Машина бытия полностью

Пловец почему-то не запомнил его лица, но зато ему в память навсегда врезался его немного гнусавый голос и темная родинка на костяшке указательного пальца правой руки. Почему-то Пловцу показалось очень важным, что фермер вез капусту, которая пахла свежевскопанной землей.

Тревога за Об держала Пловца в напряжении; он нетерпеливо ерзал на краю сиденья.

Фермер называл его «соседом» и жаловался на высокие цены на удобрения. Пловцу он задал один-единственный вопрос:

– Куда путь держишь, сосед?

– В город, – ответил Пловец.

Городом, согласно щиту на дороге, оказался Аккервиль, население – двенадцать тысяч девятьсот восемь человек. Фермер высадил Пловца перед высоким зданием, которое наверняка было построено на рубеже веков: это был огромный куб из стекла и алюминия. Вывеска над входом гласила, что это административный центр округа Крейн.

Часы пробили полдень, когда Пловец вошел в здание и, ориентируясь по указателям, направился в кабинет шерифа. Это место он потом вспоминал по запаху (в коридорах пахло дезинфекцией с сосновым ароматизатором); однако больше всего ему запомнился сам шериф – высокий, худощавый человек в старомодном костюме и западной шляпе, который, как только Пловец вошел в кабинет, сказал:

– Вы, должно быть, Конрад Румель. Ральф Абернети только что позвонил из машины и сказал, что привез вас в город.

Сам факт, что фермер из Северной Миннесоты смог его опознать, помог Пловцу понять, что он попал в жернова весьма эффективной системы. В дверях, за его спиной появились вооруженные сотрудники шерифа. Они не скрыли удивления, не обнаружив оружия у Пловца. Его препроводили в обшитый деревянными панелями кабинет, окна которого выходили на улицу и как раз на то самое место, где его высадил фермер.

Ральф Абернети. Это имя в его воспоминаниях не было связано ни с каким конкретным лицом. Пловец никак не мог понять, каким образом он смог проехать с фермером в кабине довольно долго и не запомнить его лица.

Об! Помни о ней и об опасности!

Шериф хотел знать все о Марсианском алмазе.

Пловцу пришлось рассказывать одну и ту же историю трижды, сначала шерифу и его помощникам, потом лысому седобородому толстяку, который представился окружным прокурором. Все эти люди нисколько не были озабочены экстренностью ситуации и очень неторопливо задавали свои вопросы.

Потом в комнате вдруг стало очень многолюдно. Шериф и окружной прокурор были отодвинуты на задний план. Все пришедшие весьма почтительно обращались к Уоллесу МакПрестону, стройному мужчине ростом не более пяти футов двух дюймов, с серо-стальными волосами и широким ртом, который все время беспечно улыбался. Правда, эта улыбка ни разу не коснулась больших голубых глаз этого человека.

– Я специальный помощник президента, – сказал Пловцу МакПрестон.

Пловцу даже не пришло в голову спросить: «Президента чего?»

МакПрестон начал задавать интересующие его вопросы. Правда, некоторые повторялись, Пловец уже слышал их от шерифа и прокурора, но в основном МакПрестона интересовало то, как Румель сумел потопить советское пропагандистское судно. Знает ли Пловец, что он расколол корабль пополам? Входило ли это в его намерения? Как он определил место закладки взрывчатки? Насколько велик был каждый заряд? Как он его рассчитывал и почему именно так? Тип детонатора? Насколько далеко он отплыл, чтобы избежать воздействия ударной волны? Какие детали конструкции корабля указывали на его уязвимые места? Каким аппаратом он воспользовался для того, чтобы вскрыть контейнер с алмазом? Почему он выбрал именно это время для проведения операции?

Постепенно Пловец стал различать лица в толпе, окружавшей МакПрестона. Особенно привлекал внимание один – мощного сложения великан с квадратным лицом, стоявший слева от МакПрестона. Глаза как две темно-коричневые пещеры над крючковатым носом, волосы цвета темной соломы с обеих сторон прикрывают залысины на висках. Этот человек проявлял повышенный интерес к тому, как именно Пловец потопил судно.

Однако ни один из этих людей, казалось, не понимал срочности дела, нисколько не волновался за жизнь Об… и дяди Амино.

МакПрестон задавал все новые и новые вопросы, уточняя детали истории, рассказанной Пловцом. Этим вопросам не было конца.

Расположение контейнера с алмазом – как оно повлияло на выбор места закладки взрывчатки?

– Послушайте! – неожиданно взорвался Пловец. – Вы что, не понимаете, что будет, если подручные Джепсона обнаружат, что он мертв?

– Подручные Джепсона никуда не уйдут, – сказал МакПрестон.

– Но они убьют Об… и моего дядю.

– Сильно в этом сомневаюсь, – сказал МакПрестон. – Теперь относительно этой Об. Вы говорите, что ваш дядя забрал ее из прошлого на машине времени?

Пловцу пришлось объяснять им, что́ это за машина, рассказывать о деньгах Джепсона, о прорыве, о поломках в системе управления машиной. С каждым новым вопросом Пловец чувствовал, как утекает время, отпущенное Об и дяде Амино.

– Машина времени, – насмешливо произнес МакПрестон.

Крючконосый дернул МакПрестона за рукав. МакПрестон поднял голову и спросил: