«После завершения крупных операций по окружению в летней кампании танковые группы к началу сентября 1941 г. располагали следующим количеством боеспособных танков (данные в %): 1-я танковая группа – 53, 2-я – 25, 3-я – 41, 4-я – 70.
Имея такое наличие боеспособных танков, 1-я и 2-я танковые группы начали операцию на окружение противника восточнее Киева»[214].
А к началу наступления немецких войск на Москву танковые группы получили пополнение. Мюллер-Гиллебранд продолжает:
«Вследствие подвоза танков, моторов и запасных частей и благодаря работе ремонтно-восстановительных служб в войсках к началу октябрьского наступления группы армий “Центр” количество боеспособных танков в танковых группах увеличилось: в 1-й танковой группе – до 70–80 %, во 2-й – до 50 %, в 3-й – до 70–80 %, в 4-й – до 100 %»[215].
Франц Гальдер сообщает те же цифры:
«
…а) Наличие танков во всех подвижных соединениях: во [2-й] танковой группе Гудериана – около 50 % штатного состава; в других танковых группах – около 70–80 %; лучше всего положение в 4-й танковой группе Гёпнера, которая имеет четыре дивизии полного состава»[216].
Войска Красной Армии Западного направления под гениальным командованием Г.К. Жукова отразили наступление немецкой группы армий «Центр» и «перемололи» главную ударную силу германской армии – танки. Мюллер-Гиллебранд пишет:
«6 ноября 1941 г. организационный отдел Генерального штаба сухопутных сил в представленной записке “Оценка боеспособности действующей сухопутной армии на Востоке” констатировал, что пехотные дивизии в среднем располагают 65 % своей первоначальной боеспособности, танковые – примерно 35 %. Поэтому 10 ноября 1941 г. должна была наступить оперативная пауза.
…29 ноября 1941 г. в заключении к записи обсуждения обстановки с 1-м обер-квартирмейстером (генерал Паулюс) и начальником оперативного отдела было отмечено “…Маневренность и наступательная мощь наших войск исчерпаны… Самое большое, на что можно рассчитывать, – это подойти северным флангом группы армий к Москве и занять 2-й танковой армией излучину Оки северо-западнее Тулы…”»[217]
Обескровив германские войска в оборонительных боях, 5–6 декабря 1941 года Г.К. Жуков повел войска Красной Армии в решительное контрнаступление. В результате этого контрнаступления советские войска отбросили противника на западном направлении на 80-250 км. Главным результатом предпринятого Красной Армией в декабре 1941 года контрнаступления является ликвидация непосредственной угрозы столице СССР – Москве. На полях Подмосковья было нанесено первое крупное поражение немецкой армии во Второй мировой войне и развеян миф о её непобедимости. После разгрома немецко-фашистских войск под Москвой германская группа армий «Центр» не провела ни одной крупной наступательной операции за 1942–1945 гг.
Да и сам мистер Резун на 211 и 212 страницах пишет о разгроме немецко-фашистских войск под Москвой:
«В декабре 1941 года Красная Армия погнала германские войска из-под Москвы.
…В декабре 1941 года германская армия находилась на грани поражения. Разгром группы армий “Центр” мог бы означать крушение всего германского фронта от Балтики до Чёрного моря».
На странице 207 мистер Резун вопрошает:
«Как могло случиться, что, имея 25 479 танков, великий полководец оказался у стен столицы СССР?»
Ответ на этот вопрос найдем в книге «Последняя республика»:
«Германская авиация нанесла внезапный удар по советским аэродромам, и это имело самые страшные последствия. Даже без боеприпасов, даже без топлива и запчастей, даже после потери тысяч танков у границ и в эшелонах мощь советских танковых войск была циклопической. Но противник господствует в воздухе. Советские разведывательные самолеты не могут подняться в небо. А если и поднимутся, их сбивают. Нашему советскому циклопу выбили глаз. Без разведывательных самолетов он не видит ничего. Другие виды разведки в этой ситуации не помогут: пока шпионы передадут свои микропленки… В скоротечном танковом бою нужно знать именно в данный момент, что делает противник, куда повернули его танковые клинья. Но наш циклоп слеп. Он машет стальными кулаками и ревет в бессильной ярости. У немцев было потрясающе мало танков, все немецкие танки были устаревшими. Но они зрячие, а мы слепые»[218].
На страницах 208–210 автор сообщает о боевых действиях Красной Армии на реке Ламе:
«И вот на одной из лекций нам рассказывают, что впервые войсковая разведка была правильно организована в наступательных боях советских войск на реке Ламе в январе 1942 года.
Там же, на реке Ламе, впервые было правильно организовано инженерное обеспечение наступательной операции.
И опять же именно там, на реке Ламе, в январе 1942 года впервые было правильно организовано тыловое обеспечение войск Красной Армии в ходе наступательных боев.
О том, что противовоздушная оборона советских войск впервые была правильно организована в ходе боев на реке Ламе в январе 1942 года, вы, надеюсь, уже догадались.