- Мы пробудем в Лоэле еще десять дней. Захочешь выслушать меня, найдешь здесь. Удачи тебе, maenn!
Хатч сидел в номере на разобранной постели и возился с гитарой. После приветственных объятий и рукопожатий он первым делом спросил меня, как прошла ночь на кладбище.
- Замечательно, - ответил я, усевшись на табурет. – Прикончил одного говнюка-некроманта и парочку кадавров, спас красавицу и заработал новые очки. А минуту назад говорил с твоим боссом. Он очень боится, как бы я не свел тебя из группы.
- Ой, Лех, это не моя идея, ей-Богу! Ты ж знаешь, я хоть сейчас готов с тобой в огонь и воду.
- Знаю. Но я согласен с Гаспаром. Шагирре ты сейчас нужнее.
- Это что, я тебе не нужен? – Хатча аж передернуло от моих слов.
- Глупости не говори, брат. Просто сейчас мы должны заниматься каждый своим делом. Ты лабаешь, я рубаю. Все просто.
- Не, Лех, я реально готов идти с тобой, если позовешь. Плевать мне на контракт. Без меня справятся.
- Не справятся. Ты подложишь Шагирре свинью, а девчонка этого не заслужила. Она тебе доверилась, взяла в группу, а ты ее кинешь. Если я тебя сведу, где они возьмут гитариста? Тем более такого. И потом, тебе же нравится то, что ты делаешь. Нравится ведь?
- Не то слово, - вздохнул Хатч. – Я впервые в жизни почувствовал себя настоящим профи. Человеком себя почувствовал. Я ведь полжизни по подвалам играл, Лех. То в одном самодеятельном группешнике, то в другом. С шестнадцати лет поливал по ресторанам. А там что слушают? Два притопа, три прихлопа между рюмками:«Сиротка, сыграй «Чикаго!». Мне за четыре года до блева настахерело играть весь этот блатняк: накопил я себе на хороший инструмент и ушел из кабака.С брательником создал свою группу. У меня брат Андрюха на клавишах играет, сам песни пишет, поет. Между прочим, чем-то он на тебя похож, реально. Короче, начали играть, а тут подвернулась возможность кредит на квартиру взять. Я ведь с семьей в деревянном доме жил – ванны нет, крыша течет, сортир на улице, соседи бухарики того и гляди по пьянке дом подожгут. Кредит взял, и пришлось снова в кабак идти, «Жиган-Лимон» наяривать. Там хоть деньги платят. Где еще музыканту заработать? А здесь я будто родился заново. Я ведь всегда хотел такую музыку играть, Лех. Настоящую, не это кабацкое фуфло на трех аккордах. А не получалось. Все деньги, деньги, деньги, чтоб их. Крутишься на пяти работах, шабашишь, каждый рубль в дом тащишь, и все равно не хватает. Не до творчества. А тут я задышал просто. Знаешь, если бы не семья, я бы тут остался. Честное слово.
- Верю я тебе, у самого такие мысли были. А я вот о Тоге думаю. Где он сейчас?
- Чего не знаю, - Хатч развел руками. – Только бы беды какой с ним не случилось. Я его тогда в Колошарах на улице в дыму потерял. Жалко будет, если парень того…
- Не того. Все с ним в порядке. Искать надо, - я хлопнул Хатча по плечу. – Ладно, бывай, братан.
- Лех?
- Чего?
- Ты не обиделся?
- Ни в коем разе. Все путем, Валерчик.
- Слушай, ты только свистни.
- Конечно, старичок. Я на несколько дней уеду из Лоэле, а как вернусь, состыкуемся. Я тебя найду.
На улице у входа в гостиницу меня ждал Консультант с известием, что по итогам последних событий я благополучно и досрочно переведен на новый уровень. Затем мне был вручен очередной похвальный лист, в котором я прочел следующее:
