– Хорошо. – Ильзе вдруг понял: напиши разведчик отчет поподробнее, то он, Ильзе, в экспедицию и не попал бы. Или попал, но шестым номером. – Наверное, вы просто не смогли рассмотреть как следует…
– Ясно дело – не мог. С моей-то коптилкой… – Разведчик погасил фонарь.
– Это ведь не просто «пещера, возможно, искусственного происхождения». Это, бесспорно, артефакт.
Ильзе говорил четко, словно диктовал. Собственно, так оно и было – по кабелю и звук, и картинка передавались наверх, в краулер Миадзаки. Любой беспристрастный наблюдатель поймет – именно Ильзе первым понял, что они встретили сооружение странников. Возможно, оно так и будет названо – «зал Ильзе». Или «станция Ильзе».
– Уж артефакт так артефакт, – протянул Вано. – Артефактище.
Требовалось время, чтобы осознать масштаб находки. Была бы это плита какая-нибудь, скелет прямоходящего двухордового, наконец, ржавая шестеренка – сработали бы навыки. Шестеренки и прежде находили.
– Это станция метро… – Тамара сказала вслух то, что думали все.
– М-да… Определенное сходство, конечно, есть… – согласился Вано. – Станция «Киевская». Или «Рижская».
Свет «жирафы» отражался на мозаичных стенах, колоннах, сводах. Преобладали цвета лимона и охры.
– А вот и путь. – Тамара показала на желоб, гладкий до блеска, уходящий в тоннель.
– Рельсы, рельсы где? – Вано вдруг стало смешно. Надо же – выползет сейчас поезд, они сядут, и поедем мы в библиотеку имени Ленина. Нуль-пространство.
– Не следует ожидать полного сходства. – Ильзе не принимал шутливого тона. Неуместен он, такой тон, перед лицом глобального открытия. Перед лицом истории. – И торопиться с далеко – очень далеко – идущими выводами не стоит тоже.
– Никаких выводов, помилуйте. Просто – первое впечатление. – Вано совершенно не желал конфликтовать с начальником. Сегодня – начальник, завтра – большой начальник, послезавтра – царь и бог. – Вот у вас, – обратился он к разведчику, – первое впечатление какое… каким было?
– Первое? Хм… Испугался, что угодил к бабушке.
– Куда, простите? – Вано с разведчиками старался держаться предельно ровно. Всяко случиться может. У него самого бывший лучший друг оказался в разведчиках.
– Это предание такое, будто где-то в подземелье сидит бабушка-пиявка и нянчит бессчетных внучат. Или внучков?
– Здесь?
– Поначалу, знаете, показалось – попал в гнездо. Знаете, на Земле у тарантулов, ос, пещерных пчел бывают гнезда.
– Брр, – передернула плечами Тамара.
– Не наводите панику. – Однако Ильзе крепче сжал карабин.
– Никакой паники. Пиявицы под поверхностью нападают редко.
– Почему? – приободрился Ильзе.
– Не знаю. О них мы вообще знаем очень и очень мало. Как и об остальном.
– Кто мало знает, а кто мало говорит. Это разные вещи. Болтать обо всем…
– Да, конечно. – Разведчик прошел вдоль зала. – Хотя, не исключаю, кроме того пути, которым мы прошли, есть и другие. И в них пиявицы как раз и гнездятся.
– Гнездятся?
– Ну да. Никаноров нашел гнездовье пиявиц в районе Большого Сырта, около полусотни малых особей.
– Что-то я ничего не слышала об этом.
Тамара любила поговорить о пиявках, пауках и прочей фауне, сидя в кают-компании, на базе, но здесь… Конечно, она не суеверная, но с разговорами можно и подождать. Сейчас дел невпроворот – произвести обмеры, хотя бы запечатлеть поверхность, а времени мало.
– А чего кричать-то? Панику сеять. – Ильзе тоже не слышал, но не зря же призывали к предельной осторожности. Вот он и осторожен.
– Лупят их, лупят, а извести не могут, – пробормотал Вано.
– Кого лупят?
– Известно кого – пиявок.
– Ничего, весной проведут массовый отстрел… – утешил Ильзе.
Вано – хороший исполнитель, преданный. Немного порассуждать любит, но немного – можно. Хуже, когда подчиненный молчит. Молчит, молчит, да и вымолчит этакое… хорошо, если в разведчики…
– На вашем счету уже есть пиявка?
– Есть. – Ильзе любовно погладил карабин. – Уложил штучку.
Эту «штучку» приписывали себе по меньшей мере полдюжины стрелков Станции Красной – ее, ту пиявку, прозвали Дракулой, и не без причины… семнадцать пуль оказалось в теле – чья главная, последняя, решающая?
– Будем, товарищи, считать, что мы отдохнули, пора и поработать, – продолжил он и закинул наконец карабин за спину. – Тамара, Вано, подключайте периферию к гирокомпасу, будем снимать подробный план. Вы, э… товарищ, попробуйте пройти в тоннель, разумеется, осторожненько, недалеконько.
– Попробую, как не попробовать. На то мы и разведчики – пробовать.
