Если же полевую оборону войск усилить долговременной фортификацией, то есть построенными еще в мирное время инженерными заграждениями – противотанковыми рвами, надолбами, эскарпами и контрэскарпами, железобетонными огневыми сооружениями, спрятать глубоко под землю все, что возможно, – то такая оборона будет вообще неприступной. Так и считали военные эксперты Запада, в том числе и сам великий Б.Г. Лиддел Гарт. Так считалось до 1940 года, пока Красная Армия не доказала обратное.
Прорыв “Линии Маннергейма” – это первый в истории пример прорыва долговременной оборонительной полосы. Только после того, как Красная Армия в Финляндии совершила нечто выходящее за рамки вообразимого, эксперты стали допускать, что прорыв теоретически возможен.
Германская армия никогда подобных укреплений не прорывала. “Линию Мажино” можно было обойти стороной, и германская армия ее обошла. В Советском Союзе “линия Молотова” не была полностью построена, не была прикрыта полосой обеспечения и практически войсками не защищалась. “Линия Сталина” была разоружена, брошена и войсками не занята. Там, где она защищалась войсками, например в Киевском укрепленном районе (УР), прорвать ее противнику не удалось – прорыв был осуществлен на других участках фронта, и Киевский УР обошли с двух сторон.
В 1943 году германская армия, сосредоточив чудовищные силы, не смогла прорвать советской полевой обороны в районе Курского выступа. На Курской дуге не было ни дотов, ни железобетонных тетраэдров, ни гранитных надолбов. Мороз тоже не донимал.
Даже без снега и мороза, даже без болот, озер, рек и лесов сама по себе “линия Маннергейма” была неприступна. Так вот. Красная Армия зимой 1939–1940 года совершила чудо. Ненужное, бестолковое, но чудо. Кровавое, страшное, но великое.
Прорвать такие укрепления нельзя ни за пять, ни за восемь лет. Красная Армия совершила это за три месяца.
Красная Армия в Финляндии доказала, что она может выполнить любую задачу. Даже невыполнимую. Дважды невыполнимую. Трижды и четырежды невыполнимую»[236].
Финскую войну и Ржевскую битву Красная Армия вела в холодное время года. В обеих этих операциях жертвы были примерно одинаковыми. Но мистер Резун действия Красной Армии в Финской войне хвалит, а в Ржевской битве – ругает. Почему?
Мистер Резун почему-то ругает только Ржевско-Сычёвские наступательные операции Красной Армии. А вот как наступали немцы в 1942 году. На 221-й странице английский «независимый исследователь» сообщает, как наступали немецкие войска генерала Паулюса на Сталинград:
«Кроме этих саперных армий, на создание стратегического оборонительного пояса Сталин из своего резерва двинул под Сталинград несколько управлений оборонительного строительства РВГК. Что они собой представляли, можно судить по одному примеру. Личный состав одного только 24-го управления оборонительного строительства из личного резерва Сталина вырыл в районе Сталинграда 1448 километров окопов и траншей, 57 километров противотанковых рвов, построил 51 километр эскарпов, 8 километров надолбов и 24 400 огневых точек. Огневые точки создавались не только деревоземляные, но железобетонные и стальные. Личный состав одного 24-го управления оборонительного строительства РВГК смонтировал 1112 тонн металлоконструкций и 2317 кубометров железобетонных сооружений (Красная Звезда. 1985. 10 янв.).
К работе 24-го управления оборонительного строительства РВГК добавим работу других управлений оборонительного строительства и работу четырех саперных армий. Представляя размах оборонительных работ в этом районе, нам остается удивляться упорству Гитлера и его генералов, которые бросали свои дивизии в самоубийственные атаки на такую оборону».
Маршал Советского Союза А.И. Ерёменко командовал Сталинградским фронтом. Вот его свидетельство:
«В течение многих дней и ночей, беспрерывно, час за часом, не считаясь ни с какими потерями, немцы вели бешеный натиск на город. Ожесточенная битва шла на подступах к Сталинграду и на его улицах, среди развалин домов и заводов. Никогда и нигде еще защитникам городов не приходилось вести такой напряженной борьбы, какая выпала на долю героев обороны Сталинграда.
…В общей сложности за этот период противник выпустил на каждый километр фронта 76 тысяч снарядов, мин и бомб.
Но ведь дело не ограничивалось только обстрелом и бомбежками, за ними следовали танки. Таких атак сталинградцы отбили 700. В отдельные дни на главных направлениях в атаку одновременно шло свыше 8 дивизий во взаимодействии с 500 танками. В среднем противник предпринимал до десятка атак в сутки.
…Отбивая атаки немцев, наши доблестные артиллеристы и танкисты неоднократно устраивали форменные “поля смерти”, усеянные вражескими трупами. Достаточно, например, сказать, что при отражении одной немецкой атаки у Мамаева кургана на фронте протяжением 400 метров осталось свыше 700 трупов вражеских солдат и офицеров. Таких случаев можно привести очень много.