Внутри — холл, как из советского кошмара: стойка администратора, облуплённая краска, ржавый ключ на верёвке, часы на стене без стрелок. И запах… не пыли, нет. Запах плёнки, разогретой лампой проекционного аппарата. Озон и старая целлулоидная пыль.
— Не нравится мне это место, — сказал я, и голос прозвучал глухо.
— Оно помнит тебя, — ответила Ольга, проходя мимо.
— Я в нём не был.
— Твоя память спорит.
Я подошёл к стойке. Пальцы сами потянулись к тетради регистрации, облезлой по краям.
Имя: М. Грошев.
Комната № 9.
Дата заезда: 23.09.1993.
Время: 9:30.
Я чуть не выронил ручку. Ольга заглянула через плечо.
— Ну вот, ты снова здесь.
— Почему я ничего не помню?
— Может, ты ещё не дошёл до этого момента.
Комната № 9. Замок не заперт. Внутри — железная кровать с продавленным матрасом, телевизор «Рекорд» с трещиной на экране, огромное зеркало на стене, старый дневник в кожаном переплёте. Я сел. Взял дневник. Листал. Чёрные чернила, знакомый почерк. Только я его не писал. Первые слова:
«Если ты читаешь это — значит, ты снова забыл.»
Я отложил дневник. Посмотрел в зеркало. Отражение сидело ровно. Потом я моргнул. И только через пару секунд — оно. Я поднял руку. Оно подняло — позже.
— Ольга…
— Я знаю, — сказала она. — Это началось.
— Что именно?
— Разделение.
Я пошёл в ванную умыться. Плеснул ледяной воды. Поднял глаза. Зеркало — треснуто. В осколках — несколько версий меня. Один с бородой, другой — в одежде отца, третий — с пустыми глазами, как у мёртвого. Ольга зашла.
— Ты не должен был это видеть.
— Поздно.
На обратной стороне зеркала чёрным маркером:
«Останови запись. Пока не поздно.»
Я вышел. В коридоре — тишина. Потом тихий стук. Изнутри комнаты. Моей. Вернулся. Дверь открыта. На кровати — камера. Её не было, когда я заходил. Она мигала. REC. Я не помню, как начиналась эта часть пути. Но помню, как зеркало моргнуло позже меня. И в тот момент я понял:
Задержка — не баг. Задержка — монтаж.
Я долго смотрел на камеру. Она мигала. Писала. Хотя батареи в ней не было.
— Где ты её нашла? — спросил я.
Ольга пожала плечами:
— Она всегда была с тобой. Внутри.
В кадре — пустая кровать. Стена. Яркая трещина на потолке. Через трещину пробивается свет. Но не дневной. Он пульсирует, как прожектор в комнате допроса. Я медленно подошёл. Посмотрел в объектив. Там — я. Только я стою у двери. А я стою у камеры.
— Зеркальный захват? —
— Не совсем, — ответила Ольга. — Это размотка.
Я снова взял дневник. Там появилась новая запись. Я не писал.
«Если он начнёт двигаться — не смотри. Это не ты.»
Я захлопнул. Ольга села на край кровати. Матрас скрипнул.
— Ты замечаешь, как он теперь откликается?
— Кто?
— Ты. В другой версии.
Я вышел в коридор. Стены стали ближе. Длиннее. Комнаты справа и слева исчезли. Вместо дверей — зеркала. Я остановился.
Первое зеркало: я — подросток, держу первую камеру. Плачу.
Второе: я, сплю. В углу стоит отец. Смотрит.
Третье: пусто.
Я повернул голову. Моя тень лежала у стены. Как обычно. Я двинулся вперёд. И в этот момент тень не последовала. Я остановился. Она — осталась. Она продолжала стоять. Как будто ещё наблюдала. Я шагнул назад — и только тогда она тронулась.
— Ты это видела?! —
Ольга вышла из комнаты.
— Видела. И ты видел. Он начал двигаться.
Мы вернулись в номер. На зеркале — надпись, выцарапанная ногтем:
«Ты уже был здесь. И ошибся.»
Я сел. Дневник снова открыт. Новый текст:
«Если ты читаешь это — значит, она уже соврала.»
Я посмотрел на Ольгу.
— Что происходит?
Она молчала.
— Ты писала это?
— Нет.
Я подошёл к окну. За ним — небо. Но не вечернее. Оно двигалось. Как в старом телевизоре — полосы, шум. Я моргнул. Окно стало зеркалом. В отражении — я. И за мной. Мой силуэт. Но… Он моргнул раньше. Он двинулся раньше.
Я резко обернулся. Никого. Сердце стучало, как метроном. Я не понимал — это я или уже кто-то другой. Ольга смотрела на меня.
— Он выходит.
— Кто?
— Тот, кто остался в зеркале.
На кровати лежала фотография. Я и я. Два Марка. Стоим рядом. Одинаковая одежда. Одинаковые лица. На обороте — надпись:
«Не буди его. Ты не вынесешь.»
В зеркале — вспышка. Словно кто-то включил камеру. Ольга метнулась к двери.
— Мы уходим.
— Куда?!
— Пока ты ещё сам.
Но когда я повернулся — тень уже стояла отдельно. В полный рост. И смотрела. И только я моргнул — она шагнула ко мне.
Она стояла в углу. Неотрывно. Моя тень. Не на стене — в пространстве. Как будто отпечаталась и решила: хватит быть вторичной.
Я шевельнул рукой. Тень — с задержкой. Шагнул — она следом. С запаздыванием в секунду. Полторы. Сначала казалось… забавно. Почти как старый телик с задержкой сигнала. Но потом — я замер. Она — замерла. Я резко двинулся вперёд. Она осталась.
— Что за хрень?.. —
— Она больше не копирует, — сказала Ольга.
— А что она делает?
— Наблюдает. И учится.