совершает не кто иной, как гомосексуалист по прозвищу Солитер, с которым
потом, то есть в самом начале фильма, и расправляются разъяренные бывший
муж и любовник жертвы, ворвавшиеся в гей-клуб с символическим названием
“Кишка”… В самом деле, если вдуматься, то в этом и вправду есть что-то
странное! Пожалуй, это единственная деталь, над которой в данном случае
стоило бы как следует поразмыслить… Одно из двух: либо режиссер фильма --
законченный гомофоб, склонный во всех бедах и напастях человечества винить
гомосексуалистов, даже в таких, в которых их, казалось бы, трудно заподозрить, либо, наоборот, режиссер -- сам гомосексуалист, не упустивший случая
публично посмаковать издевательство над бабой… Лично я больше склоняюсь к
последнему… Но не будем забивать себе голову всякой чепухой! Пусть этим
занимаются психоаналитики! В конце концов, заключительная фраза про
всеразрушающее время снимает все мелкие неувязки и противоречия и, можно
сказать, делает этот фильм универсальным и понятным абсолютно каждому!
Вот эти простота приема и глобальный размах заключительного обобщения, прежде всего, и заставили меня уделить так много внимания этому, в общем-то
банальному и чернушному фильму. Мне кажется, я посмотрела его как раз
вовремя, так как именно сейчас в своей фундаментальной книге о русской
литературе я приблизилась к одному из самых драматичных моментов в ее
истории, а именно, высылке ведущих интеллектуалов, философов и писателей из
России в 1922 году, когда они, как известно, по приказу Ленина, были посажены
на корабль и отправлены за кордон.
Сегодня личности самых разных политических взглядов и убеждений, в том
числе, кажется, и коммунисты, склонны видеть в этом событии акт вопиющего
вандализма и насилия над культурой. И с этой точкой зрения трудно не
согласиться. Однако именно это редкое единодушие меня, признаюсь, больше
всего и смущает. Честно говоря, я вообще не очень люблю все эти “общие места
115
культуры” и предпочитаю держаться от них подальше. Вот и с этой злосчастной
“высылкой” я долгое время не знала, как поступить. Думала даже просто
перескочить через нее, сделать вид, будто ничего не было… Да и из писателей
там, на этом пароходе, на самом деле, и был-то чуть ли не один Осоргин -- в
основном все философы… А к философии я, признаться, никогда не испытывала
особой симпатии! Это не то чтобы мертвый или же полностью разложившийся, как поэзия, жанр, но, во всяком случае, морально устаревший - уж это точно!
Человек, задающийся сегодня глобальными вопросами мироустройства, по-
моему, в чем-то подобен кокетливой старушке, напялившей на себя мини-юбку
времен своей молодости, туфли на шпильках, шляпку-голландку и заявившейся в
таком виде на молодежную дискотеку. Смотреть на все это и неловко и смешно!
В общем, как ни крути, но, собрав на одном корабле практически всех
засветившихся к тому времени русских философов, Ленин, возможно, сам того
не желая, достиг просто потрясающего эффекта! В освободившемся на какое-то
время от философии Советском Союзе даже совсем простым и необразованным
людям вдруг открылась едва ли не самая последняя истина о жизни и человеке!
И все потому, что теперь они смогли созерцать эту истину, не замутненную
ничьими туманными словами и рассуждениями. Не берусь утверждать, что это
было очень приятное зрелище, но без того смелого эксперимента с кораблем
такое было бы просто невозможно! Это же понятно! И особенно понятно теперь, после того как русская и прочая философии вновь вернулись к себе на родину в
виде переизданных ранее запрещенных книг, а также вновь народившихся
философов в лице выпускников всевозможных философских факультетов, которые снова напустили в мир столько словесного тумана, что за ним опять уже
никому практически ничего невозможно разглядеть. В общем, помимо того, что
это довольно комическое занятие, философия еще и далеко небезвредна. Потому
что главная задача философии – это пудрить людям мозги. По-моему, сегодня в
этом уже мало кто сомневается! Во всяком случае, в России!
Так или иначе, но фильм о необратимом и разрушительном времени как-то
невольно пробудил во мне давно тлевшее тайное желание, о котором я раньше, кажется, даже не подозревала… К стыду своему, я должна признаться, что мне
вдруг тоже ужасно захотелось немного посмаковать эту сцену тотального
насилия над культурой, а точнее, высылку группы отечественных философов на
корабле за границу. К сожалению, в этом отношении возможности литературы, увы, крайне ограниченны. Другое дело – кинематограф! Я бы с удовольствием
написала сценарий к фильму (естественно, в высшей степени пафосному и
гуманистическому!), посвященному этому яркому историческому событию, в
котором был бы, к примеру, такой эпизод: красноармеец долго и мучительно
