Пушкин и Есенин, они оба писали.

— Ага. А это что?

— Кеды турецкие.

— Хм. А это?

— Курвиметр.

Лейтенант убрал прибор в планшетку с картой, и хмыкнул.

— С памятью у тебя всё в порядке. Только себя не помнишь и события. Заново учить читать и овиваться в мире, не нужно.

Я даже с уважением на того взглянул, так отыграть, найти причинноследственные связи и на раз определить уровень потери моей памяти, не каждому дано. А тот смог. Умён. И думать умел. И похоже из всех присутствующих один умел использовать скалолазное снаряжение, но эмблемы у него общевойсковые. Меня ещё от края пропасти оттащили и осматривали. Тело опухло, синяки разошлись, травма на голове, её медик уже промыл и бинтовал, а во поводу повреждений, сообщил тому лейтенанту, он похоже тут старший:

— Его взрывной волной помяло, поэтому и опухло тело. Синяки. Сильных травм нет, кроме головы. Недели три и вернётся в строй.

— Если не комиссуют, — хмыкнул летёха, и пошёл дальше командовать.

Это не очередной караван, а группа расчистки. Скидывали остовы, очищали дорогу, и всё, бульдозер работал, это из-за шума его движка я докричатся не мог, часть солдат на охране. Сторожили. Мне же помоги встать, я обнажён был, и до «шишиги» довели, медик помог забраться в кузов, дальше вещи перетаскал. Я кстати неуклюже двигая руками и ногами, оделся, кирзачи натянул, автомат рядом, подсумки. Потом пока парни работали, скоро уедем, достал документы и осмотрел. Всё верно, Черненко Виталий Геннадьевич. Шестьдесят третьего рождения, июльский. Сейчас май восемьдесят второго. В сентябре будет год как призвали. Едва полгода отслужил. Жаль не дембель. Хотя не жаль, отдохну тут и повеселюсь. А служит тот во Втором мотострелковом батальоне, первая рота и первый взвод. Семидесятая отдельная бригада, мотострелки. Это уже от санинструктора узнал. Этот первый взвод и охранял машины колонны обеспечения, когда в засаду попал. Ну погибло мало, шестеро. И то меня из списков исключили, живой, значит пятеро, остальные прорвались, четыре машины потеряли. Шесть раненых вывезли, они сейчас у врачей. А так уже вечер, скоро темнеет, так что небольшая колонна из двух «БМП», трала с бульдозером и «шишиги», сюда тела погибших погрузили, двинула в сторону Кандагара, до которого доехали за полтора часа, как раз когда темнеть начинало, на территорию аэродрома Кандагара, где в основном дислоцировались части бригады, тут же штаб, уже в темноте въехали. Ну и пока всё разгоняли, санинструктор меня в медико-санитарную роту отвёл, и уложил. Врачи уже ждали, в курсе были, сообщили по рации, так что осмотр, и дальше санитару разрешили меня помыть, противопоказаний этому не нашли. А я потом пах. А вот рваную рану на голове шить будут, но это завтра. Форму в стирку. Оружие забрал командир взвода, где Черненко служил. Тот и рапорт за меня написал, я диктовал, а он писал, пока врачи работали, их двое было. Плюс в палате трое из взвода Черненко лежали, двое после операций. Тоже слушали. Описал то, как пытался кричать своим, под треск материи, как гранаты в пропасть кидал, чтобы внимание привлечь, тоже описал. Впечатлил. В общем, пошло лечение, всё в руках в врачей. Ну и особистам нужно просьбу отправить, узнать по старой жизни Черненко. Вот на этом, как поел каши, манка была, и уснул. Вырубило.

Дальше я привычно лечился, знакомился с соседями, амнезию мне подтвердили, дни полетели один за другим, пока три недели не прошло. А где рваная рана была, мне её уже и зашили, и в нужное время швы сняли, нашли трещину, так что ждали пока зарастёт, а это не быстро. Опухоль по телу спала, синяки зацвели всеми красками, пока наконец не поблекли и не сошли. Два сорванных ногтя расти начали. Я аккуратно зарядкой занимался. Без напряга. Через две недели, всё точно, заработали хранилища. Сразу как запустил кач, я посмотрел, что там было, всё что помнил было, из свежего, боевые дроиды и дешифратор тоже, но для меня немалым сюрпризом было обнаружить малую грузовую платформу. Ту самую, которую я арендовал в фирме проката на станции. Похоже, когда меня псион вырубил, на автомате, потому как я этого не помню, и убрал. Хм, а меня дальше должно было по полу транспортного коридора повалять. Кубарем лететь. Платформа то летела не меньше пятидесяти километров в час. А не поломало, потому что восстанавливать медикам СБ пришлось? Тогда те два дня, что прошли, вполне в тему. Тут прерывая мои мысли, а на койке лежал, закинув руки за голову, переваривал плотный и вкусный обед, зашёл мой лечащий врач, капитан Иволгин, говоря:

— Всё Черненко, дуй в свою роту, выписываем. Справку по выписке возьмёшь у дежурной медсестры. Бегом!

Я тут же подорвался, быстро собрался, заодно поблагодарив врача, а сунул ему незаметно бутылку коньяка. Тот та-а-ак удивился, провожая меня долгим взглядом, но фигурную бутыль дорого и элитного напитка уже спрятал в халате. Я в курсе что он ценитель, дегустирует, а не напивается. Редкость среди офицеров, но мне с врачом повезло. Дальше оделся, в форме, я уже и сам зашил ремень, что меня спас, так что с лямками вещмешка на плече, из казармы принесли, когда в палате устроили, к медсестре. Получил что нужно, военный билет у неё уже был, вернула, и уверенным шагом двинул в сторону казарм, где и моя рота жила. Куда идти я знал, показывали ранее со стороны. Один сосед уже выписался, двое ещё лежали, но их ранения не считались тяжёлыми. Вывозить в Союз не стали, тут лечили. Через пару недель и их впишут. Больше лечили в медицинской роте от тифа и кишечных заболеваний. Тут вода плохая, это последствия. А пока шёл, обойдя плац стороной, там две роты строевую отрабатывали, продолжил вспоминать. Надо сказать, ошарашила меня находка. Ладно убрал случайно, этому я рад, даже есть чем взломать управляющий комп, дешифратор имею, но убрал-то на скорости. Я её достану, и та улетит. У неё такая задача стоит. Это не значит, что я не знал выхода. Да всё просто, достать в пустом помещении, лучше большом вроде склада, и комп не видя выхода, просто остановится у стены и перейдёт в режим ожидания. Тем более навигатор перестанет работать, та же не на станции. Всё просто. Дальше взломаю и смогу использовать. Хотя та должна быть пустотной, не для планет. Надо будет ТТХ платформы изучить, а то я не в курсе. Вроде та четвёртого поколения, но чисто грузовая, с крытым кузовом и закрытой кабиной. Всего два сидячих места, оператора управления и пассажирское. Брал без пилота, сам управлял, вот её и убрал.

Что я имею из свежих покупок. Три боевых дроида, универсалы, и для космоса, и для планет, дешифратор, и вот платформу. Из оружия бластер пятого поколения без привязки. Остальное, что на мне было, пропало. Расходники и боезапас для дроидов. Потом два планшета офицера-тактика, шестого и седьмого поколений. Старый планшет администратора третьего поколения, в скупке купил. Я на него фильмы помнится закачал. Три упаковки офицерских пайков, в каждой по двести штук, шесть комбинезонов, два пилотских, два техника и два десантных. В полном снаряжении. Два скафандра. Аптечки разные. Да в принципе и всё. Не успел я, это едва купил, собираясь покинуть станцию, а там вон оно что, перехватили. Из старых запасов, семнадцать тонн муки, этом моё НЗ, что я продать не успел, место занял, когда недостаточно платины набрал, и три тонны было личных запасов. С Земли будущего можно сказать, пара цветных телевизоров с видиками, кассеты с фильмами к ним, пара ноутов с запасами музыки и колонок, пара мп-3 плееров, с запасом наушников. Станционный комп с экраном и всем фаршем. Запасы игр. Много запасов музыки, фильмов и мультфильмов. Всё для себя собирал. Тонна готовой еды, снаряжение для жизни на природе. Причём, одну тонну и двести килограмм весит мобильный прицепной автодом. Для одного. С небольшой кухней, санузлом, там и душ, и унитаз с раковиной, обеденная зона, что трансформируется в кровать. Удобная штука. Генератор входит в комплектацию. Решил купить и купил. Всего пару раз на рыбалке и использовал. Помню с Рафиком тогда хорошо отдохнули. А мы дружили. О, запас рыболовных снастей имею. Оружие разное. С афганской войны сохранил всего две единицы. «АК-47» и «РПД», люблю это оружие. По цинку в запас каждому. Из современного, два автомата «ВАЛ», два «АШ-12», две винтовки «Винторез», один «Выхлоп», и один пулемёт «Печенег» на станке с оптикой, да изрядно боезапаса к ним. Так что, были личные запасы.

Как видите, немного подготовился. От муки стоит избавиться, пока же прикидывал что делать дальше. Да служить, я никуда не тороплюсь, не спешу, отслужу и домой. Теперь по дому. Виталий детдомовец, так ещё и москвич. Получил от родной страны однокомнатную квартиру в хрущёвке. Сейчас та опечатанная стоит. А в вещах нашёл ключи и вписной ордер. Не знаю уж зачем тот его сохранил. Я всё ценное из вещмешка прибрал в хранилище, так что дослужу, и буду обживаться. О, взломаю комп платформы, узнаю какую максимальную скорость держит и слетаю за Моникой в Италию. Во-первых, я в молодого парня попал, желание так и прёт, а на Монику у меня всегда стойка. Мой типаж. Во-вторых, уже забыл, как прошлая меня не дождалась, обида прошла. Тут ей уже восемнадцать лет, пора брать. Только надо как-то это сделать так, чтобы её отсутствие не обнаружили, но как, не знаю. Хотя догадку имею, и стоит попробовать её использовать. Пока же прошёл в казарму, наш этаж второй. Дневальный по роте был на месте, скучал на стойке. Я его знал, одного со мной призыва, Слава Казанцев, навещал нас в палате, так что приветливо поздоровался. Тут открылась дверь каптёрки, и вышел прапорщик Заварин, ротный старшина. На рукаве повязка дежурного.

— А, Черненко, прибыл уже? Выписали?

— Так точно, товарищ прапорщик, — протягивая тому справку, а ему и должен передать, дальше тот сам, ответил я.

— Ладно, занимай свою койку, Казанцев покажет. Вот что, освоишься, поможешь Казанцеву на полу блеск навести.

— А с чего это? Я лучше автомат почищу.

— Борзый? — с весёлым удивлением спросил прапорщик.

— Давайте на спор. Я вас тут заломаю в рукопашной, а вы про меня забудете, никакие полы и дежурства.

— Ты⁈ Меня⁈ — захохотал тот, ну да, я на две головы его ниже был, едва метр семьдесят. — А ты наглец. Не много просишь?

— Нет. Я тут ещё с девушкой познакомился, городская, хочу проведать. Если второй раз заломаю, прикроете отсутствие. Типа у вас портянки перебираю. Мне два дня надо. С меня подарок сверху.

— А что у тебя есть? — задумавшись, спросил прапор.

Да я потому к нему и обратился, бойцы что со мной лежали, описали его как хитрого еврея, но слово он держит, договориться можно. Я же, быстро прикинув что имею, к алкоголю тот равнодушен, но прапорщик известный киноман, может с этой стороны договориться? Видик подарить? Пожалуй нет.

— У меня есть контакт. Выпущена пробная версия «Терминатор часть вторая». Фильм в четыре раза круче чем первый. Там вообще халтура была. Пока в прокат не выпускают, а у нас есть, и с нормальным переводом. Правда, только сегодня вечером смогу достать, хозяин кассеты уезжает дальше.

— А кто у нас на вечер задержится? — скорее вслух задумался тот, и кивнул сам себе. — Снабженцы у нас, завтра с утра дальше. Значит, твой знакомый там.

— Из одного города, оказывается в одной школе учились, он меня узнал, а я его понятно нет. Ирония судьбы, у него отец тут дипломатом служит, он и достал.

— Ладно, за просмотр прикрою на два дня. А пока проверим чего ты стоишь, выходи на свободное место.

Я быстро скинул кирзачи, тот также сделал, Казанцев с интересом за нами наблюдал от тумбочки. Хотя разговора нашего не слышал, но сейчас за действом следил. Вот так босиком, по полу с крашенными досками, мы стали кружить, пристально следя за движениями друг друга. Прапорщик был мастером спорта по борьбе и гордился этим. Боковым зрением я отметил, что у Казанцева движение. Мельком глянул, там два офицера с интересом за нами следили. Казанцеву явно приказали молчать, не объявил их. Прапор думал я отвлёкся и атаковал, так что упал, перекатившись, подбил ему ноги, и используя его массу, вскакивая с пола, отправил того волчком к стене, в которую он и врезался. Сразу же вскочив, рыча рванул ко мне, я ушёл от попытки захвата пальцами, лёгким ударом отсушил левую руку, и подбив ногу, рухнул сверху, взяв правую руку того на излом. Минуту тот пыхтя боролся, но понял, что шансов нет, постучал по полу ладонью и я сразу отпустил его, откатившись. Мельком глянув на гостей, видимо тот их знал, ничего не сказал, и мы снова вышли в круг. Первый раз я его заломал, тот это подтвердил, на месяц я лишён полов и дежурств, теперь второй акт. В этот раз прапор был очень сторожен, мастер-спорта, он ещё перед первой схваткой по движениям понял, что я не так и прост, насторожен был, но всё равно моя взяла. Сейчас же разработав левую руку, чувствительность к ней вернулась, кивнул, мол, готов ко второй схватке, и мы снова стали кружить. В этот раз атаковал уже я, сделал вид что с нижней стойки, но на самом деле подпрыгнув, причём используя как упор колено присевшего прапора, и держась за его плечи, рухнул за спину, и используя свою массу и силу падения, просто перекинул прапора через себя, отчего тот, снеся крайнюю двухэтажную армейскую кровать, замер, глухо матерясь. После этого перевернулся на спину и хрипло сказал:

— Ладно, Черненко, договорились. Две схватки, две твои победы. Фильм вечером жду. К девяти часам. Когда нужны будут те два дня, подойдёшь, скажешь.

— Он два с половиной часа в полной режиссёрской версии идёт. Вам обрезанную или полную? Обрезанная час и сорок минут. Хотя да, у меня её и нет.

— Тогда полную конечно.

Дальше тот встал, я руку протянул, помог, и отряхнувшись, направился к гостям, пока я ставил койку, и размещал упавшее постельное бельё. И остальные койки с тумбочками двигал. А то их сдвинуло в кучу.

— Черненко, иди сюда, — когда я почти закончил, крикнул прапор, так что бросив всё, рванул к нему со всех ног.

Подбежав, я вытянулся, вопросительно глядя на того. А прапор сообщил:

— Вот. Командир десантно-штурмового батальона майор Русяев. Он тут ко мне в гости пришёл. И видел нашу тренировку.

Тренировку значит? Ну пусть так будет, так что повернулся к майору, козырнув:

— Рядовой Черненко, товарищ майор.

— А говоришь беспамятный, — повернулся комбат к прапору. — Вон как чешет.

— Он по себе мало что помнит, а так нормальный, всяко проверяли, — отмахнулся тот.

— Вот что, рядовой, — снова повернулся ко мне майор. — Как насчёт перевестись ко мне в батальон. В десант? Закончишь службу с голубым беретом.

— У меня нет двадцати прыжков, чтобы иметь право его носить, а тут обеспечить прыжки, сложно.

— Да, эти тонкости ты знаешь. Думаешь остальные мои бойцы успели прыжки совершить? Нет. Здесь считаются за прыжки боевые высадки с вертолёта.

— Я бы, пожалуй, отказался, товарищ майор.

— Предложение сделал, ты подумай. Если надумаешь, к своему ротному старшине обратись, он мне передаст.

После этого все трое скрылись в каптёрке прапора, я пошёл продолжать ставить койки как было. Ну и дыхание переводил в порядок, чего уж там, вымотала меня эта короткая, но жаркая схватка. Однако, всё поставил на победу. И что, уходить и все договорённости терять? В десанте конечно интересно, все серьёзные дела на них, но пока нет. Это твёрдое решение. Закончив с койками, заодно в себя пришёл, свои вещи уже разложил, койка моя свободной была. Казанцев показал её, после этого покинул здание казармы, и к складу. В окно я видел, как со склада вышел его хозяин, старший прапорщик Лавров. Это склад вещевого имущества, там нечему взрываться, ничего опасного не хранится, потому и на территории. Всё важное рядом. Тот похоже в столовую ушёл, скоро обед, а я оббежал склад, сзади удобно стоянка машин и навес, убрал и достал кусок жести, профнастил, коим оббит склад, на заклёпках, а как будто их срезали получилось, забрался внутрь под стеллаж, и поставил лист обратно. По счастью это не засекли, борт пожарной машины скрыл. Дальше вышел в коридор, что от ворот шёл, по ширине платформа войдёт, и достал её так, чтобы быть с кормы. Фух-х и нет её, улетела. Та на скорости появилась, а я стоял, упираясь спиной в ворота, доставал так, и комп стал экстренно тормозить. К счастью, длины коридора хватило. В двух метрах от стеллажей в дальнем конце склада замерла, вот и подбежал к ней. А та взяла и на охрану встала. Видимо потерял комп связь с офисом проката, а для него это означает похищение. И начал рявкать ревун сигнализации. Поэтому я достал дешифратор, управлял планшетом, ставя задачу, тот переваливаясь подошёл к кабине и подключился через дистанционный контакт. Кабина закрыта, заперлась как сигнализация сработала. Двадцать секунд и шум сигнализации стих, открылась дверца, тот щуп сунул в открытый проём двери, она в паз в полу ушла, и к приборной панели подключился. Я же нервно поглядывал на ворота, пока сигнал работал, мало ли кто услышит? Но звук наружу вроде не выходит, или сильно ослабленный.

В общем, двадцать страшных секунд и ревун стих, дешифратор его отключил первым делом. А я, добежав до ворот, стал в щель рассматривать идёт прапор или нет? Ну и поглядывал на экран планшета в руках, куда шла информация с дешифратора. Полтора часа на взлом, как тот на прямую к компу подключился, показало. Что-то много. Вот я как на иголках был, пока этот взлом шёл. Час пролетел, как заметил тень, приближалась к калитке. Я тут же рванул обратно, одним касанием убрал платформу и дешифратор, нырнул под стеллаж, как раз выбирался, когда калитку в воротах открыли и зашёл прапор. Так что приставил кусок жести обратно, осмотрелся, и выйдя из-за машин, и побежал вокруг склада. Ну и постучался в ворота, точнее в калитку. Вскоре и открыл её Лавров.

— Чего тебе, боец?

— Товарищ старший прапорщик, я случайно увидел, за пожарной машиной, как кусок жести, стенки склада, отвалился.

— Ничего не путаешь? Склад новый, что тут может отвалиться?

— Что видел, то и сказал.

— Идём, покажешь.

Тот вышел, запер склад, и я проводил его к стоянке машин под навес, к задней части склада.

— Действительно, — взяв лист, стал придирчиво изучать заклёпки. — Не механические повреждения, никогда такого ровного среза не видел. Похоже заводской брак.

Тот отставил меня на охране, вот и стоял, пока прапор ходил за мастером и строителями. Тут стройки хватало. Трёх солдат привёл и ещё одного прапорщика. Те на ровные срезы заклёпок тоже подивились, но решили заклепать заново. Меня кстати сразу отпустили, я не нужен был, а у казармы услышал, как отбойный молоток заработал, клепали. А склад мне больше не нужен, зачем лазейку оставлять? А так Лавров запомнил кто ему сообщил, буду у него на хорошем счету. Казанцев кстати попросил сменить его, так что заменил дневального, а тот унёсся в туалет. Видать давно терпел, а уйти не мог. Десять минут не было, за это время ничего не случилось, и вот тот снова занял свой пост. А я почистил в оружейке автомат, нашёл свой по номеру, проверил магазины, разряжены. В общем, убивал время. Как раз время обеда, я сам сходил, потом сменил Казанцева. Он обедать унёсся. А что, казарма пуста, все на обеде, достал платформу, тут же в зале, та зависла на антигравах, рядом на опорах стоял дешифратор. Взлом продолжался. Так что я поглядывал на лестницу, и на экран планшета. Уф, есть, взлом закончился, я получил первичные коды. И сразу поставил дешифратор на взлом боевого дроида. Сутки взял на это. Ну пусть работает. Хотя что-то с этим дешифратором не так. Может я дешифраторами девятого поколения разбалован, но и это «семёрка». Комп платформы полтора часа ломал, а должен был минут за десять. Тут сутки взял, а должно быть ну часа три от силы. Под такие мысли, взял тот планшет третьего поколения, администратора, и приписал его компу платформы. Для дистанционного управления можно использовать, сменил коды и перезапустил. Две минуты перезапуск шёл, но к счастью прошёл, так что убрал всё.

Перед тем как убрать боевика с дешифратором, взлом-то шёл, я планшет подключил шнуром к искину дешифратора, и просмотрел его, а потом грязно ругался. Меня надули. Нет, основа дешифратора действительно семёрка, но судя по стальной наваренной заплате, мозги тому плазмой выжгли. Пробоину заварили, а вместо потрохов седьмого поколения, сунули третьего. А я второпях не проверил. Ну тогда да, всё сходиться по времени взлома. А Казанцев только через полчаса пришёл, я ему на обед час давал, как раз успокоился. Это всё неплохо, но я и боевых взломать хочу, пока же успел до прихода Казанцева, настроить один, дав несколько задач, и вооружить для наземных боёв. Не доверяю я им пока. Так до вечера и протянул. А к вечеру привезли роту в полном составе, та на охране объектов раскидана была, заступила другая рота, на ночную охрану, этот месяц наша рота на охране. Потом вроде проверка дорог, ведение боевых действий. И проводка колонн, это наше. Бойцы с шумом разбегались по казарме, ранее тут тихо было, а сейчас шума хватало, кто в душ, кидая форму в стирку, прачки постирают. Да, у нас тут свои прачки, но это тоже парни. А я подошёл в трём дембелям, самым таким уважаемым в роте, они сами так считали, вот и обратился к старшему:

— Товарищ старшина, разрешите обратиться?

— А, Черненко, выписали сегодня? Это хорошо, отдохнул, теперь послужишь за других, наверстать нужно.

— Не выйдет. Я на спор с ротным старшиной забился, и теперь на месяц освобождён от такой службы. Ни дежурств, ни уборка, ни чего. Я к вам не поэтому подошёл. Так, проинформировать. Я прапору проигрался в другом, фильм ему должен теперь. Новый, «Терминатор», но не первая часть, что в прошлом году вышла, а вторая. Два с половиной часа идёт, новинка. На экраны кинотеатров ещё не вышла даже в США. Как прапор смотреть его будет, его дело, но вам вот сообщаю, чтобы на хвост ему упали. Если что, это не я вам сказал.

— И хороший фильм?

— Первый полная фигня, смотреть нечего. А тут дыхание до конца фильма задерживаешь. От экрана не оторвёшься. Знакомец мой на вечер дал, надо будет вернуть. Утром уезжает.

Дембеля заинтересовались, про «Терминатора» первую часть, слышали все, хотя видели, если честно, немногие, официального показа в Союзе пока не было. Я же сказал, что у знакомого и первый фильм есть, если с прапором не договорятся, ночью сначала первый фильм, потом второй. Но поспать уже не выйдет. Но те явно были готовы на это пойти. Так что собрались самые уважаемые из солдат, и пошли пытать нашего прапора. Вот так вот, сделал гадость, на сердце радость. Впрочем, тот их послал, оказалось он знакомых офицеров позвал, с ними смотреть будет, причём в офицерском общежитии, там была отдельная комната с телевизором. Похоже мне тоже поспать не удастся. В принципе, так и оказалось. К девяти часам, я уже был в нужном здании и комнате, настроил видик, к слову, цветное изображение, телевизор-то импортный оказался, его тут купили. Сам удивлён. Ну а когда набилась полная комната офицеров, под три десятка, знакомый комбат десантного батальона тоже был, так и включил фильм. Надо сказать, а многие стоя смотрели, втягивая шеи, просто стулья поставить уже негде, набились в комнату, но дышали через раз, иногда комментировали, но с материными нотками восхищения. Ещё бы, фильм снят в девяносто втором, а сейчас восемьдесят второй, десять лет разницы, такой графики пока нет. Так что фильм произвёл сильное в впечатление, оценили. А наш прапор, сидевший на почётном месте, светился. Похоже тот ещё на этом что-то поимел. А же отключил видик, подмышку его и ушёл, офицеры тоже спать разошлись, однако в казарме меня ждали дембеля. Да не только нашей роты, а всего батальона, телевизор готов. Я вообще не обнаружил в зале наших парней. Одни дембеля и сверхсрочники. А пока изучил телевизор.

— Картинка же чёрно-белой будет. Вот бы тот телик, что у офицеров стоял, хорошее качество даёт.

Так те взяли время пять минут, и сбегав, принесли телевизор. Тот самый, из общежития. Ещё теплый после прошлого просмотра. Вот я и включил первую часть, сам дремал пока те смотрели. Я думал офицерам тяжело было, больше сорока в комнатку набились, а тут двести солдат, первые лежали на полу у телевизора, вторые сидели на задницах, третьи на стульях и лавках в пять рядов, четвертые стояли, а самые ушлые сидели рядами на верхних ярусах коек и смотрели оттуда. Для парней и первая часть сильным потрясением стала. А когда второй включил, там вообще в шоке сидели. Кстати, дежурный по части к нам зашёл, отсветы в окна увидел, как зашёл, только первая часть начиналась, так до конца и просидел. Ему лучшее место дали на стульях. После просмотра, дембеля заняли пустые койки, на их-то молодые отсюда спали. Потому те так свободно в нашем зале и предавались просмотру. Ну да, засветился, но теперь уважением я пользовали у всего батальона. Дальше телевизор унесли, и все спать. Я свою койку занял. И вот так уснул. Отлично день прошёл. Завтра по плану лечу за Моникой, в следующую ночь возвращаюсь.

Утром на построении, большая часть солдат, да и офицеров, были сонными, но погрузившись на машины, рота отбыла. Я же ещё утром, до завтрака, мякнул прапору, и тот меня оставил при себе, на три дня попросил выделить бойца, взводный не возражал. Медлить я не стал, мы с прапорщиком покинули территорию, а вернулся он один, ближайшие трое суток, не двое, тот будет всем сообщать, что я занимаюсь делами на территории, подтверждая, что я тут и в порядке. Правда, попросил не подставлять его. Обещал, тем более тот меня считал разумным парнем, и я действительно не хотел подводить его. Что по выводу того как покинули территорию части, то я в кузове «шишиги» сидел, меня высадили на окраине города и уехали. Вот и всё. Нет, я и сам был удивлён, раз, и пошёл прапорщик на встречу. Но он человек слова, обещал, делает. Да и понял, мне действительно нужны эти три дня. Насчёт девушки, мне кажется, тот не особо-то и поверил. Ну а так я совершил пробежку от города, приметил низину, овраг, что прорезал тут засеянные поля, спустился, и дальше обустроил лагерь для днёвки, сделав навес. А очень спать хотелось, поставил одного боевика на охрану, планшет рядом положил, если что, тот меня сигналом поднимет. Достал второго боевика, того что дешифратор ломает, и взлом продолжился. Нечего время терять. Так что кусок брезента, на него туристический коврик, и летний спальник, вот так раздевшись, я уже вскоре спал. Под лёгким ветерком с гор, просто отлично было.

Ну проснулся ещё при свете вчера, до заката часа четыре, проверил как взлом, порядок, идёт, девять часов уже идёт, первый боевик и сообщил что зону в триста метров, никто не пересекал из местных, потому тревоги не поднимал. Ну а я, позавтракав, раз проснулся, то завтрак, мои запасы, были блины с начинкой и чаем, лёгкий завтрак можно сказать, достал платформу и подключившись через планшет, что к ней приписан, стал изучать что та из себя представляет. К сожалению, чисто пустотная платформа, в отличии от боевиков, на планетах применять не стоит, защиты от агрессивной среды нет. Зато в вакууме может работать. Для понимания поясню. Не стоит держать под дождём и в бурю с пылью, в это время лучше убирать в хранилище, в остальном особой разницы нет. Вот скорость подкачала, на пустотных объектах гонки не устроишь, максимальная сто десять километров в час. Но там ресурс летит, поэтому сто, нормально. Это плохо, в таком случае я не успею за ночь до Италии добраться. Подумав, я убрал обоих боевиков в кузов, один охранял и сканировал окрестности, второй на взломе, подняв платформу, у той высота полёта не больше десяти метров, и полетел в сторону Ирана. Ну а что, скорость приличная, боевик показывает скопления людей. Дальность сканера три километра, облетаю стороной. Ну максимум за вертолёт примут издали. Так что, когда начало темнеть, я успел добраться до Ирана. И да, испробовал боевика, не удержался. В двух группах, что он засёк, я определил моджахедов, высадил его, и тот отработал. Первая группа четыре секунды, а размер та имела в восемьдесят шесть духов. Вторая группа две секунды, тридцать семь голов, причём очень хорошо упакованная и даже имела два переносных зенитных ракетных комплекса. Британские. Кучу оружия трофеями набрал, благо было куда. На каждую группу по десять минут, на сбор трофеев, и дальше полетел.

Причём, в Иране у крупного аэродрома увёл самолёт, двухмоторную «Цессну», и полетел в Италию. Запас бензина сделал. А скорость у того триста километров в час. Причём всё это навевало на странное дежавю, как будто это всё было. Может и было, но я подзабыть успел. Ладно за ночь добраться до городка, где жила Моника, успел. А Монику я просто выкрал, убрав в хранилище, и почти сразу полетел обратно. Взлетал уже на рассвете, а береговую линию пересекал при свете утра. Так что благополучно вернулся в Иран. Тут до наших не так и далеко, граница рядом, и крупный город. Переоделся в обычную одежду, рубаха, джинсы и кроссовки, и посетил город. Нашёл торговца-оптовика и продал ему всю муку. Да взял, без проблем. Высший сорт. Я выложил все мешки, больше трёх сотен, по пятьдесят кило они, в пустыне. Доехали и передал. Получив на руки деньги. Долларов США у него не было, но были британские фунты, ими и взял. Цену муке знаю, сделал пятипроцентную скидку. Вышло почти на три тысячи фунтов. Очень прилично, хотя Иран крупный поставщиков зерна на Востоке. Вопрос с этим решил, ушёл в пустыню, к скалам, и вот решил пообщаться с девушкой. Так кстати в ночнушке была, а я её из постели забрал. Каникулы, лето, у родителей дома гостила. Сама Моника боец, до и до насилия доходить не хочу. Не в моём характере. Итальянский я не подзабыл, на ауре, чисто говорю. А достал я её в моём автодоме, прицепе.

Да так и сказал, хочу её в наложницы на пять лет. Плачу за каждый год по миллиону долларов. Деньги добыть мне проблем нет. Также сообщил, что я из будущего, продемонстрировав артефакты, даже фильм с ней в главной роли, и объяснил, что в другом мире та стала известной фотомоделью и киноактрисой. Поразить ту смог, на что и расчёт, заинтересовать так, чтобы ей больше выгодно со мной было, но взяла время на подумать. Два часа думала, пока смотрела фильм «Пристрели их». К слову на английском был, та его худо-бедно знала. Я пока проверял платформу, внутри взлом боевика продолжался. Второй боевик нас охранял. В общем, я получил согласие. Кстати, сообщил что веду походный образ жизни и пока та со мной, этот домик её, пусть обустраивается, а я буду её навещать. Так что погрешили. Та хоть и католичка, но не ярая. Девушкой была, приятная неожиданность. Отлично с ней время провёл, с моим опытом поразить ту, и показать все прелести постельных отношений, смог. Так что та в доме обживалась, и душ приняла, и осваивала комбинезон пилота. Другой одежды-то не было, а комбез её в восторг привёл. И климат есть, и аптечка. Кстати, аптечка застрекотала, когда я приписал комбез к ней. Видимо что-то было, нашла. Та уколы почувствовала. Подключил к аптечке планшет администратора, хотя это не его специфика, так и узнал, что у той в крови яды. В общем, вредные вещества и вот аптечка вымывала. Оказалось, Моника напилась вчера алкоголя, отмечала окончание школы, видимо последствия. А так комбез ей нравился.

Стал учить пользоваться ноутбуком, фильмы включать, плазменный телевизор в автодоме есть, на стене висел, можно подключать. Не успел закончить, стемнело, и я, прибрав всё, на самолёте добрался до Кандагара. Не на платформе понятно, она на крайний случай. Теперь раз есть самолёт, та мне и не нужна пока. Нормально добрался, сел на дорогу. Пока время было, полетал вокруг на платформе, один боевик ещё взламывался, пару часов и готово будет, а со вторым я уничтожил четыре банды. Особо трофеев не брал, если только предметы старины, в виде старинных сабель, кинжалов, хорошо украшенных камнями и рисунками. Два старинных мушкета. Дроид был взломан, так второго сразу поставил на взлом, а с этим поработал, убрав часть закладок, и настроил на работу. Кстати, предателем тот не был. Вооружил, даже успел им поработать по моджахедам. Как раз к рассвету вернулся и незаметно на платформе попал на территорию, мелькнул в ночном небе, та же бесшумная, прибрал, дальше в казарму и сделал вид, что проснулся по сигналу со всеми остальными. Пока подъём и умывание, завтрак, рота убыла на охрану, я всё ещё введенье ротного старшины был, вот и прошёл в его каптёрку, и поставил перед ним десятилитровую бутыль виски. Сам не пьёт, но это товар, обменяет на что-то. Бутыль с краником. Благодарность от меня тот принял спокойно, убрал под стол, и вопросительно посмотрел.

— Как отдохнул?

— Девушка замечательная, прям эталон красоты, а уж страстная…– я причмокнул губами, и он верил, и меня засос на шее был, Моника вошла во вкус. — Вот только пообщался с её братом, ну и его дружками. Нормально. Отп*здил всех, а потом с этим братом поговорил. Он моджахедом оказался. Бывшим, сбежал из банды. Его там убить за что-то хотели. Не из фантиков. Хочет продать информацию, я в качестве посредника. Просил пятьдесят тысяч долларов, но после долгого торга, сошлись на двадцати. Он обучался в тренировочной базе для моджахедов, британские военные советники их учили. А на её территории, в центре, была тюрьма, где держат советских и афганских военнопленных. Он там три месяца тренировку проходил. Всё знает от и до. Готов информацию передать не только по базе, схемы, как посты размещены, но даже личные данные советских пленных. Русский он более-менее знает, общался с ними. Говорил, что на советскую разведку работает и ему поверили. Парень крестьянин, пишет с трудом, но не дурак. С хитрецой. Он с ними общался, когда на их охране был. В этом и есть проблема. Мне идти к контрразведчикам, а как? Я же вас подставлю, подведу, а я не хочу. Слово дал вас не подвести, и не подведу. Вот и решил у вас испросить совета, что и как делать?

Да, я решил помочь парням, что находятся в рабстве на территории Пакистана. Пока правда умолчав где они. Освобождать сам буду, скорее всего, но информацию слить хотел.

— Много пленных? — постукивая карандашом по столешнице, тот какой-то формуляр заполнял, спросил прапорщик.

— Двенадцать, двое из них офицеры. Всё что знаю. Без денег что-то больше выдавать, он категорически отказался.

— На кого его учили?

— На гранатомётчика.

— Наверное в Панджшере. Там крупная база для тренировок. М-да, задал ты задачку. Вот что, официально, пусть это будет наше версией, сегодня мы поедем в город, на рынок, там я тебя отпустил. Точнее ты своё покупал, я своё в рядах. Разошлись. Там к тебе и подошёл вот этот афганец и предложил сделку. А уже когда мы встретились, ты рассказал всё мне. Сможешь придерживаться её? Против тебя серьёзные зубры будут работать.

— Да, смогу.

— Значит, едем на рынок. Выходим.

Мы действительно скитались в город, пока водитель «шишиги», это наша ротная машина, дремал в кабине, мы с прапором погуляли по рынку. Тот кстати насторожен был, явно не любил горластых торговцев и продавцов, я же тут был как рыба в воде. Правда, знания языка не демонстрировал. Решил придержать. Я даже по мелочи закупился. Прапор, по-моему, был изрядно удивлён что у меня средства есть и тут охотно берут рубли. Да что там, двадцать рублей потратил. У меня больше и не было, в вещах Виталия нашёл. Да и закупал сладости, их постоянно хочется. Сушёные дыни и остальное из сухофруктов, мешочек фисташек. Так и вернулись, главное отметились. Шофёр подтвердит, что мы на рынке были, причём прапор вернулся раньше и играл в беспокойство, мол, бойца нет, пока я не подошёл. Дальше доложился, шофёр не слышал о чём, и обратно в часть. А там к особистам. Тут и они, и контрразведка работали, допрашивали меня долго, рапортов несколько написал. Особо не попало за прогулки по рынку, явно информация заинтересовала. А то что деньги затребовал, то как раз на это не удивились. Вот если бы бесплатно передал, вот тогда насторожились и информации не верили бы. Пять дней тянули, и то потому что из Москвы прилетели спецы. Вот уж не ожидал. Деньги привезли, я объяснил, что юный моджахед, мы одного возраста, будет ждать на рынке каждый день в десять утра. Именно меня и никого больше. За эти пять дней я нёс обычную службу. На охране объектов. Да на аэродроме ангары охранял. В свободное время, на дежурство меня не отправляли, тут слово держали, чую отыграются через месяц, но там я к десантникам планировал перебежать. Так вот, в свободное время на больших листах рисовал кривые схемы. Бумага местная. Всё на глаз, никаких линеек, писал на пушту, под видом плохо обученного крестьянина. И не метры, а шаги отсчитывал. Чтобы расстояние понятно было. Обе тренировочные базы, в Пакистане. И столбиком на каждом листе какие советские военнопленные там содержаться. Даже приписал кто успел умереть от побоев и когда.

У меня ноут с собой, там серьёзные архивы. Информация по все пленным была. Поэтому писал уверенно. В основном фамилию, и звание. Наши сами разберутся. Иногда приписывал, типа, десантник, или водитель. Должно сработать. А тут спецы прибыли, из-за них медлили. Меня жёстко заинструктировали, выдали вещмешок, деньги внутри, я проверил, дальше довезли до рынка где я и стал гулять. А меня мучил вопрос, сколько тут местных жителей? А вообще они тут есть? Вроде у всех одежды местные, а рожи рязанские. Однако, как меня не отслеживали, я всё провернул. Сделал вид, что встрепенулся у чайханы, там проход, я туда уверенным шагом и двинул, под взглядами десятков наблюдателей. Замер в узком проходе, через меня не рассмотреть есть кто передо мной или нет. Дальше сделал вид, что общаюсь, скинул лямки вещмешка, передав, на самом деле в хранилище убрал. И как будто получил сумку местную, орнаментом обшита, внутри планы баз, и описание на трёх листах что видел внутри боевик. Так что покинув чайхану, и на выход. А там сел подлетавший санитарный «уазик», с занавесками на окнах. Сидевший внутри полковник, из Москвы, тут же выхватил сумку, спрашивая:

— Как всё прошло?

— Нормально, деньги передал, сумку с информацией получил. Я глянул, там какие-то записи и схемы. Только обманул меня моджахед. Точнее не договорил.

— Информация не точная? — насторожившись, пытаясь придавить меня взглядом, спросил полковник, но мне как с гуся вода.

— Нет, всё честно, что знал передал. Два лагеря, базы тренировочные, много иностранных советников. Только они на территории Пакистана, рядом с городом Пешавар. В тридцати километрах от границ с Афганом. Про это умолчал.

— Всё равно информация того стоила, — заметно успокоился тот.

Так что машина рванула в часть, дальше нас в штаб, я рапорт писал, снова внешний вид афганца, от балды брал, но держался первой версии. Так что меня в казарму отправили. А я к прапору, описал передачу данных, и сказал ему, что имею желание уйти в десантники.

— Без проблем, сообщу.

В этот же день, после обеда, а обед отличный, щи и макароны по-флотски, меня в штаб, оформляли перевод. Я даже заявления не писал, хватило устного согласия. Казармы десантников пусты были, все на выезде. Точнее два взвода на месте, но те на полигоне отрабатывают разные тактические задачи. А оформили в первую роту и третий взвод, обычным бойцом. Причём, взвод этот как раз на полигоне. И вполне требовал пополнения, нехватка почти десять процентов личного состава. И не думайте, что вот так легко брали и из других родов войск переводы оформляли. Требовалась рекомендация. Тут от комбата было, так что без вариантов взяли. Так что сдал всё, даже автомат, и в новую казарму переселился, это тут же, но дальше, покидать территорию части не пришлось. Так что знакомился с новыми сослуживцами вечером, и даже прописался. В принципе нормально, трёх дембелей раскидал, один красиво в окно вылетел. Если бы не открыто было, раме бы конец. Молодец правильно упал, перекатом, и тут же вскочив, доложился главному замполиту бригады, под ноги которому свалился, что у нас учебный поединок. Так что вопросы тут ко мне уже не задавали. Так и потянулась служба, но пока всё на полигоне, всю следующую неделю, готовили взвод к боям в горах. А те московские два дня у нас пробыли и улетели. Много с проводниками работали, видимо мои каракули переводили. Особенно списки пленных. Интересно будет узнать, что дальше. Я лично не верю, что те что-то сделают, поэтому для успокоения совести информацию выдал, но сам чуть позже освобожу их. На сутки-двое отвлекусь и посещу оба лагеря, в ноль уничтожу. В принципе, и за одну ночь смогу успеть. У боевиков есть «подавители», вырубят пленных, там на платформе и частично в хранилищах перевезу их на территорию Афгана, выложу рядком, оружие рядом, очнутся, сам до наших дойдут. Такие планы были. А гром грянул примерно через неделю, как московские спецы убыли.

Мы как раз из боевого задания вернулись, нас дёрнули с полигона, первый мой бой был за кишлак, там две роты нашего десанта работало и батальон мотострелков, не считая пехотного полка афганских войск, артиллерия, удары авиации. Наш взвод в горы перекинули, отрезать отход боевиков. Часть мы действительно перехватили и уничтожили из засады. Остальные другими тропками ушли. Думал заночуем, духов наши сбили, я двенадцать лично завалил, дальше они в горах закрепились, но нет, вернули в часть. Только наши роты, остальные остались. А тут выхожу из душа, так к комбату затребовали. Вот быстро накинул свежий комбез, форма в стирке, и рванул. А там стол в кабинете накрыт, пяток офицеров сидело, трое из нашего батальона, мой бывший прапор, благодаря которому я Монику имею, во всех смыслах, и ещё один, афганских офицер, майор. Вот комбат и сказал:

— Ну что Черненко, выстрелила информация, что твой моджахед продал. Спецура вчера работала, ночью, тихо зашли, и тихо ушли, почти две сотни пленных вывели, наших три десятка. Сейчас ими уже врачи занимаются. Сам вот узнал от однокурсника по училищу. Он участвовал. Так что крути дырку, на орден тебя представили. Заслужил. Но об информации молчок, понял?

— Да я особо и не треплю зыком, товарищ майор.

— Это да. А сейчас отметим освобождение наших, — тот налил мне грамм сто водки в гранённый стакан, и я выпил, без закуски, после чего меня отпустили.

Те действительно радовались успешной операции. Удивлён, не ожидал такого шага от Москвы. Они же там известные трусы и перестраховщики. Так что пошёл спать, меня почему-то с этой стопки развезло, шатало. Меня конечно порадовали наши власти, а то часто разочаровывали, но дальше так и потянулась служба. И да, проблему об отдыхе Монике я решил легко и просто. Я бывало ночами, в темноте, вылетал на платформе в горы, и оставлял там её. Не думайте, места глухие, оставил автодом, у него на крыше облегчённые солнечные батареи, тут долинка, озеро с чистой водой, запасы продовольствия выделил, холодильник в автодоме работал, та готовила на кухне, и спокойно отдыхала. Я давал ей обычно два-три дня отдыха, вполне хватало. Понятно оставлял не одну. К тому моменту я взломал всех боевиков, даже планшеты, один из планшетов, тот что с дешифратором был, не имел первичных кодов, вторичные, исправил это, теперь всю электронику из Содружества я контролировал. Один боевик и охранял. На данный момент издали уничтожил три десятка боевиков, мимо шастали. Внешний вид наших бойцов я дал, их бы отпугивал. Конечно дом стоял открыто у берега озера, а наши небо хорошо контролировали, летали туда-сюда. Поэтому используя маскировочную сеть, трофей с боевиков, укрывал домик. Только солнечные панели его демаскировали, но я особо не переживал. В горах много выходов кварца, есть ровные срезы, сам видел, как сверкали, отражая солнечные лучи, очень похоже, поэтому думаю наши особо не обратят внимание. И не обращали. Я три раза по три дня оставлял Монику у озера. Действительно заездил её тогда, та там обживалась, даже удочку оставил, и надо же, увлеклась рыбалкой. Под натянутой маскировочной сетью, как пологом, та полулежала на складном туристическом кресле, и с берега рыбачила. И ведь ловила. Так гордилась пойманным. Так что у нас отношения всё более и более тёплыми были, и похоже это доставляло удовольствие обеим.

Ладно, хватит пока о девушке, но я решил не ограничиваться одной. Вот думаю почему бы не набрать девчат, что станут знаменитыми в будущем? Наберу гарем из звёздных красоток. А уже решил, после службы и займусь. Пока же воевал, нас на боевые часто посылали, за два месяца, активных поисков в горах, раз пять лёгкие перестрелки, и три раза было до серьёзных боёв, но везде выходили победителями. Даже без особых проблем. Главное мне упали погоны ефрейтора, я стал пулемётчиком в нашем отделении, с ПКМ теперь бегаю. И получил орден «Красной Звезды». Это за историю с освобождением наших в Пакистане. Помимо этого, медаль «За Отвагу», но тут уже сам отличился при преследовании одной банды. Да я, двигаясь в дозоре, по сути сам её и уничтожил. Меня потому в пулемётчики и перевели. Так что неплохо дело шло. Война войной, дело привычное, тем более уважением у бойцов и офицеров пользовался, иногда доставал эксклюзивные фильмы, что ещё не вышли на экраны, так что в нашей части успели все посмотреть, первую часть «Крокодила Данди», «Полицейская академия 1 и 2», «Младенец на прогулке», «Один дома», или «Наверное боги сошли с ума» обе серии. Мультфильмов два, «Ледниковый период» и «Шрек». Из военных фильмов, сообщил, что сняли наши белорусы, но фильм не прошёл цензуру и его положили на полку. Фильм «Брестская крепость» произвёл тяжёлое, и неизгладимое впечатление на всех. Замполиты даже устраивали по теме той войны немало лекций, боевые листки писали. Главное проскочило. Да, раньше мои пси-воины пели бойцам на этой войне, это я помню, концерт, яркое впечатление осталось, а тут фильмами баловал.

Ну да ладно, идёт всё потихоньку и хорошо. Просто я о будущем задумался. Знаете, поживу тут до беспредела девяностых и уйду. Если получится. Да я про портал. В магический мир думаю уйти, если Дара нет, куплю чтобы поставили. Поищу миры, где это возможно, и оплачу установку, а потом обучение. И ещё, когда я узнал про рак крови, думаете я не пытался уйти в магический мир или в Содружество, где это лечится на раз? До этого к порталу у Байкала я не летал, просто желания не было, получал от жизни всё. А тут первым делом рванул. Сотню коров там забил, мясо потом на мясокомбинат Иркутска, и ничего. Вызвал геологоразведку, частный заказ, те что специальными приборами землю сканируют, со звуковой пушкой. Тем там всё обстреляли. Пусто, основания портала нет. Вот тогда я и взвыл. Ну а найти Чёрную Вдову, как уже говорил, это чтобы не одному на перерождение не уходить, решил сразу. Как видите, получил опыт и знание того, что не на всех Землях есть порталы. Есть тут или нет, не в курсе, узнаю позже. А пока, как видите, не тороплюсь и собрался получить от жизни всё. До начала девяностых. Вот и всё. Так и тянулась служба. В ней я себя показал хорошо, особенно во время боевых действий. Живчик, что часто перемещался, точно стреляя, и командовал бойцами. Это отслеживали и меня отметили, получил звание младшего сержанта и отделение под командование в моём же взводе, как раз прошлый на дембель ушёл, осень была. Всего неделю командовал отделением, как раз вернулись, спасли экипаж нашего сбитого вертолёта, буквально выдернул из-под атаки моджахедов, что к разбитой машине устремились. Положили немало, две трети в первой волне точно, но те как иступленные на нас бросались, а было их за три сотни, вот и поработали. Особенно моя газонокосилка себя показала, два короба с лентами потратил, но без потерь обошлось. В смысле, двое бойцов в медико-санитарной роте, пулевые раны зашивали, но ранения не тяжёлые, скорее всего тут останутся.

А спасало мой отделение по той причине, что мы и были в десантном отсеке «пчёлки». Это хорошо летуны мягко посадили, там завалившись на бок на склоне, под пыль и брызги разлетевшихся винтов, потому особо никто и не пострадал. Выбрались, только заняли оборону, как почти сотня моджахедов к нам рванула. Тут и бой пришлось принять, два других вертолёта прикрыли нас неуправляемыми ракетами, потом их зенитки отогнали и те ушли. Я сообщил по рации куда мы идём, квадрат, потому как понял, не отобьёмся, задавят огнём. Прихватил всех своих, и мы дёрнули в бега. Сбили заслон на пути, два десятка боевиков, тогда ранения двое моих и получили. Не успели нас окружить. Вертолёт сожгли и ушли, три засады устроили преследователям, их упорство удивляло, даже летуны участвовали. И пусть страшим был капитан, командир борта, я быстро и жёстко его осадил. Мол, в небе своём командуй, а я тут старший. Тот аж ошалел от моей наглости, но задумался и кивнул, принимая. Так что вывел. А там уже нас подобрали другим вертолётом, прислали свежую машину, две других пулями побиты, и забрали. Так что время было семь вечера, когда мы вернулись. А задание было провести разведку в определённом квадрате. Не долетели, как вы понимайте, в зенитную засаду попали. Крупняк работал, по звуку вроде «ДШК». Их там штук десять было. Я пока только устно доложился, похвалили, хотя внушение и сделали, что капитану грозил. Ну да, обещал вырубить, а его подчинённые его нести будут. Да наглый тот. Щаз, передам командование. То есть, он будет командовать, а я слушать. Нашёлся опытный горный боец. Мы бы с ним точно там все легли.

Ну не важно. Мы сначала на ужин, сидели в столовой грязные, пропахшие порохом и потом, с оружием, да с вертолётной площадки сразу сюда. Двое в бинтах, те не собирались ужин пропускать. Поели, дальше стираться и мыться отправил бойцов. Взводный уже встретил, он насчёт ужина, чтобы нам оставили, и договорился, а тут обоих раненых в санроту отвёл. Остальные бойцы на двух других вертолётах были, трое раненых от обстрела с земли и всё. А тут мы общались со взводным у входа в казарму, он раненых уже устроил, врачи ими занялись, я при всём обвесе был, как нам подошли два афганских офицера. Помню их, часто у нас мелькают в последнее время. Вот один, капитан, и решил со мной поговорить, в штабе кабинет выделили. Взводный не возражал, я ему всё передал, оружие, снаряжение, отнесёт в казарму, налегке был, и мы отошли к «уазику» афганских военных. И всё, больше ничего не помню.

Очнулся я, когда тряхнуло, ослик, на котором меня в качестве тюка перевозили, явно оступился. Ещё и заорал возмущённо. Этот крик как дрель ввернулся в мозг, и я поморщился. Сознание ещё плавало, голова болела, но понять, что превзошло, я вполне мог. Похоже меня похитили. Кстати, произошло это пятого октября. Немного прохладно, видимо уже в горах, потому как в долинах пока ещё очень тепло. Рядом бряканье металла слышал, дыхание идущих людей, ишаки голос подавали, перестук копыт. Лёгкое эхо. Похоже караван на горной тропке. А осмотреться я не мог, на голове мешок, домотканый, но всё равно не давал изучить, что вокруг происходит. Наверное, материал плотный. Или ночь была, отсветы бы видел. Похоже те афганские офицеры поработали. Интересно, чем я их так заинтересовал? А чтобы узнать, придётся дождаться, когда довезут до места. Иначе давно бы убрал верёвки, коими меня связали, тело, не имея нормального кровообращения, затекло, и достал боевиков. Те бы тут всех положили. Впрочем, на самом деле, чего тянуть? Я убрал мешок и верёвки, сразу осмотревшись. Да ночь, поди пойми где мы. Вроде тропа не опасная, хотя склон вниз крутой, и соскользнув с ишака на щебёнку тропы, сразу достал двух боевиков, а руках был планшет управления. Даже выстрела не раздалось, всю тропу в обе стороны боевики обработали «подавителями», вырубив. И встали на охрану. Ну и сканерами поработали, так я и узнал, что духов всего двенадцать. С шестью осликами. Небольшая группа. Я же усмехнулся, чувствуя, что моя улыбка расплывается в широкую. Как не крути, а духи сыграли мне на руку.

Осмотрев всех пленников, отправил в хранилища, связав и сняв всё с них, обнажённые тела, тюки одежды и оружие отдельно. Кстати, в двух типичных моджахедах, одеты также, я без удивления определил тех самых двух офицеров, что меня похитили. Вот и языки. Ишачков разгрузил, там вещи, ящики с патронами и припасами. Своих вещей и формы не нашёл, сам был в чистом, но старом халате. Хорошо документы всегда в хранилище держу, не потерял. Дальше достал платформу, и полетел к своей долинке, где я нахожусь, уже определился. А что, Монику как раз в прошлую ночь оставил отдыхать после очередного секс-марафона, надо забрать. Теперь по тому что происходит и как я этому рад. Ну что происходит мне ещё предстоит выяснить, а вот похищение — это железная отмазка. Я же прикован к части, никуда не денешься. Это мне с прапорщиком тогда просто повезло, что большая редкость. Вон, слетал и добыл Монику, чему не нарадуюсь до сих пор. Теперь же я имею свободного времени на решение многих проблем, сколько захочу. Это конечно же преувеличил, не больше пары недель якобы в плену побуду, сбегу, но я думаю и этих двух недель мне на всё про всё хватит. Нужно добыть большой автодом, потому как этот маленький, переночевать в комфортных условиях можно, для этого он годился, а не жить в нём постоянно. Да честно, Моника своими шикарными бёрдами там везде стукается, синяков понаставила. Так что побольше куплю и с отдельной комнатой спальни и большой кроватью. Может в виде автобуса. А может снова прицепной, но куда больше. Видно будет. Также ещё много планов по закупкам, добыть золото, раз собрался в магические миры, там этот металл в ходу. Да и вообще трофеев. То есть, просто развеется, закупиться нужно. Добавить ещё две-три красотки в наложницы и можно вернуться, дальше воевать. Вот такой план.

А вот до Моники я не долетел. Не сразу. Оба боевика в грузовом отсеке, засекли очередную банду, и пока те её уничтожали, я привёл в сознание ту парочку, по очереди, и допросил. Приводил с помощью аптечки, у меня запас был. Других нет, эти настраивал, чтобы сняли последствия работы «подавителя». Так что Монику не пугал криками допрашиваемых. Ну а что, военно-полевой допрос, да по жёсткому ломал. Дальше оставшихся достал, уничтожил, и полетел к Монике. Тут километра двадцать осталось, быстро долетел, девушку забрал, та в порядке. Такой милый вид, когда разбудил, сонная, но прибрал её. Третьего боевика и домик со всем оснащением следом, и полетел в горы, в определённое место. Так вот, что мне тот капитан поведал. Он настоящий афганские офицер, и его помощник тоже. Просто его купили, а тот уже нашёл того, что тоже на деньги соблазнился. Одному работать ему неудобно было. Британцы наняли, их разведка. Большую сумму предложили именно за моё похищение, вот и те расстарались. Причём, это они сдали нашу группу, маршрут полёта, и номер борта на котором я лечу. Потому нас и сбили. Ждали. Те думали, что выполнили задание, подали меня на блюдечке, а мы отбились, и вернулись. Пришлось им действовать во временном цейтноте, потому как скоро наши вычислили бы утечку, кто маршрут сдал. Те пригласили меня к машине, якобы поговорить, и вырубили короткой резиновой дубинкой. Чуть голову не размозжили, до сих пор болит. А тут лейтенант всполошился, мой взводный, что уже собрался зайти в казарму, но полуобернулся. Он увидел, как один офицер затаскивает меня на заднее сиденье автомобиля, бросил всё мои вещи, поднимая криком тревогу, но схлопотал несколько пуль в ответ, у капитана был наш «ПБ», так что те прыгнули в машину и понеслись к выезду. Да метров сто проехали, как по тенту забарабанили пули. Оказалось, взводный, раненный, не знаю как тяжело, смог использовать мой пулемёт. Дал короткую очередь и замолк. Три пули пробили тент и две ветровое стекло. Дальше подъехали к выезду, тут тревога, так раскидывая дымовые шашки, те и прорвались. Вслед стреляли, лейтенанта, помощника капитана, ранили в руку, но обошлось без серьёзных травм. Вот такая история.

Почему мной заинтересовались, капитан знал. От резидента. И то случайно, подслушал беседу резидента разведки со своим помощником. А всё пакистанская эпопея с освобождением наших. Британцы там несколько военных советников потеряли, убитыми и пропавшими без вести, это явно наша спецура постаралась. Один из погибших полковник, легенда САС, вот и искали кому бы предъявить за него. И вышли на меня. Откуда утечка произошла, капитан не знал, я не исключаю что наши же и слили, используя меня как приманку. Но похищение удалось. Так что капитан лично сопровождал меня в горы, там в лагере одного из полевых командиров ждал тот, кто передаст ему деньги и вывезет в Иран. Да, оба офицера в Европе собирались устроится, таковы условия сделки. Очень надеялись, что их не кинут. Тут же в группе, он главным и был, помощник резидента. Я его тоже не без интереса допросил, прежде чем ликвидировать. Интересной информации много было, чуть позже использую. А так добрался до лагеря в горах, там все три боевика облучили живых «подавателями». Дальше привёл в сознании тех, кого нужно, тут был на связи настоящий майор САС, он и курировал моё похищение. Допрос долго шёл, много интересного узнал. Банда тут крупная, почти восемьсот духов, уничтожил всех, я сам с отрядами этого полевого командира не раз встречался. Думаю, тут теперь надолго стихнет. Всё ценное забрал, деньги, что должны были афганцам заплатить тоже, по сто тысяч каждому, в фунтах, губа не дура. Майор собирался честно оплатить работу. Всех трёх европейцев уничтожил, головы на пики насадил. Нечего против нас идти. Уже светало, я до дороги добрался, там устроился в ущелье, лагерь, один боевик охранял. И спать. Ну очень хочется. Ещё и голова. Аптечка поработала, приложил к травме, пострекотала, стало лучше, но тут явно что-то серьёзное было.

Ничего, выспался отлично, позавтракал, и полетел в Пакистан, на ту же тренировочную базу моджахедов, где наши побывали. Уничтожил всех, детей из беженцев только не тронул. Тут у майора-британца контакт был, его коллеги, всех под ноль, все денежные средства забрал, очень солидные. На разведке явно не экономят. Оттуда на самолёте до Англии, с дозаправками. Добрался, есть такое, но топливо к концу подошло, все запасы. Правда и мотор у машины сбоить начал, видимо передавил. Торопился. Бросил её. Там зачистил тех, кто принял решение искать виноватых в гибели полковника. В ноль, с семьями. Нечего ко мне лезть было. Оттуда, просто оплатив чартерный рейс, чуть больше дал, и документы не спросили, вылетел в США. Причём меня ждать будут, я уплатил за стоянку и ожидание. При проверке на аэродроме, документов снова нет. Хотя одет я прилично, всё купил в Лондоне, тоже просто уплатил им сверху и те сделали временную регистрацию, гостя страны. Могут ведь, когда захотят. А были мы в Лос-Анжелесе, для дозаправки в Нью-Йорке садились. Если и искать звёздочек которых я знал, то тут. Тем более тут тепло и автодома вполне в ходу. Не ошибся, на площадке продаж купил ну просто отличный новый автодом, на базе автобуса, размер как у нашего «пазика», но удлинённая версия. Там отдельная спальня в корме, с большой кроватью, кухонная и обеденная зона, из обеденного можно пройти в кабину машины. Также санузел, отдельная душевая. Всё компактно и удобно, большая часть приборов прячется в ящиках, встроены. Даже духовка и стиралка были. Правда, весит восемь тонн. Я купил. Без оформления. Плюс всё оснащение, запасы газа в баллонах, три пластиковые бочки с бензином для генератора. Солнечные батареи тут не продают. Ну да, мой-то прицеп из две тысячи пятнадцатого, не сравнишь.

В общем, арендовал место на стоянке для таких автодомов, перегнал и подключил все коммуникации, электричество заработало. Постельное расстелил, и достал Монику, она не в автодоме была убрана, напрямую, и уложил. Та сонно осмотрелась, но занавески были закрыты, солнечный день, вечер, и сразу уснула. Пусть спит, я запер автодом, всё работает. Кондер тоже, я проверил, туалет если что найдёт, и занялся делами. Со звёздами я не передумал, проводил разведку, живя в автодоме. Моника в нём уже освоилась, продукты где нужно разложила, радовала меня итальянскими блюдами. А я их любил. Запасы разные делал, мороженого тоже. Первой я прихватил Ким Бейсингер, ей как раз двадцать девять лет, эффектная блондинка. Похитил. С глазу на глаз ещё не общались, не договаривался. Потом это сделаю. Сначала побольше наберу, пять-шесть, две-три точно отсеяться, а с остальными договорюсь. После неё была такая известная актриса как Мэг Райан, а больше как-то интересного не нашёл. Хоть вечеринку бы где организовали и все вместе собрались, чтобы мне не искать. И время уже выходило, пора лететь обратно. С Мэг поговорил, условия её не устраивали, отпустил. А Ким согласилась, не сразу, но согласие получил. Изменчивая женщина, тем более кризис в карьере и с мужем поссорилась, вот подумала и дала добро. Моника о той не подозревала, не светил. Так что успел с Ким покувыркаться. Та ещё успела сообщить родным, что надолго уезжает, подрядилась на работу. В Ким хороша. На уровне Моники.

Да и Моника из Штатов звонила домой, её там полиция ищет, тоже сообщила. Я вообще её много по магазинам водил, покупал всё интересное. Одежду, бельё. Много чего. Да, в банке взял тридцать три миллиона долларов и две тонны золотыми слитками и монетами, самый крупный в городе, вскрыл хранилище. Сразу выдал и Ким, и Монике по миллиону за первый год. Первая открыла сейф в банке на пять лет и убрала туда. Я посоветовал, чтобы налоги не платить. После этого закончив закупки, музыку брал, включая проигрыватели и всё интересное, мороженное разное, и вылетел во Францию. Там увёл актрис из фильма «Налево от лифта». А мы с Моникой посмотрели его на днях, и я серьёзно запал на обеих. Это были Беар, что Еву играла и Фанни, что Флоранс отыграла. Тут ещё фильм не снят, он в восемьдесят восьмом будет. Поэтому Еве тут девятнадцать, а второй двадцать пять. Обе дали согласие, просто на деньги согласились. Потом в Италию за Орнеллой, но та в отказ, у неё любовь в Челентано. Жаль конечно. Отпустил. Моника у родителей побывала, на полчаса заскочила. Деньги оставила, и ко мне, ну и вернулся в Афган. Отсутствовал почти две недели, а я торопился чтобы всё успеть. Даже новый самолёт угнал во Франции.

Кандагар тучами окружён был, да и вообще по всей провинции дожди шли. В принципе мне туда и не нужно, улетел ближе к городу Газни. Тут в окрестности двое постоянных полевых командира работали, и были залётные. Ну обе группы этих полевых командиров я уничтожил, повезло найти за эту ночь их базы, а вот третья группа, отдыхала, спала, была небольшой, два десятка, но очень хорошо экипированных. По сути такие группы у духов, что у нас спецура. И применяются точечно. Те как раз просыпались, завтрак готовили, когда я на виду появился, шёл лёгкой походкой и как будто только сейчас их увидел. А был в равном халате, чалма на голове, «СКС» в руках без ремня, те засекли, раздался крик предупреждения, когда я вскинул карабин и произвёл один выстрел. Упал сражённый прямо в сердце боевик в возрасте. По движениям, он у них и инструктор и уважаемый авторитет, но не командир, а я ломанулся от этой группы вниз по склону, по тропе. Едва ушёл за скалу, как рикошеты и попадания по ней пошли. Ну и сработал стадный инстинкт, бежит, нагони, все и рванули за мной. Думаю, за своего отомстить, плюс поняли по виду, что я пленный шурави, что как раз из плена-то и сбежал. Не вернуть, так уничтожить. Так что иногда останавливаясь, сделать два-три точных выстрела, отчего из бегущих вываливалось как раз двое-трое, выстрелы точные, и тут нарвался на наш десант, что явно в горах ночевал, и шум боя рядом их поднял. И когда я влетел им в руки, на это и был расчёт всего этого шума, мне пытались подбить ноги, я из-за большого камня выскочил, а двое перехватить оружие и спеленать меня, то подпрыгнул, и в воздухе рассчитав удары, вырубив эту парочку, ну и третьему от меня ногой прилетело.

— А ну замри, — держа меня на прицеле трёх автоматов, скомандовал один.

Из трёх бойцов, один точно офицер, он и командовал, так что сдаёмся.

— Сержант Черненко, отдельный кандагарский десантно-штурмовой батальон, — постарался быстро представится я, хотя те и так видели по лицу, что я не моджахед. — Попал в плен в Кандагаре. Свои же суки продали. Сейчас за мной с десяток духов бежит.

— Свой значит? — под начавшийся бой, видимо остальной взвод гасил из засады моджахедов, которых я привёл, уточнил тот.

Да их там восемь и осталось, быстро уничтожили, но не без потерь, двое раненых всего. Эти тоже волки кручёные, отстреливались толково. А так пришлось дать себя разоружить и обыскать. Кроме СКС с подсумками, ничего больше не было.

— Сам сбежал? — спросил старлей, тот уже представился, тоже десантники. Отдельный полк.

— Да. Убил часового и сбежал. Километров, наверное, пятьдесят отмахал за ночь. А может и больше. Потом припасы закончились, мешок выкинул, всё равно рванный.

— Давно сбежал?

— Третий день иду.

— Что-то ты чистенький для пленного и синяков нет. Освобождали мы бывало наших, не так они выглядели.

— Меня в рабство продали пакистанцам. Кишлак рядом с афганской границей. Меня вообще иностранные спецы похитили, а пока везли, бой в горах был. Ишака, на котором я был, убило, так что весь бой им придавленным и пролежал. Там же моджахеды между собой тоже страшно рубятся. Вот такая стычка и была. А те удивились меня найдя, вот пакистанцам и продали. Туда ушли, граница рядом была. Две недели искал возможность сбежать, пока вот не смог. Сына хозяина убил, забрал его карабин, тоже трофейный, та банда много что в кишлаке из трофеев продала. Там в караване было четверо британцев, это они заказали и оплатили моё похищение. Уже общались со мной, хвастались что меня свои же продали, заплатили, и им информацию подали на блюдечке. Потом грозились как с меня кожу будут снимать живьём. Это я информацию добыл про наших в Пакистане, их потом освободили. Там какой-то полковник британский погиб, искали кто виноват, на меня и вышли. Повезло что на караван напали, а то бы меня там запытали уроды британские. Я вообще надеялся наши стреляют, оказалось нет. Вот такие дела.

— Да уж. А про ту операцию я слышал. Значит, от тебя пошло? Буду знать.

Дальше собрали трофеи. Вверх по тропе к лагерю банды сбегали, всё собрали, двоих тяжёлых добили. Лейтенант вызвал вертолёт, мы уже дошли до подходящей площадки, два прилетело, и меня на базу. Те оказывается под Кабулом стояли. А там начали работать особисты и контрразведка. Я так и держал основную версию, похитили британцы, месть за убитого полковника. Отбили случайно другие моджахеды и продали пакистанцам. Оттуда, как смог, сбежал. Повезло. Вроде верили. А не было доказательств что я не прав. Заодно узнал, что там во время похищения было, пока я без сознания находился. Оказалось, лейтенант успел поднять крик, тот и дал короткую очередь, как потерял сознание. Выскочили бойцы наружу, а рядом никого, только взводный весь в крови. Его конечно к медикам, там он и умер на операционном столе. Серьёзные раны были. Так бы никто и ничего не понял, но свидетелей моего похищения было аж шесть человек. Часть не пустая, туда-сюда ходит изрядно народу. Да ладно бойцы, что это видели и крик подняли, ещё в окно офицерской общаги всё действо видел один из особистов в бригаде, курил там стоял. Он тревогу правильно и поднял, и на выезды передал не выпускать никого. Так что тут капитан всё же соврал, он расстрелял пост из автомата, один убит и четверо раненых, раскидывая на ходу как дымовые, так и ручные гранаты. Ещё двое раненых, один чуть позже умер у медиков. Машину позже нашли, вся изрешечённая, как только мы не пострадали, не понимаю, но нас в ней уже не было. Начались широкомасштабные поиски, но они ничего не дали, да и стемнело вскоре. Кстати, в поисках участвовали сотрудники из контрразведки армии и даже спецы из Москвы. Ну точно информация про меня сознательно слита была. Не ошибся. А так почти неделю меня допрашивали, даже в штабе армии побывать довелось. Напомню, что штаб нашей армии находится на территории Советского Союза, а не Афганистана, издалека руководят подразделениями.

А теперь самое интересное. Меня не вернули на территорию Афганистана, в свою часть. Вещи вернули, привезли, это было. Причём всё. А восстановив документы, отправили служить в Белоруссию, в Тридцать Восьмую отдельную гвардейскую десантно-штурмовую бригаду. Та в Бресте размещалась. Что по документам, то свои я не возвращал. Типа, откуда они у меня? Пропали с пленением. Только комсомольский билет сохранил, потому что якобы в вещах был. Порылся и предъявил. А документы сделали. Да ещё вдруг одну полоску на погон дали, сержантом стал. Так что своим ходом, без сопровождения, на поездах, в Белоруссию. Через Москву. Сделал закупки за тот день, что там пробыл, колбаса и мороженное, и на Минск. Там был принят, обо мне в курсе, оформлен, и потянулась служба. Принял я отделение бойцов в разведроте бригады. Боевой опыт имею, две награды, вот и определили в разведчики. Так что пошла служба. И прыжки были, теперь голубой берет точно по праву ношу. Тридцать прыжков. Я прямо сказал, прыжков не имею, с новичками совершал. А чуть позже, в декабре меня нагнала награда. А это за спасение наше, когда вертолёт был сбит. Второй орден «Красной Звезды», награждал генерал из штаба округа. В принципе всё, тут территориях Союза, увольнительные в город дают, а я получал, просто договорился с ротным старшиной, он и пробивал. Так что служба не шла, а летела. Девчата под боком, часто с ними время проводил. Хорошо их четыре, Монику бы совсем заездил. Я не сексуальный маньяк, чтобы на любую юбку кидаться, просто молодой парень. Хорошо, когда они есть под боком, и плохо, когда нет. Под таким девизом и живу. Как бы то ни было, но наступила осень восемьдесят четвёртого. Никаких происшествий, просто служба и всё. Так что с первым же приказом, я и был отправлен на дембель. Кстати, на тот момент уже старшим сержантом был, заместителем командира разведвзвода.

Вот так на поезде на Москву. Да я почти всё время спал, у нас тут ученья шли последние две недели, даже десантирование с боевой техникой с самолётов, вымотался изрядно, из болот не вылезали, вот и отдыхал. Так что сам путь до Москвы я не запомнил. Да и что там, утром сел, поезд не скоростной, утром следующего дня прибыли в Москву. Сутки всего. Вот так покинув вагон одним из последних, я осмотрелся, глубоко вздохнув воздух свободы, и направился к выходу с вокзала, когда меня остановил окрик:

— Товарищ сержант, не торопитесь.

Осмотревшись, понял, что обращаются ко мне, и остановился, с интересом обернувшись к военному патрулю, что ко мне подходил. Вот капитан, что тут за старшего был, козырнул, и представившись, попросил:

— Ваши документы.

Пока тот изучал их, то всё поглядывал на меня. Два бойца рядом откровенно скучали, разглядывая больше девушек.

— Так вы из белорусского военного округа? Откуда награды?

— Афганистан.

— Значит, были? А то смотрю, характерного загара нет, мы вашего брата так с ходу опознаём. И награды открыто носите, хотя на их ношение запрет поставлен.

— Я ничего не подписывал, награды носить никто не запрещал. Да и с какой радости? Я их не для того зарабатывал чтобы прятать.

— Ясно, — возвращая мне документы, кивнул капитан. — Можете идти.

Так что козырнув друг другу, мы разошлись, я всё же покинул здание вокзала. Дальше свистнув «волгу», и на такси доехал с ветерком до дома, где у Виталия квартира была. Адрес знаю. Примерный район, а вот где именно, нет. Впрочем, водитель сориентировался и даже до нужного подъезда довёз. А дом-то девятиэтажный, с лифтом, два подъезда. А квартира третья, первый этаж, значит первый подъезд, около неё и остановился. Отдав пятёрку, забрав вещмешок и вышел, весь такой нарядный, с голубым беретом, при орденах, чем сразил сидевшую на скамейке старушку, в самое сердце.

— Красавец, — выдохнула та, под шум уезжавшего такси.

— Ну так, — сразу расправил я плечи. — Могём.

— А ты значит, Виталечка только вернулся?

— Точно, только вернулся. Извините, я вас не помню, ранение в голову получил. Часть вот воспоминаний потерял. Так что, если что, не ругайте.

— В бою пораненный? — ахнула та.

— Получилось так, — развёл я.

Мы немного пообщались, я рядом на скамейку сел, узнал все свежий новости, с квартирой моей всё в порядке, чужаки не живут, так что поблагодарив ту, уже познакомились, и прошёл в подъезд. Что меня порадовало, так это то, что это не панельная пятиэтажка. В этом проекте квартиры имели довольно большие кухни. А не четыре квадрата, на которых сложно ютиться. На этаже было четыре двери, моя вторая справа или третья, если слева считать. Ключ подошёл, тут два замка, открыл оба, и прошёл внутрь. Пощёлкал выключателем, но глухо. Ничего, найдя счётчик, щёлкнул предохранителями и свет загорелся. Дальше включил воду в ванной комнате, вентиль открутил, зашумело в бачке унитаза. Наполнялся. И осмотрев пыльную квартиру, в которой не было два года никого, пыль в сантиметр, усмехнулся. Из мебели и было на кухне стол с двумя табуретками. Старый буфет к которой жалась варочная плита. Раковина к стене крепилась. А кухня большая, как я и думал, восемь квадратов. С кухни был выход на балкон. Да, был и балкон, не застеклённый. С мусором на нём. В спальне стул один со спинкой, от хорошего гарнитура и тахта продавленная. И всё. На полу лежат вещи, и в принципе больше и смотреть не на что. В прихожей пусто, даже вешалки нет. В санузле, а он совмещённый, ванная стояла, толчок, с высоким бачком, раковина и зеркало. Полки не хватает у раковины, можно шкафчик. А так хоть тут порядок. Похоже Виталий банально не успел квартиру оснастить, и ушел в армию. Видимо позже решил закончить. Я же тут довольно долго буду проживать, так что оснастим. Пока же скинув с себя всё, остался в трусах, дальше достав из своих запасов ведро и тряпку и два часа убил на то, чтобы убрать пыль, всё отмыть. На кухне поставил холодильник, что купил в США, чистый, подключил, сеть подходила, я про напряжение. Тут переключатель был. Полки продуктами заставил, мясо и мороженное в морозильник. В комнату стереоблок на ножках, радио и проигрыватель. Хоть что-то. После этого, снова одевшись, прогулялся до военкомата. Где он, подсказали прохожие. И вот, к обеду я окончательно стал свободен, отбившись от покупателей из милиции, получив паспорт. Вывели в запас.

Что дальше. Посетил управдома, сообщив, что жилец вернулся, тот ещё полюбовался на меня в форме и с наградами. Погоны я уже снял, не имею права носить, в запасе. Так что принял к сведенью, сообщит в нужные службы, чтобы кавитации приходили. От него же узнал, как Виталий получить квартиру смог. А он устроился на завод рабочим, и до призыва поработал, почти год, надо будет трудовую поискать, а так как тот ещё и детдомовский, попал под квоты, вот ему и дали. От завода, не от детдома. А я-то думал. Ну а дальше достал Монику, та изучила квартиру, долго в ванной пробыла, потом снова погуляла и ногой толкнула тахту, та от этого движения заскрипела. Как на ней спать я не понимал. А так мы собрались, и Моника, придерживая большой живот, семь месяцев, между прочим, направились гулять. А почему нет? То, что мы в Москве та уже знала, была в красном свободном платье до колен, и белых кедах, пока та не в том положении чтобы ходить в туфлях. Да ладно это, у меня Ким в залёте, четвёртый месяц врач определил, пока живот ещё плоский, чуть-чуть начал выпирать. А также мои француженки порадовали. Да как-то сам не ожидал. У этих тоже задержка, и тут врач подтвердил залёт. Ну а так как они не так и много времени проводили в хранилищах, а я три квартиры снял в городе, продав часть трофеи через снабженцев, деньги имею, и вот устроив, навещал. Так что мои, сто процентов, по сроку только от меня могли залететь. Да и проверю, когда в Содружестве побываем. А пока просто гуляли. Будем обустраиваться, чуть позже и других девчат достану, те друг о друге знали, даже сдружиться успели на общей почве того, что состоят в одном гареме. Вот так я и водил Монику по Москве. А точнее мы на такси доехали до парка Горького и гуляли там. Под ручку, как влюблённые. Да так, что на нас оборачивались, на молодого дембеля с наградами и очень красивую девушку.

Эпилог.

Отшатнувшись, файрбол пролетел мимо, и перекатом уходя за валун, уже достав «калаш», открыл огонь по трём магам. Ну и двух боевиков достал, что разбегаясь, поддержали меня, и стали бить по шестёрке магов. Больше не было. А они первые агрессию проявили. Те в ответ по боевикам начали бить. У всех кроме меня сверкала личная защита, срабатывала, у боевиков это силовой щит, но просаживали, причём боевики это делали в разы быстрее. Шесть вспышек и шесть магов поражены плазмой, только прожаренные тела в дыму, а в воздухе вонь горелого мяса. Пожары вокруг, всё же лес, а мы тут плазмой и фаерболами пострелушки устроили. Как бы не сгореть.

Пока боевики искали опасность, свита магов разбежалась, а так как по нам они не стреляли, не проявляли агрессии, то и боевики по ним не были. Кроме троих, те в дорогих одежах и со шпагами. Дворяне думаю. Те используя боевые артефакты, присоединились к магам, их тоже загасили. Как уже говорил, ибо не фиг. Пока же встав из-за валуна, тот потрескивал от жара, успев нахвататься от магов фаерболов. Да по сути от него и ничего не осталось, но меня прикрыл. Не стоит думать, что я только что из портала вышел. Нет, я тут третий день. И самого кольца-портала нет, одна груда камней. Это валун похоже часть портала. И вот как хранилища заработали, вернулся к порталу. Сам в лесу выживал, охотился силками и ягоды собирал, есть-то хочется, медитировал, а тут эти. Лагерь разбит, палатки. Три дня назад, как в этот мир шагнул, тут ничего такого не было, и встретили странно, сходу обстреляв. Странные местные жители. А я загадал магический мир, где магическое искусство высоко, можно купить Дар и поставить себе. Надеюсь запрос без ошибки вышел. Ну магия тут по крайней мере была. Пока же изучив трофеи, кое-что отобрал, хотя свободного места в хранилищах не было, всё занято, ну и по тропинке направился в сторону ближайшего населённого пункта. Пока Дар не получу, я этот мир не покину. Если тут такое не делают, буду через портал искать нужный. Теперь, что было за эти годы. Я прижился в Москве, где соседки на лавочке шалели, каждый вечер гулял с новой девушкой, бабником хвалили. Я не считал, что они меня так ругали.

В общем, жил я хорошо, обставил квартиру, «жигуль» купил новый, белая «шестёрка». Много за границей бывал. В ноль стёр тренировочную базу САС в Англии. Две тысячи спецназовцев, инструкторов и кто там ещё был, отправились в свой ад. А так просто, по велению левой пятки их обнулил. Напомнил, что они смертны и охоту на меня решили зря устроить. А я это всё поминаю им попытку моего похищения в Афгане. Ну да ладно. Много с девчатами путешествовал по Земле. Как пять лет отработали, честно деньги получили, и разъехались. Я им дома купил где захотели. Бизнес ещё. Они матери моих детей, которые сейчас с ними на Земле остались, чтобы было на что жить. У Моники трое, у остальных по двое. Так что помогал, я на это дело ответственный. Как те отработали, расстались, и новых набрал. Кроме Моники, она на следующие пять лет завербовалась. Так десять лет и пролетело. Кстати, живых в хранилищах нет, решил тут наложниц набрать, прошлые отработали и на Земле остались. Так что портал у Байкала всё же был, три десятка коров забил, и вот перенёсся, с тушей одной в ногах. И сразу бегом рванул прочь, а стая волков была, или нечто похожее. На кровь как бешенные были. Потом до темноты на дереве сидел, пока те тушу драли и обгладывали, да на меня поглядывали. Вот и выживал три дня в лесу. Быстро хранилища запустились, не ожидал. Подготовился я хорошо к этому путешествию, пора Дар добывать. И знаете что? На пятый день пути по лесу, тут колея от повозок, меня выследили и с ходу атаковали, даже два боевика, третий в запасе, против полусотни магов, а это явно регулярная армия, не помогли, сожгли их. Там и до меня дошло. Чего они не берут живым-то? Я что, демон? Хм, а может они принимают всех, кто переходят через портал, за таких существ? Забавно, но умер, и новое перерождение. Вот только знаете что, мне это не надоедает и никогда не надоест. Это моя жизнь и она мне нравится. О такой жизни можно только мечтать. И как видите, свою лазейку я нашёл, снова буду на Земле, и через портал уйду в магический мир. План я не отменял, сейчас он только невольно отсрочился. В общем, я люблю тебя жизнь. По сути её можно назвать так — бесконечность. Кстати, а куда меня перенесло? По идее или Содружество, или миры высоких космических цивилизаций. Тут лучи светила попали внутрь, и я понял, корабельная свалка на Славии. Внутри свалки находился, в корпусе большого катера, тело подростка, мусором закиданный. Ничего, место неплохое, поживу, мне тут нравится. Интересно. Хм, а планета уже открыта или до сих пор тюрьма?

Конец книги.

Конец серии.