Мне очень жаль Тамару Амаяковну, Ивана Христофоровича да и мою молодую собеседницу. Чтобы как-то отвлечь ее от грустных воспоминаний, перевожу разговор на более приятную для нес и для меня тему. Тем более что у нас в жизни оказались сближающие обстоятельства: Карина вместе с моей дочерью Олей училась в Военном институте иностранных языков. Они однокашницы. У них жизнь сложилась одинаково не только в годы учебы. Обе они получили звание лейтенанта, как и полагается, вышли замуж и через некоторое время разошлись с мужьями. Они очень самостоятельные! Обе растят сыновей: Карина — Андрюшеньку, Оля — Мишеньку, которые учатся (в 2006 году) в третьем классе.
И Карина, и Оля удостоены высокого звания полковник и служат в Российской армии по сей день! Разница у них только в одном — Карина вторично вышла замуж, а моя Оля все еще ждет своего суженого принца.
Во второй половине 1970-х годов Баграмян, уже не оберегаемый Тамарой Амаяковной, несколько раз простудился. На юг, в Сочи, выезжать не разрешали врачи: там жарко, нехорошо для сердца Советовали отдыхать в Прибалтике. Но здесь сыро, дожди, море холодное. Он четыре года подряд съездил в Прибалтику и четыре раза возвращался оттуда с тяжелой простудой. А в конце 1977 года вывезли его из Риги в Москву с воспалением легких и положили в правительственную больницу на Мичуринском проспекте. Болезнь протекала очень тяжело.
Ну а теперь пора приступить к изложению той части главы, которая называется «радости». Уж так устроена наша жизнь: в ней постоянно перемежаются печали и радости. Причем и то и другое часто приходят неожиданно.
Находившийся рядом с маршалом в эти дни в больнице генерал Корнеев мне рассказал:
— Иван Христофорович был в безнадежном состоянии. Консилиум во главе с академиком Блохиным, не оглашая широко диагноза, мне сказал: месяца три- четыре, не больше, осталось жить Ивану Христофоровичу. Я почти постоянно находился при нем, только вечером отправлялся домой.
Утром приезжаю, захожу в палату и вижу: с каждым днем ему все хуже. Угасает. Лежит молча. Иногда приоткрывает один глаз и опять в полусон, в полузабытье.
И вдруг — о, радость! О, счастье! В газете «Правда» опубликован:
ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР
О награждении Героя Советского Союза
Маршала Советского Союза Баграмяна И.Х.
орденом Ленина и второй медалью
«Золотая Звезда»
Я показал газету Ивану Христофоровичу, прочитал указ. Он оживился. Сел. Я подложил ему под спину подушку. Стал поздравлять его. Тут и врачи пришли, тоже поздравляют. Около десяти утра звонок по внутреннему телефону. Я поднял трубку. Дежурный врач говорит:
— Приехал товарищ Косыгин, хочет поздравить маршала. Примет?
Я передаю это Ивану Христофоровичу. Он просто засиял.
— Конечно, пусть заходит! — А мне говорит: — Достань из шкафа китель и рубашку, одень меня. не могу же я Председателя Совета Министров в белье принимать.
Он пересел в кресло. Я помог надеть форму. Вошел Косыгин, с цветами, веселый, улыбающийся, обнял Ивана Христофоровича, тепло поздравил с высокой наградой, пожелал скорого выздоровления.
После визита Алексея Николаевича Иван Христофорович повеселел, глаза засияли, даже цвет лица стал лучше. А тут опять звонок — приехал поздравлять начальник Генерального штаба маршал Огарков. И тоже с цветами, с подарком, с добрыми пожеланиями. За ним последовали один за другим Микоян, замминистра генерал армии Куркоткин, Главком Сухопутных войск генерал армии Павловский. Дочка Маргарита с мужем Сергеем, внуки Карина и Ванечка приехали, обнимали, целовали дедушку.
В середине дня целая правительственная делегация: заместитель Председателя Президиума Верховного Совета СССР Кузнецов Василий Васильевич, Секретарь Президиума Георгадзе, заместитель министра генерал армии Соколов, начальник Главного политического управления генерал армии Епишев. Собрались врачи, гости.
