В 4 часа 30 минут в воздух поднялись самолеты 124-го истребительного полка 9-й смешанной авиационной дивизии 10-й армии (Западный фронт). В разгар воздушного боя у самолета младшего лейтенанта Д.В. Кокорева отказали пулеметы. Не растерявшись, молодой летчик зашел сзади и винтом своего самолета отрубил хвостовое оперение “Мессершмитту-110”. Потеряв управление, вражеский самолет разбился, а Кокорев посадил свою машину с убранным шасси на поле.
Примерно через час после этого младший лейтенант Л.Г. Бутелин таранил “Юнкерс-88”. А около 10 часов утра на подступах к Бресту вступили в бой с восемью Ме-109 четыре самолета 123-го истребительного авиационного полка 10-й смешанной авиационной дивизии 4-й армии, пилотируемые летчиками капитаном Можаевым, лейтенантами Жидовым, Рябцевым и Назаровым. Сразу же был подбит самолет Жидова. Когда он пошел на снижение, три немецких истребителя стали атаковать его сверху. Капитан Можаев, прикрывая вынужденный выход из боя своего товарища, пулеметной очередью сразил один из вражеских самолетов. Тем временем второй самолет был подбит Жидовым. К концу воздушного боя израсходовал все боеприпасы лейтенант Рябцев. Не считаясь с опасностью для жизни, он повел свою “чайку” на “мессершмитт” и таранил его. Вместе с обломками рухнул на землю гитлеровский летчик. Лейтенант П.С. Рябцев благополучно спустился на парашюте. Кроме Иванова, Кокорева, Бутелина и Рябцева, в первый день войны таранили вражеские самолеты старший политрук А.С. Данилов, старший лейтенант А.И. Мокляк, С.М. Гудимов и Е.М. Панфилов»[469].
В.А. Анфилов продолжает:
«Активно действовали и другие авиационные части Юго-Западного фронта. Летчики 12-го истребительного авиационного полка уничтожили восемь самолетов Ю-88, из них два самолета сбил командир полка Герой Советского Союза майор П.Т. Коробков. В этот же день девять истребителей другого авиационного полка во главе со своим командиром полковником Сорокиным прикрывали наземные войска. Советские истребители были атакованы 15 самолетами Ме-109. Наши летчики, проявляя отвагу, находчивость и высокое мастерство, вступили в неравный бой с врагом. В короткой схватке они сбили шесть самолетов противника, потеряв при этом четыре»[470].
А.В. Исаев подтверждает слова В.А. Анфилова и опровергает мистера Резуна:
«Старший лейтенант с чисто русским именем Иван Иванович Иванов на И-153 в лобовой атаке таранил немецкий бомбардировщик Не-111, рвавшийся к аэродрому. Оба самолета, охваченных пламенем, рухнули на землю. И.И. Иванов был пилотом дежурного звена 46-го истребительного авиаполка 14-й авиадивизии. Аэродром Млынув, на котором базировался 46-й ИАП, вообще стал настоящим кладбищем немецких бомбардировщиков. Только 51-я бомбардировочная эскадра «Эдельвейс» в течение 22 июня потеряла в районе Млынува 7 своих Ju88. Все они, по немецким данным, были сбиты советскими истребителями. Еще один Ju88 “Эдельвейса” был потерян в районе Луцка, также в зоне ответственности 14-й авиадивизии»[471].
«Командир 129-го истребительного полка капитан Ю.М. Беркаль, услышав артиллерийскую канонаду, тут же (на свой страх и риск) объявил боевую тревогу. С аэродрома Тарново поднялись истребители. Всего за день ими было выполнено 74 самолетовылета на прикрытие аэродрома. Советские летчики заявили об уничтожении 2 истребителей Ме-109. В воздушном бою был потерян 1 самолет, еще 1 не вернулся с боевого задания.
…В соседнем 124-м истребительном авиаполку майора И.П. Полухина также вовремя объявили тревогу. В воздух поднялись заместитель командира полка капитан Н.А. Круглов и мл. лейтенант Д.В. Кокорев. Последнему удалось перехватить и сбить таранным ударом двухмоторную двухкилевую машину, опознанную как До-217. В действительности это был истребитель Ме-110. Ему было суждено стать первым потерянным немцами самолетом на Восточном фронте.
На аэродроме Лесище, где базировался 127-й истребительный авиаполк 11-й авиадивизии, боевая тревога была объявлена в 3 часа 25 минут 22 июня. Уже в 3 часа 30 минут в воздух поднялось дежурное звено из трех самолетов. По телефону с поста ВНОС сообщили, что немецкие бомбардировщики в сопровождении истребителей пересекли границу. Немедленно были подняты в воздух остальные самолеты дежурной эскадрильи. 127-й полк в течение дня 22 июня не ограничился прикрытием своего аэродрома. Истребители полка вели бой над Гродно, Лидой, Августовом. Некоторые пилоты сделали по 8–9 вылетов, что было фактически на пределе человеческих возможностей. В воздушных боях были потеряны 10 своих самолетов, летчики заявили об уничтожении 11 вражеских самолетов»[472].
В.Р. Мединский сообщает: «В первый же день войны – 22 июня 1941 года – немцы потеряли 300 самолетов. Больше, чем в любой из других её дней»[473].
Да и сам мистер Резун себя опровергает в книге «Ледокол» и утверждает, что советские летчики вели оборонительные бои с германскими агрессорами с первого дня войны.
«Начиная с 22 июня, авиация Черноморского флота вела активные боевые действия в интересах Дунайской военной флотилии…