Наступил судный день. Мертвые поднялись из могил и пошли по улицам городов. Власть ничего этому противопоставить не может, прежнему миру пришел конец... Теперь каждый сам за себя.
Этот план я, честно говоря, продумывал еще с той минуты, когда дедок упомянул про осмотр на входе в лагере для беженцев. Были надежды, но мысленно я уже смирился с тем, что Вову не пропустят. И на этот случай у меня в голове сформировался план дальнейших действий. Но для его успешной реализации нужно было поторопиться, пока не начало темнеть. Даже в сумерках черта с два я что-то разгляжу, да и Вова тоже.
Итак. Для выполнения первого пункта плана мне было нужно хоть какое-то здание поблизости, причем оно должно быть выше стадиона.
Проблема была как раз в том, что таких строений рядом было ровно одно — девятиэтажка. И, как назло, ее единственный подъезд выходил как раз на проспект. Может, я, конечно, и параноил, но на месте вояк я бы заинтересовался, если бы парочка типов, которые не вошли в лагерь, внезапно сорвалась и поехала к единственному на всю округу наблюдательному пункту, с которого удобно следить за лагерем. Вояки могут полезть следом за нами, и это сулит проблемы, ну или шепнут снайперу (а он у них есть, уверен), и тот начнет палить по нам, едва возле окон появимся.
Вовка, заметивший мои раздумья, спросил:
— В чем проблема, Жек? Ты ж говорил, что план есть?
— Да есть…но я не учел, что подъезд девятиэтажки сюда выходит. А мне надо на ее крышу — оглядеться хочу.
— Так, и в чем сложность? Отъедем, припаркуем тачку прямо за домом, сзади, и войдем через любую квартиру первого этажа…
— А если там решетки? Вон, с этой стороны они везде стоят.
— Значит, подставим что-нибудь и влезем через второй, — пожал плечами Вова. — Вон, тут везде балконы невысоко, так что не вижу никаких сложностей.
— Ну давай пробовать. Тут мы все равно ничего не высидим.
К сожалению, план с окнами первого этажа оказался провальным. Никто в трезвом уме и здравой памяти не будет жить с не зарешеченными окнами в большом городе. Еще и возле стены дома с обратной стороны был разбит небольшой палисадник, густо утыканный клумбами, сделанными из старых покрышек. Для «Жигуля» эта преграда была слишком высокой, и я уже начал было гундеть, мол, я ж говорил, не выйдет ничего, когда Вова просто молча ткнул мне рукой куда-то в сторону.
Помимо цветов на клумбе возле дома росли несколько деревьев — то ли яблони, то ли сливы, то ли еще какая лабуда — я в ботанике не силен. И некий садовод-любитель, который развел тут всю эту растительность, явно был помешан на уходе за садом, и в том числе на обрезке ветвей — под одним из деревьев возвышалась разложенная лестница-стремянка. Высокая, алюминиевая, из трех секций. Хочешь — ставь ее буквой А, а хочешь — раздвигай и приставляй к стене. Около лесенки высилась горка сухих веточек, садовод недавно тут трудился…
А самым важным было то, что даже навскидку она казалась достаточно длинной для того, чтобы с гарантией достать до окон второго этажа.
Оглядевшись и не обнаружив нигде ни людей, ни зомби, я быстро подхватил эту конструкцию и, разложив, упер в подоконник ближайшего окна на второй этаж. И только взлетев вверх, я понял, что есть небольшая проблема: окна пластиковые, двойные.
Выбить их красиво, как частенько показывают на тренах спецназа, рамочным прикладом АКСУ не получится. Просто погну приклад. И что делать?
— Чего ты там застрял? — зашипел снизу Вова. — Давай уже, залезай!
— Да тут окно! Как его разбить-то?
— Топором… — Вова был саркастично-ядовит. — Или головой своей дубовой. Жень, слезь, дай я, а?
А я что, а я ничего. Взял и слез. Пусть покажет мне класс езды на тараканах…
Вот только Вова реально знал, что надо делать, поэтому из машины он вылез, вооруженный шуруповертом, который не забыл забрать из дома. Как и набор сверл, одно из которых сейчас в шуруповерте и торчало. Удивительно легко для такого здоровяка взобравшись по лестнице, Вовка пару секунд позаглядывал с разных сторон на окошко, будто примеряясь, а потом приложил сверло в какую-то одному ему известную слабую точку, пару секунд посверлил, причем в пластик окна его инструмент проскочил легко и непринужденно.
После этого, вытащив дрель, он достал из кармана разгрузки длинную плоскую отвертку, вогнал ее в высверленное отверстие и с усилием провернул. Затем картинным жестом нажал на оконную раму и стеклопакет распахнулся, открывая доступ в квартиру.
Я поднялся вслед за Вовой, волоча оба наших автомата. За это время мой товарищ — как оказалось, бывалый специалист-домушник, быстро осмотрел квартиру, убедился, что дверные замки, во-первых, снабжены «собачками» для открытия изнутри без ключей, а во-вторых, они закрыты. Ну и, понятное дело, что сразу же оглядели квартиру на предмет наличия тут мертвяков или негостеприимно настроенных хозяев, держа пистолет наготове.
