Они пытались уговорить его, ласково, строго, логично, с моментом неожиданности; старались убедить его, чтобы он потребовал адвоката и по меньшей мере десять раз спрашивали, не хочет ли он чего-нибудь поесть. Они перепробовали все, кроме побоев. Мартин Бек прекрасно видел, что Гюнвальд Ларссон уже несколько раз едва не прибег к этому решительно запрещенному методу. Однако Гюнвальд Ларссон всякий раз вспоминал, что не слишком разумно начинать бить подозреваемого, когда в кабинете находятся комиссар и инспектор. В конце концов это вывело Гюнвальда Ларссона из себя до такой степени, что он счел за благо уйти.
В половине седьмого ушел домой Меландер. Пришел Рённ, сел, и Рольф Эверт Лундгрен сказал:
— Идите к черту с вашим сопливым платком. Вы заразите меня.
Рённ был полицейским со средними способностями, средним воображением и средним юмором, и он немного поразмышлял, не будет ли он первым полицейским в истории криминалистики, который добьется от подозреваемого признания при помощи чихания, но потом отбросил эту мысль.
В нормальных обстоятельствах, подумал Мартин Бек, они бы оставили его в покое, дав ему выспаться. Но разве сейчас было время для того, чтобы он мог отсыпаться? Впрочем, мужчина в зеленой рубашке навыпуск и брюках цвета хаки не выглядел сонным и ни разу не упомянул о сне. Но все равно, раньше или позже им придется дать ему немного отдохнуть.
— Та фрёкен, которая обратилась к нам утром… — начал Рённ и чихнул.
— Чертова свинья, — сказал задержанный и погрузился в раздраженное молчание.
Через минуту он добавил:
— Утверждает, что якобы любит меня. Что она мне нужна.
Мартин Бек кивнул. Прошло несколько минут, прежде чем последовало продолжение:
— Я ее больше не люблю. Она нужна мне, как перхоть.
Теперь только молчать, подумал Мартин Бек. Только ничего не говорить.
— Мне нужна порядочная женщина, — сказал задержанный. — Больше всего мне бы хотелось познакомиться хоть с одной порядочной женщиной. А теперь придется оказаться в тюряге из-за одной ревнивой свиньи.
Тишина.
— Свинья эдакая, — сказал Лундгрен тихо, словно про себя.
Тишина.
— Эта тоже умеет только одно.
Ну, все, он готов, подумал Мартин Бек и на этот раз не ошибся. Через тридцать секунд мужчина в зеленой рубашке произнес:
— Ну ладно.
— Поговорим? — сказал Мартин Бек.
— Ага. Но одно выясним с самого начала. Эта свинья должна подтвердить мое алиби на прошлый понедельник. Насчет парка Тантолунд. Потому что я был с ней.
— Это мы уже знаем, — сказал Рённ.
— А, черт возьми. Ну ладно, хоть это она сказала.
— Ага, — произнес Рённ. Он тоже был деревенский.
Ага. Мартин Бек изумленно смотрел на Рённа. Ведь тому даже в голову не пришло сообщить об этом факте всем остальным. Это задело Мартина Бека, и он сказал:
— Ну-ну, любопытно, это означает, что сидящий здесь Лундгрен, собственно, не входит в круг подозреваемых.
— Ага, — спокойно произнес Рённ.
— Ну так как, поговорим? — спросил Мартин Бек.
Лундгрен смерил его взглядом.
— Мы с вами разговаривать не будем, — заявил он.
— Что вы имеете в виду?
— Только не с вами. С вами я разговаривать не буду, — уточнил задержанный.
— А с кем вы будете разговаривать? — ласково спросил Мартин Бек.
— С тем, который меня брал. С тем длинным.
— Где Гюнвальд? — спросил Мартин Бек.
— Ушел домой, — ответил Рённ и вздохнул.
— Позвони ему.
Рённ опять вздохнул. Мартин Бек знал почему. Гюнвальд Ларссон жил в Булморе, далеко от центра.
— Он устал, — сказал Рённ. — У него был напряженный день. Взять такого супергангстера — это вам не просто так.
— Заткнись, — сказал Лундгрен.
Рённ чихнул и придвинул к себе телефон.
Мартин Бек вышел в соседний кабинет и позвонил Хаммару. Тот мгновенно сказал:
— Значит, Лундгрен чист? В убийстве его нельзя подозревать?
— Рённ сегодня допросил его любовницу, и та подтвердила его алиби, если говорить об убийстве в парке Тантолунден. Что же касается Ванадислундена и прошлой пятницы, то тут пока неясно.
— Нет, мне здесь все ясно, — сказал Хаммар. — А как по-твоему?
Мартин Бек несколько секунд колебался и потом сказал:
— Думаю, это был не он.
— Думаешь, это сделал не он?
— Нет. Непохоже, чтобы он это сделал. Нет ни малейших доказательств. Даже если не принимать во внимание его алиби на понедельник. Он человек совсем другого типа. Да и в половой жизни он выглядит абсолютно нормально.
— Гм.
Даже Хаммар был, очевидно, слегка раздражен. Мартин Бек вернулся к Рённу и Лундгрену. Оба молча и неподвижно сидели на своих местах.
— Вы в самом деле не хотите поесть? — спросил Mартин Бек.
— Нет, — ответил грабитель. — Когда придет этот парень?
Рённ вздохнул и высморкался.
