— Лучше, лучше, — проворчал Герман. — Уж поверь старому волку, который часами сидел в засадах.
Глеб хмыкнул и отсоединил рюкзак от куртки. Потом биотехник натянул на лицо маску и погрузился в разбор погоревшего снаряжения. Змея действительно сдохла, как и совсем новенький пробник. Всего лишь позавчера Петрович за его потерю обещал голову оторвать. На оставшихся стержнях полностью облезла биомасса. Защитный гель в рюкзачке большей частью тоже выкипел.
Однако куда больше было того, что еще можно было разбудить и спасти. Пара часов пролетела незаметно. Затем его отвлек громкий стук.
Кто-то барабанил во входную дверь трактира, да так сильно, что подрагивала дверь задней комнаты. Глеб вскочил на ноги.
— Без паники, — рыкнул из наушников Герман. — Проверь, что там!
Глеб метнулся к двери. В ней красовались такие щели, что можно было выглянуть, не открывая ее. Глеб сумел разглядеть часть зала и самый угол входной двери. Та распахнулась, словно от удара. Вошедшего Глеб не видел, но толстяк приветствовал того с явным почтением. Шумный гость в ответ что-то буркнул. Они обменялись парой фраз, которые Глеб не расслышал, потом гость прошел в зал. Толстяк семенил за ним.
— Если я могу для вас что-то сделать… — лебезил он.
— Если бы ты мог что-то сделать, я бы давно велел тебя расстрелять, — прервал его резкий голос. Он сделал паузу, чтобы толстяк мог оценить сказанное, и строго добавил: — У нас есть информация, что Кира Шарова вернулась из Зоны с новым другом.
— Вы хотите сказать, что она привела человека ОТТУДА? — испуганно выдохнул толстяк.
— Оттуда, оттуда, — подтвердил резкий голос. — И ты его прячешь!
— Да что вы?! — снова раздался голос толстяка. — Да чтоб я, да чтоб человека оттуда! Да никогда в жизни я не имел дела с порождениями Зоны!
— Ну да, как же! — бросил в ответ резкий голос. — А то мы не знаем, чем ты тут промышляешь! Обыскать тут всё!
Глеб решил, что самое время забирать Германа и рвать отсюда когти. Он едва успел собрать инструменты, как сзади с треском вылетело окно. Глеб обернулся. В дыру, своротив раму на пол, разом запрыгнули двое в черных кожаных плащах и с автоматами в руках. Автоматы они сразу наставили на Глеба.
— Ни с места!
Усиленный динамиком голос рявкнул так громко, что вздрогнули все трое. Потом дверь распахнулась, чуть не слетев с петель, и в комнату влетел еще один в черном плаще, но на этот раз с двумя пистолетами в руках. Убедившись, что он опоздал, этот третий сунул пистолеты в широкие карманы плаща и отступил в сторону, подперев стену плечами. Учитывая их манеру входить в помещение, это было совсем не лишним.
— Не шевелись, мутант, — строго сказал один из тех, что с автоматами.
— Я не мутант, — ответил Глеб.
— Разберемся, — мрачно бросил всё тот же человек.
Глеб мысленно вздохнул. Всё выглядело так, что он попался в лапы чистильщикам. Черные кожаные плащи, да еще это "разберемся!" Во всех постановках это была их коронная фраза. Они всегда обещали разобраться, но вместо этого всегда всех арестовывали.
Эти громилы действовали в точности как в театре. В комнату зашел еще один чистильщик. Судя по тому, как подтянулись остальные, офицер. Высокомерно глянув на Глеба, он резко бросил:
— Арестовать!
Двое с автоматами подхватили Глеба под руки и заставили встать. Быстро обыскав его, они не нашли ничего интересного, и вывели биотехника из трактира. Толстяк стоял перед стойкой, положив на нее руки. Над ним возвышался здоровенный тип, тоже в кожаном плаще и с автоматом. При виде Глеба толстяк изобразил виноватую физиономию. Мол, извини, ничем не могу помочь. Один из конвоиров подтолкнул Глеба в спину стволом автомата и велел двигаться живее.
Второй конвоир забежал вперед. Открыв входную дверь, он застыл с автоматом на пороге, поглядывая по сторонам. Глеб прислушался. Сразу за дверью гудели моторы и лаяли собаки.
— Выходим, — сказал второй конвоир.
Перед трактиром остановилась целая колонна автомобилей. Хоть парад устраивай! Возглавлял ее черный легковой автомобиль. За ним — четыре грузовика; два с открытым кузовом и два с закрытым. Замыкал колонну броневик. Он грозно вращал туда-сюда башнями, из которых торчали толстые стволы то ли пулеметов, то ли маленьких пушек.
Вокруг царил сущий хаос. Солдаты с оружием бегали по дворам и арестовывали, как показалось биотехнику, вообще всех подряд. При этом зачем-то ломали заборы и гоняли куриц. Их тут металось, наверное, не меньше чем людей. Трое солдат дружно попытались перемахнуть через высокий забор, и он рухнул под их тяжестью. Раздалась забористая брань. Мимо упавших прошмыгнула рыжая кошка и умчалась в сторону реки. Трое вскочили и арестовали всех, кого нашли за забором.
— А могу я спросить… — начал было Глеб.
— Нет, — коротко бросил один из его конвоиров, и биотехника затолкали в черный автомобиль на заднее сиденье.
Конвоиры втиснулись туда же, усевшись по бокам от арестованного. Водитель оглянулся. Глеб тоже. Всех прочих арестованных солдаты грузил в головной грузовик. К автомобилю подошел офицер чистильщиков. Бросив на Глеба еще один взгляд, он сказал:
