Карина, грустно улыбаясь, говорит:
— Уже будучи пожилым человеком, дедушка, уходя на работу, иногда оставлял бабушке записку: «Я тебя люблю».
В еще улыбчивых глазах Карины заблестели слезинки, подошли горестные воспоминания о кончине бабушки.
— Она тяжело болела, лежала в больнице на улице Грановского, мы часто навещали её. Дедушка почти не отходил от её постели. Кстати, в соседней палате находился ваш коллега — писатель Валентин Катаев. Он, слава Богу, выздоровел, а бабушка скончалась. Ее похоронили на армянском кладбище, напротив Ваганьковского.
Я не расспрашивал Карину, как перенес Иван Христофорович этот тяжелейший удар судьбы. Думаю, читателям нетрудно представить его состояние даже по нескольким приведенным выше его письмам.
Карина коротко завершила эту печальную часть нашей беседы:
— Меня отправили на нашу дачу в Баковке, чтобы я не путалась под ногами. Через несколько дней дедушка приехал на дачу. По тому, как он вышел из машины, я поняла: случилось что-то ужасное! Он подошел ко мне и сказал: «Нашей бабули больше нет с нами», — и заплакал. После бабушкиной смерти он изменился — сник, начались проблемы со здоровьем — он узнал, где находится сердце, которое до этого никогда не болело.
Мне очень жаль Тамару Амаяковну, Ивана Христофоровича да и мою молодую собеседницу. Чтобы как-то отвлечь ее от грустных воспоминаний, перевожу разговор на более приятную для нее и для меня тему. Тем более что у нас в жизни оказались сближающие обстоятельства: Карина вместе с моей дочерью Олей училась в Военном институте иностранных языков. Они однокашницы. У них жизнь сложилась одинаково не только в годы учебы. Обе они получили звание лейтенанта, как и полагается, вышли замуж и через некоторое время разошлись с мужьями. Они очень самостоятельные! Обе растят сыновей: Карина — Андрюшеньку, Оля — Мишеньку, которые учатся (в 2006 году) в третьем классе.
И Карина, и Оля удостоены высокого звания полковник и служат в Российской армии по сей день! Разница у них только в одном — Карина вторично вышла замуж, а моя Оля все еще ждет своего суженого принца.
Во второй половине 1970-х годов Баграмян, уже не оберегаемый Тамарой Амаяковной, несколько раз простудился. На юг, в Сочи, выезжать не разрешали врачи: там жарко, нехорошо для сердца Советовали отдыхать в Прибалтике. Но здесь сыро, дожди, море холодное. Он четыре года подряд съездил в Прибалтику и четыре раза возвращался оттуда с тяжелой простудой. А в конце 1977 года вывезли его из Риги в Москву с воспалением легких и положили в правительственную больницу на Мичуринском проспекте. Болезнь протекала очень тяжело.