– Значит, ждали его там, вот что, – поднял многозначительно палец Сурти, – Раз не побоялся с таким малым отрядом в соседний баронат ехать.
– Кто ждал?
– М-м… – сделал неопределённый жест руками разведчик, – значит, было, кому ждать. Только вернулся он оттуда какой-то другой.
– Какой другой?
– Ну… как бы выше ростом, что ли стал…
– А может, его подменили? – предположил Эриш.
– Да не, – отмахнулся Сурти, – я не в том смысле. Он как бы внутренне выше стал. И внутри у него, знаешь, уверенность такая появилась. Твёрдость, что ли…
– Так он и раньше уверенным был.
– Был, да не так. В общем, не знаю я, как тебе это сказать. Сам поглядишь – поймёшь. Вот только через эту его уверенность и у нас у всех смелости прибавилось. Потому как, чего греха таить, по началу-то мы все с опаской сюда шли. А вот в последние дни на него как поглядели, так и поняли. Точно нам тут удача будет! Точно! А уж после этого и опаска вся куда-то ушла. Так-то вот, друг, – и Сурти, закончив рассказ, присосался к кружке, пока полностью не опрокинул её в себя. Допив пиво, он обтёр ладонью рот и, поставив кружку на стол, взглянул на капитана:
– И ещё одно, – продолжил он, – когда Командор из этой поездки вернулся, то с ним пришла и вся сотня Сапуна с ним во главе. Помнишь, он людей себе на Бархозе набирал?
– Ну?
– Вот те и ну… пришли все конные, с заводными. И все одетые одинаково. Тёмно-зелёные камзолы, вот как у меня плащ. Штаны из коричневой кожи и на ногах ботфорты выше колен. Вроде, как форма у них такая. И вооружены все одинаково. Два пистолета тяжёлых, рапира длинная и кинжал. Вот, спрашивается, откуда они там взялись и чего делали? Но, видать, не зря они там были, коли Командор без опаски на север ездил. А сотня эта теперь при нём постоянно. Как личная охрана. И Сапун разве что не ночует в его палатке. Вот так-то вот.
– Да, друг, занятные вещи ты рассказываешь, – задумчиво поскрёб подбородок капитан.
– Это ещё не всё. Остальное сам увидишь, как только армия подойдёт. Ну, да ладно… А ты-то сам как здесь очутился? – спросил Сурти, подливая себе ещё пива.
– Да мы когда в Саутане высадились, дней через несколько пришёл приказ от Командора: выслать в эту деревеньку отряд человек триста. Задача – перекрыть дорогу от столицы до границы и обратно. Чтобы никакой гонец и вообще хоть кто-нибудь из Гарлуна до ставки барона добраться не смог. Всех останавливать и для выяснения отправлять обратно в столицу в сопровождении нашей охраны. Вот Грай и отправил меня сюда с моей командой. С тех пор так тут и сидим.
– Ну и как сидится?
– Скучно, – вздохнул Эриш, – за всё это время пару раз пытались какие-то из столицы на запад уйти. Так мы их завернули и назад с почётным эскортом отправили. Позавчера вечером гонец от Командора прибыл с сообщением, что вы выступили. Чтоб быть готовыми встретить. Да вот вчера ещё развлечение было. Гонец тут с десятком гвардейцев примчался. Из ставки барона в столицу уж очень спешил. Я с ним, понимаешь, по-человечески разговариваю, а он грубить начал… Ну и пришлось их помять маленько. Ничего… ночку в сарае провалялись, так сегодня гораздо вежливее себя вели. Сейчас в таверне отсыпаются.
Пока длился этот неспешный разговор, к деревне на рысях подошёл конный полк. Но в деревню входить не стал, а приняв вправо, вышел на большую поляну на опушке леса, где и разбил лагерь между деревней и этим самым лесом.
Приятели вышли поглядеть на прибывающие войска.
– Гляди-ка, – удивился капитан Эриш, – в нашем войске и конница появилась!
– Да, – с некоторой гордостью ответил командир разведчиков, – конный полк. Шесть сотен. И моя сотня разведки к нему приписана. Седьмой отдельной сотней.
– Вот уж не думал, что среди моряков может столько конников набраться, – крутнул головой Эриш.
– Так это мы теперь моряки, – возразил ему Сурти, – а до того, как на Бархозу попасть, кем только не были. Приходилось и на конях ездить. Вот я, к примеру, вырос в деревне. А у нас знаешь сколько коней было!? Вот мы пацанами и гоняли их в луга на выпас. Тогда и ездить на них выучился. Что в седле, что без седла, для меня одинаково.
– Ну-ну, ладно, завёлся, – шутливо проворчал Эриш.
– К тому же, знаешь, что я тебе скажу, – продолжал, понизив голос, Сурти, – Не все конники в полку – пираты.
– Вот как? – заинтересованно повернулся к нему капитан, – а кто же они?
– Две сотни, свои личные, в полк передал управляющий барона, граф Гаруш. У него, как я знаю, ещё что-то около того осталось. И ещё сотню местных набрали. Среди них кого только нет! И обнищавшие дворяне, и из пограничной стражи, и просто разный люд. Для приёма только одно условие было: чтоб со своей лошадью приходили и хоть с каким-нибудь оружием. Но вообще-то оружие им уже в полку выдавали…
В это время на дороге появилась пехота. Первым в деревню вошёл полк пикинёров, что-то около пяти сотен. Его основу составили солдаты, прибывшие с принцем десять лет назад на Бархозу. В добавок к ним были отобраны те из пиратов, кто когда-либо служил в армейской пехоте. Вооружены они были длинными двухсаженными пиками, которые воины несли на правом плече.
