- Неужто? Человеческая раса больше, чем когда-либо, нуждается сейчас в таких услугах, как ваши, а вы, если бы могли себе это позволить, спокойно отошли бы в сторону?
Доктор Снайдер вздохнул:
- Допустим. Но это касается меня, а речь идет о вас, простой медсестре.
- Я такая, какая есть. А Льюк? Не могу оставить его у вас. Или вы собираетесь отпустить его вместе со мной?
Доктор вздохнул ещё глубже:
- Надо признаться, что после марсиан, этот вопрос волнует меня больше всего. Слушайте, а ведь в последнее время они стали появляться намного реже.
- ИХ было шестеро в палате Льюка, когда я зашла за рукописью.
- И чем же они занимались?
- Плясали на нем. А он лежал в это время на кровати, обдумывая свою будущую книгу.
- Он не думает отдохнуть? Я бы не... (на лице доктора Снайдера появилась кривая улыбка), - мне не хотелось бы, чтобы он переутомился. Что произойдет, если у него сдадут нервы?
- Он собирается отдохнуть с недельку. Но до этого хотел бы набросать общую схему будущего романа. Как он заявляет, все это время его подсознание будет работать в этом направлени, что существенно облегчит его задачу, когда он примется за дело.
- Получается, что его подкорка совсем не отдыхает. Многие ли писатели придерживаются таких методов?
- Да, и многих я знаю лично. Кстати, что касается необходимости для Льюка "отдохнуть", то хочу вам сказать следующее.
- Говорите, говорите.
- Мы с Льюком обсуждали этот вопрос. Он сказал, что ему все равно: готов остаться и у вас в клинике, но при двух условиях. Первое, чтобы мне предоставили "отпуск" в то же самое время. И второе - не держать его взаперти, чтобы он мог свободно передвигаться. Ему хочется, чтобы наши совместные вакансы превратились бы во второй медовый месяц. Он считает, что отдохнет здесь не хуже, чем где-либо в другом месте, если его не будут держать взаперти.
- Согласен. Не вижу никаких оснований отказывать в этом. Иногда я сам себя спрашиваю, Марджи, а что, если здесь он - единственный здоровый, нормальный человек? В любом случае, он лучше всех адаптировался... и даже зарабатывает большие денежки в отличном темпе. А что за книгу он собирается писать?
- Речь пойдет о Нью-Мехико, 1847 год. Он говорил, что, видимо, придется порыться в исторических архивах.
- Да, именно в тот год был убит губернатор Бент. Это очень интересный период. У меня в библиотеке немало книг, которые могли бы оказаться ему полезными.
- Отлично! Это избавит меня от необходимости тащиться в маниципальную библиотеку.
Марджи Деверо уже собиралась уходить, но вдруг передумала.
- Доктор, меня беспокоит ещё одна вещь. Что Льюк думает на самом деле? Я стараюсь не говорить с ним на тему о марсианах, но в один прекрасный день, хочу я того или нет, речь об этом может зайти. Что я ему должна буду сказать, как отреагировать? Он знает, что я их слышу и вижу. Как ни стараешься, но иногда хоть разок, да взрогнешь от неожиданности. Он отдает себе отчет в том, что я настаиваю на полнейшей темноте и затыкаю уши, когда мы... э-э-э... вы меня понимаете, доктор.
- Когда в том возникает необходимость, - подсказал окончание фразы доктор Снайдер.
- Вот именно. Выходит, что, на его взгляд, у меня не все в порядке с головой? Или ещё хуже: все вокруг посходили с ума, кроме него.
Доктор снял очки и начал их старательно протирать.
- Марджи, простите, но мне трудно ответить на этот вопрос.
- Вам все это трудно объяснить, или вы просто не знаете ответа?
- И то, и другое. В начале я долго беседовал с Льюком. Мне кажется, он сам в полном смятении. Никаких марсиан не существует: в этом он совершенно уверен. Убежден, что видел их только тогда, когда его одолевали галлюцинации или он слегка помешался. Но одного он никак не может понять: почему в то время, как все вокруг него охвачены коллективной галлюцинацией, ему, и только ему, удалось восстановить ясность сознания.
- То есть, он думает, что у всех у нас крыша поехала?
- Марджи, вы верите в привидения?
- Нет, конечно же, нет.
- А в мире миллионы людей верят в это, убеждены, что видели их, слышали голоса, разговаривали с ними, или, по крайней мере, думают, что все это было с ними. Так вот, считая себя человеком во вполне здравом уме, вы что же методом дедукции могли бы придти к выводу, что все, кто верит в привидения, душевнобольные?
- Нет, я, разуумеется, так не думаю. Но это совсем другой случай. Тем, кому видятся привидения - это люди, наделенные очень богатым воображением.
- Прекрасно! Тогда и мы с вами принадлежим к этой категории людей, раз мы видим марсиан.
- Нет, давайте разберемся... Ведь все люди видят марсиан. Кроме Льюка.
Доктор Снайдер пожал плечами.
- Как бы то ни было, но такова канва его рассуждений, если позволительно употребить это слово. Именно Льюк-то и провел эту аналогию с привидениями, и надо признаться, что это - сильный аргумент. У меня много друзей, которые клянутся всеми святыми, что встречались с привидениями, но я далек от мысли считать их сумасшедшими. Точно так же, я не считаю, что у меня не все дома только потому, что я их в жизни не видывал.
