В одном из эшелонов для Забайкальского фронта следовало полевое управление бывшего 2-го Украинского фронта во главе с маршалом Малиновским, который был в погонах генерал-полковника под фамилией Морозов. Рядом с ним находились его начальник штаба генерал армии Захаров — тоже в звании генерал-полковника под фамилией Золотова и другие военачальники.
После очередной остановки за Уралом поезд набирал скорость. За окном проплывали поля, глухие сумрачные леса, березовые рощи, оживленные деревушки. Мелькали телефонные столбы и отдельные избы с огородами возле них. Малиновский тихо произнес: «Тот же стук колес, то же направление, только другой комфорт». Напротив сидел Матвей Васильевич Захаров, обхватив руками фарфоровый чайник с заваркой. На столе — чашки с чаем, бутерброды с колбасой. Услышав слова и уловив задумчивый взгляд, Захаров сказал: «Что-то вспоминается, Родион Яковлевич?»
— Да, было дело... Почти тридцать лет тому назад, в первую мировую и гражданскую, я исколесил это направ-
ление и поездом, и пешком. Только теперь здешние места не узнать: похорошели, смотри, какая рожь колышется. Видимо, Ставка учла мой опыт борьбы с бандами Унгерна в Монголии, приняв решение назначить командующим фронтом.
— И недалекое прошлое. Я имею в виду боевые действия в горных условиях Румынии. Ведь впереди суровый и грозный Большой Хинган,— добавил Захаров.— И, видимо, Ясско-Кишиневские Канны учтены. Следует понимать так, что Ямаду тоже надо окружать.
— Возможно. Не сомневаюсь, что и тебя особо рассматривали в Ставке. Учти, Матвей Васильевич, маньчжурский театр куда сложнее. Нас замучит бездорожье, безводье, расстояния, солончаки, жара, миражи и многое другое, чего мы не испытывали при подготовке и проведении предыдущих операций.
...Перед отъездом в Читу Родион Яковлевич вместе с оперативной группой побывал в Москве. После предварительного пятидневного изучения материалов в Генеральном штабе он доложил в Ставке обстановку и предложения по проведению операции Забайкальского фронта. В ходе планирования были определены направления главного и вспомогательных ударов, состав сил и средств и их задачи, решен вопрос с назначением командующих, начальников родов войск и служб и дублеров.
Основную роль в операции предстояло выполнять Забайкальскому фронту, он больше других усиливался соединениями и частями западных фронтов, особенно 2-го Украинского, обогатившимися опытом действий в горных условиях. Поэтому прибывали бывшие его 53-я и б-я гвардейская танковая армии, из резерва Ставки ВГК 39-я армия *.
Ставка намечала широкий размах стратегической операции. Фронту предстояло за 20—25 дней продвинуться на 600—800 километров. Исходные позиции вдоль границы, с учетом ее изломов и изгибов, предполагалось растянуть до 2 тысяч километров2, основную массу войск — сосредоточить на территории Монгольской Народной Республики. Левое крыло фронта упиралось в северные отроги Большого Хингана, покрытые непроходимой тайгой. Применение противником значительных сил отсюда
ЦАМО. Ф. 16а. Оп. 1022. Д. 47. Л. 2.
Там же. Ф. 66а. Оп. 178499. Д. 8. Л. 4.
исключалось. Дивизии правого крыла намечалось разместить на безлюдной и безводной местности Монголии и Китая. Никаких других войск правее больше не предвиделось. Общее направление наступления — на юго-восток, навстречу 1-му и 2-му Дальневосточным, которым предстояло наносить удары соответственно с востока и севера. Ставка планировала рассечь Квантунскую армию и уничтожить, если она откажется сложить оружие.
Вслед за прибытием руководства в Читу поступила директива Ставки от 5 июля для Забайкальского фронта за подписями И. В. Сталина и А. И. Антонова. В пей определялась цель операции — стремительное вторжение в Центральную Маньчжурию 39, 53, 17-й общевойсковыми и б-й гвардейской танковой армиями для разгрома основных сил Квантунской армии и выхода главных сил фронта на рубеж Чифын, Мукден, Чанчунь, Чжалантуш». Предписывалось операцию построить на внезапности удара и использовании подвижных соединений, в перву* очередь 6-й гвардейской танковой армии: иметь главпую ударную группировку в центре фронта для наступление в общем направлении на Чанчунь через Солупь, предварительно преодолев Большой Хипган; не дожидаясь полного сосредоточения 53-й армии, к 25 июля провести и закончить все подготовительные мероприятия по группировке войск, боевому и материально-техническому обеспечению, управлению и быть готовым к действию.
