– Две причины, – мне тихо ответил пират, явно теряя последние крохи и так почти бесконечного терпения: – первая и основная, – по линии связи меня просто вычислить. Ты не успеешь сказать и пару слов, а прицелы моих пушек уже будут упираться в борт флагмана флота Империи. И вторая…
– Мне хватило бы и одной, – проворчала я тихо, забираясь с ногами в удобное кресло.
– Я не настолько тебе доверяю, землянка. Секунды прямого эфира может хватить, чтобы…
– Да поняла я! Достаточно, синий! – фыркнула я, заправляя за ухо прядь выбившихся из косы непослушных волос. И снова поймала загадочный взгляд синекожего. В его серых глазах каждый раз явно мелькала тень искреннего удивления. Он словно жадно ловил мои жесты и лишний раз убеждался в чём-то личном, глубоком, своём.
– Считаю декаду и сразу стартуем. Сосредоточься, землянка.
***
С момента отправки моего видеосообщения командующему космофлотом Аверину, прошло уже четыре дня по имперскому времени. Мы с Бурашкой отжали каюту Лазурного вора, практически выселив капитана пиратского корабля в командную рубку центрального отсека.
Нет, он время от времени даже к нам заглядывал. Я успела привыкнуть к его синей морде и, не отвлекаясь на цвет, внимательно наблюдала за выразительной мимикой на лице вора. Он всегда предупреждал о своём визите лёгким перезвоном у двери, словно давая мне время привести себя в надлежащий вид и появлясь спустя пару минут.
Потом быстро входил, приветствуя меня странным жестом руки, как будто хотел щёлкнуть пальцами, скользил по мне нечитаемым взглядом, глазами отыскивал ысу, задумчиво хмурился, быстро чему-то кивал и снова стремительно исчезал.
Еду приносил нам странного вида ядроид, чем-то похожий на широкую, как садовая скамейка, и плоскую сороконожку. Кормили пираты роскошно. Четырежды в день, и в моём меню были исключительно земные блюда. Увидев впервые пюрешку с куриной котлеткой, я в голос разревелась. За один этот обед я готова была продать душу пиратам.
Двери каюты тут же открылись, и в неё влетел взмыленный натурально и полуодетый лазурный, натягивающий на ходу новый, ещё даже тёплый, только-только из принтера вытащенный комбинезон. Молчаливая сцена была достойна подмостков провинциального театра. Вор мрачно застёгивал комбинезон, сверля во мне дырки взглядом, я также молча лью слёзы и жру вкусненькую котлетку, пихая в лапы ысе порезанный кубиками огурец.
Громко выдохнув, пират развернулся и, не сказав даже слова, стремительно вышел.
Так мы и общались…
На второй день я рискнула покинуть каюту.
О том, скольких мне это стоило моральных сил, знала только Бурашка. Ушастый зверёк за прошедшие дни на бесплатных харчах умудрился порядком отъесться и продолжал меня сопровождать везде безотрывно и преданно. Даже если она и питала ко мне чисто гастрономический интерес… её общество определённо меня успокаивало. Вряд ли кто рискнёт снова связаться с тварью столь агрессивной и ядовитой.
Я не могла себя назвать опытной путешественницей, за свою жизнь успела увидеть не так уж и много межгалактических кораблей. Пассажирские лайнеры Имперских космолиний да несколько боевых монстров из состава непобедимого космофлота.
У братьев были собственные суда, то ли корветы, то ли эсминцы, я всегда в этом пыталась. В свойственной всем Авериным оригинальной манере мои адмиралы давали личные имена всем кораблям, на которых летали. Макарова “Сова” походила на раздавленный кем-то жестоко мяч для древней земной игры – регби. “Крокодил” верховного адмирала Аверина смахивал на…. крокодила.
Пиратское судно, по широким коридорам которого я теперь рьяно бродила весь день, имело форму абсолютно правильного шара. Об этом мне любезно сообщали разворачивающиеся прямо в воздухе голопроекции карты судна, с указанием того места, где я сейчас нахожусь. Жёлтенький шарик, пронизанный нитями коридоров, нашпигованный перегородками вертикальных отсеков и разделённый слоями палуб, как торт на коржи. Палубы располагались спирально, и центральный отсек с находившимся там пулом общего управления кораблём находился в ядре этого маленького, но удивительно гармоничного мира.
Я нигде не заметила камер. Двери всех помещений загадочного корабля, за исключением личных кают экипажа и лазарета, послушно и без малейшего промедления передо мной открывались. Если я вдруг случайно вторгалась в запретную зону, (как случилось в момент, когда я открыла проход в топливный люк), тут же вспыхивал безмолвный сигнал, и по на стенам весьма выразительно расползались яркие предупреждающие надписи на незнакомом мне языке. Я тут же всё поняла и благоразумно отступила.
Никакого контроля. Где мой бой за свободу, где конфликт интересов и кровопролитное противостояние?
Несколько раз я случайно столкнулась со странного вида людьми, просто идущими по своим, явно важным делам. Темнокожие девушки с ослепительно-белыми волосами, тонкокостный и весь серебристый парнишка, похожий на сказочного эльфа, напоминающий Голума красный крепыш. И все они мне улыбались. Потрясающе. Приветствовали меня быстрым жестом и шли быстро дальше, ни чуточки не удивляясь
