Возразят: но ведь Голиков ничего не сообщает о мобилизации в Германии! А ему и не надо об этом сообщать. Германская армия давно отмобилизована, и советские руководители знают об этом без Голикова. Вот именно поэтому Голиков пишет, что мобилизация румынской армии – это всего лишь усиление правого фланга группировки германских войск. И заглавными буквами добавляет: ОСОБОЕ ВНИМАНИЕ – на переброску уже отмобилизованных германских войск в Польшу».
А в книге «Ледокол» снова заламаншский мистер себя опровергает:
«Голиков не виноват в том, что он не увидел приготовлений к вторжению. Серьезных приготовлений
И далее в книге «Ледокол» мистер Резун настаивает на том, что если у германской армии 22 июня 1941 года (летом) не было бараньих тулупов, зимнего сорта оружейного масла и зимнего бензина, следовательно, она НЕ МОГЛА НАПАСТЬ на СССР:
«Голиков считал (и считал совершенно обоснованно), что для войны против Советского Союза нужна очень серьезная подготовка. Важнейшим элементом готовности Германии к войне против Советского Союза являются бараньи тулупы. Их требуется огромное количество – не менее 6 миллионов. Голиков знал, что в Германии нет ни одной дивизии, готовой воевать на территории Советского Союза. Он тщательно следил за европейскими баранами. Он знал совершенно точно, что как только Гитлер действительно решит вести войну с СССР, высшие руководители вермахта немедленно отдадут приказ промышленности начать производство миллионов бараньих тулупов. Этот момент неизбежно отразился бы на европейском рынке. Несмотря на войну, цены на баранье мясо должны дрогнуть и пойти вниз из-за одновременного уничтожения миллионов животных. В тот же момент цены на бараньи шкуры должны были резко пойти вверх.
Голиков считал, что для войны в СССР германская армия должна использовать особое смазочное масло для своего оружия. Обычное германское ружейное масло застывало на морозе, металлические части оружия смерзались, и оно не действовало. Голиков ждал, когда в германской армии будет сменен сорт масла для чистки оружия. Советская экспертиза грязных тряпок показывала, что вермахт и зимой, и летом пользуется своим обычным маслом, и нет никаких указаний на переход на новое масло.
Советские эксперты следили и за германским моторным топливом. Обычное германское топливо на морозе разлагалось на несгораемые фракции. Голиков знал, что если Гитлер решится, несмотря ни на что, на самоубийственный шаг воевать против Советского Союза, не завершив войну против Великобритании, то он должен отдать приказ сменить марку производимого жидкого топлива и начать массовое производство топлива, которое не разлагается на морозе. Именно образцы германского жидкого топлива советская разведка переправляла через границу в зажигалках, фонарях и других подобных предметах. Было еще множество аспектов и индикаторов, которые находились под тщательным контролем ГРУ и должны были стать предупреждающими сигналами – от параметров радиоламп для радиостанций до конструктивных особенностей выпускаемых в Германии паровозов.
Но Гитлер начал операцию “Барбаросса” без всякой должной подготовки!
Почему Гитлер так поступил, наверное, навсегда останется загадкой. Германская армия была создана для войны в Западной Европе, но Гитлер ничего не сделал для подготовки своей армии к войне с Советским Союзом»[382].
Эту главу заламашский фальсификатор начинает с того, что генерал-лейтенант Ф.И. Голиков не подчинялся Г.К. Жукову. Страница 104:
«Жуков категорически отрицал свою вину в разгроме 1941 года и в этом отрицании вышел за грань приличия. Чего стоит только пара фраз, приведенных выше:
Выходит, что Разведывательное управление
А в книге «Ледокол» мистер Резун себя снова опровергает и вещает, что генерал-лейтенант Голиков Ф.И. сообщал о военных приготовлениях в Германии лично И.В. Сталину:
«Голиков доложил, что такие меры он принял. РУ ГШ внимательно следит за целым рядом аспектов военных приготовлений Германии, по которым точно определит момент, когда начнется подготовка к вторжению. Пока никакой подготовки нет. Сталин потребовал объяснить, насколько точно Голиков может это знать.
На 79-й странице мистер Резун сообщает, что военные округа Советского Союза имели свою агентурную разведку: