- Готов признать, что доказательства противного весьма обширны и впечатляющи,- сказал Грэхэм, с удовольствием сделал большой глоток из своего бокала, взял бутылку и разлил еще по порции.- Но как быть со свидетельствами очевидцев, которых, по вашим же словам, наберется несколько сотен? И как воспринимать следы босых ног возле пещер, которые, как я понял, обнаружили ваши же люди?
- На вашем месте я бы не спешил доверять показаниям стариков, большая часть которых видит не лучше кротов,- парировал доктор.
- Я бы тоже не спешил, - согласно кивнул журналист,-если бы не одна маленькая деталь: их слишком много и далеко не все так слепы, как вы утверждаете. Я начинаю подозревать, что во всех этих сказках и легендах все же есть какое-то рациональное зерно. Полагаю, из этого можно будет состряпать неплохой репортаж.
- Вы хотите сказать, что верите в эти басни? - недоверчиво уставился на собеседника Хеллман.
- Разве я похож на идиота? Я только сказал, что на этом можно сделать приличный материал.
- И ради этого вы проделали путь длиной в пятьдесят миллионов километров, а потом четыре часа тряслись в старом, разбитом воздушном рыдване, рискуя, что он в любую минуту развалится прямо в воздухе? - с горечью произнес Тони.- Неужели вы согласны есть пищу, пахнущую дезинфектантом, и жить в земляной хижине только для того, чтобы, вернувшись домой, сочинить очередную небылицу о злобных марсианских гномах, крадущих новорожденных младенцев? Вам не кажется, что это можно было сделать, не покидая родной планеты?
- Вы слишком преувеличиваете, док,- примирительно улыбнулся журналист.В моей будущей книге о Марсе эти небылицы уместятся в одной главе. Всякие сказки, легенды - одним словом, местный колорит.
- Ну, не знаю...-Тони все еще не мог успокоиться.- Просто обидно, что человек с вашим талантом гоняется за призраками, когда на той же Земле полно достойных его пера тем. Взять хотя бы историю Пола Розена. Вот о ком следовало бы написать!
- Розен? - Репортер заинтересованно подался вперед,- Знакомое имя. Кажется, я его где-то раньше слышал. Кем он был?
- Почему "был"? Он все еще жив, хотя никому сейчас нет дела до несчастного калеки.
- Так расскажите мне о Поле Розене!
- Я расскажу вам о Марсе, потому что Марс и Розен слишком тесно взаимосвязаны. Вы же приехали писать книгу, не так ли? А знаете ли вы, что без Розена Марс - тот Марс, каким вы видите его сегодня, Марс без кислородных масок,- был бы абсолютно невозможен? Это дело рук Розена, точнее говоря, его легких. И не надо делать вид, что вы знаете это имя. Вы никогда о нем не слышали, Розен был врачом на том самом корабле, экипаж которого нашел то, что осталось от первой партии колонистов. У него была своя теория относительно возможности дыхания в марсианской атмосфере, и он был убежден, что причиной гибели колонистов явилось не истощение запасов кислорода, а что-то другое. Теперь мы знаем, что Розен ошибался. И в то же время он был прав! Чтобы доказать свою правоту, он снял маску - и обнаружил, что может дышать без нее.
Ассистент Розена последовал его примеру - и чуть не скончался от кислородного голодания. Стало ясно, что одни люди могут дышать марсианским воздухом без вреда для здоровья, другим же это строжайше противопоказано. Когда корабль возвратился назад, Розен пошел к биохимикам и попросил исследовать его легкие. Ему сказали, что для анализа потребуется довольно большое количество легочной ткани. Розен согласился на операцию. У него удалили чуть ли не половину легких. В результате он сделался пожизненным инвалидом, но исследования полученных образцов привели в конечном счете к открытию кислородного энзима и позволили разработать тест по выявлению людей, обладающих "марсианскими" легкими.
- Я помню, какие проблемы были с освоением Марса всего несколько лет назад,- подтвердил Грэхэм, снова наполняя оба бокала.- Половина наемников, с которыми мне довелось встречаться во время Азиатской кампании, клялись мне, что завербовались в армию лишь из-за того, что не прошли тест и не смогли отправиться на Марс. Жизнь без мечты потеряла для этих парней всякую ценность.
