— Не «чего», а «кого»! Должен чел какой-то важный подскочить. И сам меня найти. Очень всё таинственно, мать их…
— Важный чел, говоришь? Давай-ка, пока суд да дело, отделим каракатиц от каракуртиц.
— Чего-чего?
— Не бери в голову, старинная немецкая поговорка.
— А-а-а… О! Хорошо, вспомнил! — Маршал пошарил в многочисленных складках камзола. — Тут у меня… Вот! Те самые командировочные. Надо бы поменять, дружище! К менялам здешним обращаться категорически запретили. Под колпаком, говорят, у орденской мафии. Типа, обуют на раз, сдадут на два! Все обменные операции с местными валютами велено исключительно через тебя проводить, — выложил на стол объёмистый кошель. — Будьте добры, уважаемый, отоварьте денежку!
— Посмотрим, посмотрим, что тут у нас?
Трактирщик, контрразведчик, физик-психостат, по совместительству теперь вот ещё, как выяснилось, и хозяин подпольного обменника, грубо говоря — меняла, небрежно высыпал содержимое кошеля на грязный стол. При виде солидных золотых кругляков с вкраплёнными по центру крупными блистающими самоцветами вскинулся, точно шершнем в яичко ужаленный:
— Бл*дь! Ругонские даны113! А-ку-еть! Неужто настоящие?!!
— Хм… Не то чтобы без подмесу… Короче, зуб не дам, но сработано качественно. На глаз, по местным меркам — супер-пупер вооруженный, нипочём не отличить! — в Юрином голосе слышались явные нотки гордости за себя, за Центр, за доморощенных центровых фальшивомонетчиков. — Видишь вот эти, — охотно поднёс монету к самым глазам Роланда, — характерные раковинки и бороздки? В точности повторяют мельчайшие огрехи ругонских чеканщиков. Камни, кстати, местные, с югов. Остальное, сам знаешь, — дело техники.
— Занимательно, Ури, думм твоя копф! Только куда ты всё это денешь?!
— А что, собственно, не так? Чем ты опять недоволен-то, дедерон114 ворчливый?
— Не опять, а снова! Утюжок115! — вскочил вновь, заходил возбужденно промеж столов. — Фу ты, ну ты, ножки гнуты! Лишний раз убеждаюсь, что начальнички твои идиоты и мудаки! Или идиотствующие мудаки. Мне так даже больше нравится. У тебя на даче в Подмосковье сад, огород есть? Тачку садовую видел, руками мацал?
— Дурацкий вопрос! При чём здесь…
— При том, — прервал его раздосадованный бош, — что придётся тебе тачку денег с собою возить. А то и две. Зачем столько?! Зачем даны? Прислали бы сотню драгов116, на месяц-другой с лихвой хватило бы!
— Чего испереживался-то? Говно вопрос! Припрячем наши денежки по банкам и углам. Будем брать, не скупясь, когда занадобятся. Зато хватит фиг знает насколько! Внукам, бубёныть, твоим ещё останется!
— Гм… И то правда. Нервишки сдают, ни к чёрту стали! В отпуск бы. На море куда-нибудь… С женой, детишками…
Успокоившись, Рол присел. Побряцал мечами. Вытащил один, осмотрел внимательно, опробовал ногтем заточку. Удовлетворившись, вернул клинок в ножны, продолжил обсуждение прерванной темы:
— Значит, выходит, итого всего ходу — неделя, максимум — полторы. Хм… Самое тонкое место в операции. Тончайшее! — задумчиво почесал затылок. — Знаешь, Юр, за последние пару лет впечатление сложилось, что в Центре одни аферюги собрались! Или, как я уже говорил, мудаки, или одно из двух… В любом случае — ипанутые! Чирей на пятке! Какая бестолочь так бездумно напланировала?! Сам посуди, сколько важных, я бы даже сказал, кое для кого — жизненно важных и в то же время абсолютно непредсказуемых событий должно было произойти практически одновременно, да ещё, блин, с прогнозируемым результатом! Дас ист фантастиш! Начнём с того, что нашей взбалмошной шиксе — Королеве вдруг приспичило, лучшего слова и не выдумать, призвать ко двору засранца Грааха. Хочу Гра-а-ха! Хочу Гра-а-ха! — визгливым гнусавым голосом неожиданно взвопил Роланд. — Прецедент, судя по бл*дским замашкам Морры и её двора, вполне заурядный. Но для того нужно хотя бы знать, помнить, что он вообще существует, этот пресловутый Граах-гааш! И уж совершенно точно себе представлять, что у него, простите, есть… чего хотеть! — придирчиво окинул взглядом собеседника. — Ну… Может, чего и есть…
— На себя оборотись, орангутан рыжий! Зеркало дать?
— В ту пору, надо ж такому случиться! — лиса близёхонько бежала… Нет, аж целых две! Три! И сырный дух, как водится, наших прохиндейских лисицев-братишек остановил! — продолжил Рол, не обращая ровно никакого внимания на колкость собеседника. — Лисицы, значит, видят сыр, лисицев сыр пленил!
— Нет такого слова в русском языке: «лисицев»! — весьма своевременно возможность подвернулась нос немчуре безграмотной утереть. — Лисиц, коль скоро они всё ж на троих сообразить замыслили, сыр пленил, всасываешь? Ли-и-и-сиц! Тоже мне, великий знаток русской словесности, бубёныть! Грамотей хренов, гааш!
