- Пойдем, Машук, спать, я тебя сегодня никуда не отпущу, поздно уже. Звони своим предупреждай. И хорошо, что это все закончилось перед Новым годом, не надо тащить с собой в следующий год все это вранье. Мне конечно больно, но я справлюсь.
Девушки спрыгнули с подоконника. Маша взяла телефон. Ляля пошла разбирать диван в гостиной. Их ждал праздник, который уже наступал на пятки. К вечеру их ждал вкусный ужин в ресторане, любимые подруги, единственный пока ребенок на шесть взрослых людей, и два дня отдыха в зимнем городке. Шел последний день старого года. Новый уже начинал свой отсчет.
Глава 2. Маша
Проснулись они рано. Сказалась привычка просыпаться на работу, хотя сегодня свободны были обе. Пусть по календарю день рабочий, но многие руководители уже отпустили своих сотрудников готовиться встречать праздник.
Маша вчера вернулась с дежурства, и сегодня у нее был законный выходной. На следующее дежурство ей нужно было только второго января, ну да ничего, смотается из «Эдельвейса» и вернется третьего утром. Успеет еще до вечера на каток сходить, ну и что там будет в плане мероприятий. Особо планами компании она не интересовалась, так как собиралась провести праздники дома с мамой. Сестренки собирались отмечать Новый год со своими однокурсниками.
- Ляль, - сказала Маша, заходя на кухню, где Лялька уже варила кофе и делала горячие бутерброды, - я сейчас домой, надо маму посмотреть, соседку предупредить, чтобы с ней посидела, да и собраться.
- Сейчас позавтракаем и я тебя отвезу. Тебе бутер с чем сделать? С троим любимым пармезаном?
- Вот скажи мне, Лялька, зачем у тебя в холодильнике всегда есть пармезан, если ты его не любишь?
- Почему, я с ним салаты делаю и пиццу. Цезарь вот я признаю, только с пармезаном. Я так просто его вкус не понимаю, я больше сливочные сорта люблю, но ты же в курсе.
- В курсе, а цезарь твой я больше всех других люблю. Как у тебя так соус получается, пальчики оближешь.
- Ну вот и оближешь потом. Приедем из «Эдельвейса», приедешь ко мне, я тебе специально большущую тарелку сделаю, хочешь?
- Хочу.
Девчонки засмеялись. Вчерашний разговор смылся за легким смехом подруг, которые давно и крепко дружили. В их четверке давно установились более крепкие пары. Танюха чаще общалась с Галюней, а Ляльке стала ближе Машук. Хотя вместе им тоже было всегда комфортно. Так получилось, что теперь Таня с Галей оказались замужем, а Лялька с Машей одиноки.
- Ничего, прорвемся, - вдруг сказала враз посерьезневшая Лялька, - знаешь, маш, с меня как будто пелена спала. У меня вся картина нашей жизни перед глазами прошла, и я увидела все моменты. Когда он мне врал. Я только не понимаю зачем? Тебе досадить? Мне? Кому, что доказывал? Теперь вот пусть со Стелкой няньчится и с ребенком.
- А, если он вернется, Ляль и попросит прощения. Скажет, что будет платить алименты Стелке, а тебя не бросит.
- Н-нет, не хочу. Я, знаешь, вроде как спала, спала, а теперь проснулась и мне этот принц совсем не нравится. Лживый он какой-то. Вот обиду я как-то совсем не чувствую, а чувство омерзения есть. Н-нет, не хочу.
- Вот и у меня такой же осадок от Игоря остался. Чувство омерзения, как в грязи искупалась.
- Во-во, все время помыться хочется.
Девчонки закончили с завтраком и стали собираться.
- Ляльк, ты это все равно, - Маша не знала, как подобрать слова, чтобы поддержать подругу. Она прекрасно понимала, что все, что не говорила сейчас Ляля это была защитная реакция организма. Ей бы по-хорошему не надо бы пока оставаться одной. Но ее дома ждала мама. Ей нужно было сегодня еще сделать укол, проверить, чтобы приняла таблетки. Поговорить с соседкой Раей, чтобы та присмотрела за мамой два дня.
С соседкой они дружили давно, собственно сколько себя Маша помнила. Она старше Маши лет на десять и, когда Маша пошла в первый класс Рая уже закончила школу. Работала она медсестрой в ближайшей поликлинике и была одной из причин, почему девушка выбрала медицину. Рая часто брала ее с собой в поликлинику, тогда мама еще много работала, а девчонки были совсем маленькие и ходили в круглосуточный садик.
Отец их бросил, когда родились близняшки. Он утверждал, что мать их нагуляла. И Машина мама, и Маша были натуральными блондинками, отец был очень интересный шатен, с красивыми слегка вьющимися каштановыми волосами, а девчонки родились обе рыжие и кудрявые. Такие два ярких солнышка. Они, что в детстве, что сейчас были подвижные, как ртуть, смешливые и проказливые. Совсем не походили на спокойную уравновешенную Машу и такую же их маму.
