— Знаю, все знаю — и о победе Зазимко, и о пушке, и о том, как ты в танке от обстрела укрылся. А на пушке грабинской, которую ты «гадюкой» назвал, уже завтра казенник рассверливать будут, удлинят под зенитный снаряд — испытания приказал немедленно провести. Если выдержит, все орудия эти нелепые из войск выведем, и рассверлим — производство новых намного дороже обойдется. И на КВ ставить начнем, и также на Т-28, которые сейчас в ремонте, у них башни вместительные. И на легкий Т-26, сняв башни, устанавливать в противоосколочной рубке. Тут ты прав, они как танки никуда не пригодные, но с таким орудием опасными для врагов станут.
Григорий Иванович даже не удивился — ведь звонки и доклады идут в разные инстанции, к тому же с ним был член Военного Совета фронта, а секретарь Ленинградского горкома Кузнецов доверенный человек Жданова, и все прекрасно слышал, хотя стоял в стороне. Но задумку оценил сразу и немедленно о ней доложил. Идет война, и сейчас многие решения могут принимать за чрезвычайно короткий срок. Видимо, нашлись специалисты, которые растолковали все преимущества столь
— Я вот что подумал, Клим — Т-50 всем хорош, но «сорокапятка» слабовата. Сейчас в «тридцатьчетверку» устанавливают 57 мм пушку, превращая в «танк-истребитель». А если попробовать именно эту пушку поставить, башня трехместная, одного члена экипажа можно и убрать, будет трое, вполне нормально для легкого танка, однако с необычайно мощным противотанковым орудием. Поверь — оно того стоит, немцы «нашлепки» на все свои танки ставят уже сейчас, усиливая бронирование.
— Сразу артиллериста видно — ты мне ведь тогда сказал, что танк лишь повозка для пушки. Сейчас прямо кладезь идей — и все можно без задержек принять. Ты только немцам не дай переправится — как только они за берег уцепятся, то, как клоп присосавшийся — не отцепятся. А как «напухнут» войсками, тут же пойдут напролом, и на болота с дождями не сильно надейся — им до Тихвина и Волхова недалеко идти, а там и Свирь рядом.
— Они танки стягивают, а я противотанковую артиллерию с зенитками, да один из полков КВ, что ты отправил. А позади уже стрелковые дивизии второго эшелона — есть чем встретить. И да — хоть танки грязи не боятся, но в ней вязнут, автомобили вообще по бездорожью ходить не смогут, тут трактор нужен, и лошади намного предпочтительней. Еще тяжелая артиллерия имеется — три моих полка, полк в 52-й армии, и два ты отдал. Есть чем встретить, главное, чтобы немцы через Грузино на нас полезли.
— А тут других удобных мест просто нет, не через Новгород же им идти. Но тогда не на Тихвин попрут, а на Валдай, в тыл Северо-Западного фронта. Однако и там болот хватает…
— Ты не шути так, я чуть за малым за сердце не схватился. Как представил, что ошибся в расчетах, чуть ли не поплохело. Нет, сюда попрут, на Грузино, на 54-ю армию — она их остановить должна.
— Пядышеву передай — не даст немцам «расползтись» во все стороны — сам ходатайствовать за него стану, и к «герою» представлю…
— Товарищ Трибуц, вы не в полной мере понимаете всей значимости для нас Моонзундских островов — это ведь открытые ворота для нашего флота в Балтийское море, на стратегически важные коммуникации Германии. Пока архипелаг наш, вражеский флот никогда не сможет зайти в Рижский залив, а также использовать порты Таллинна и Риги. Более того, своими активными действиями наш флот просто обязан сорвать переброски германских войск на помощь в Финляндию, а также полностью пресечь поставки сырья из нее, и кроме того сорвать перевозки из Швеции столь важной для Гитлера железной руды. Из нее, к вашему сведению, выплавляют половину немецких снарядов и танков, что направляют против нас!
