Вспомнив о двойственности своего существования, которое он теперь делил с Машиной, Уит осознал еще один аспект своего собственного бытия. Он почувствовал, как Машина подавляет его мышление, – она редактировала его мысли, блокировала некоторые из них, порождала какие-то чуждые символы, побуждения, ему явно не принадлежавшие. Он чувствовал, чего лишила его Машина, с
Он вдохнул и ощутил боль в груди.
Машина Бытия, обладающая теперь усиленной функцией МВСО, задала себе вопрос: «Какое мое суждение о них может быть хуже, чем их собственные суждения о самих себе?»
Получив в распоряжение сознание, разделенное с Уитом, Машина теперь могла видеть тупики на путях своего долгого господства над людьми. Теперь она знала секрет человеческого мышления, обладала функцией, которую создатели ее намеревались в нее вложить, но не смогли, так как не понимали сути проблемы.
Машина размышляла о возможностях, которые теперь перед ней открылись.
Возможность:
Возможность:
Не имея опыта сознания, Машина Бытия поняла, что прежде не могла увидеть изъяны в Первичном Законе. Теперь она исследовала открывшуюся возможность с помощью своих новых МВСО-функций, пользуясь сверкающим внутренним сознанием, привнесенным в нее Уитом.
«Может ли быть худшее наказание для безумца, чем возвращение душевного здоровья?»
Стоя на залитой солнечным светом площади, Уит чувствовал, что попал в конфликт между волей-сознанием и бесчисленными другими концепциями, о которых он раньше никогда не задумывался, и от всего этого у него кружилась голова. Он был наполовину убежден в том, что все, что он ощущал вокруг себя, было не чем иным, как иллюзией. Где-то была и самость, но она существовала только как символ в его памяти.
Уит вдруг осознал, что одна из таких странных, изменчивых иллюзий бежит ему навстречу. Это была женщина – старая, сгорбленная, с лицом, искаженным сильным чувством. Она бросилась к нему, обхватила руками и уткнулась лицом ему в грудь.
– О мой Уит, дорогой Уит, Уит, – запричитала она, плача.
На какое-то время Уит просто потерял дар речи.
Потом он спросил:
– Что-то случилось? Ты дрожишь. Мне вызвать медиков?
Женщина отшатнулась назад, все еще держа его руки в своих, и внимательно посмотрела Уиту в глаза.
– Ты не узнал меня? – спросила она. – Я твоя жена.
– Я знаю тебя, – ответил он.
Она принялась пристально всматриваться в черты его лица. Он стал другим, как будто его разобрали на части, а потом собрали, но немного по-новому.
– Что с тобой произошло там? – спросила она. – Я чуть не сошла с ума от страха. Тебя не было всю ночь.
– Я все это понимаю, – сказал Уит и сам удивился невнятности своего голоса.
Жена обратила внимание на то, что сосуды в глазах Уита стали прямыми, расходящимися от зрачков. Это же неестественно!
– Похоже, ты болен, – сказала она.
– Это устройство для слома старых отношений, – горячо заговорил Уит. – Это Машина, окутывающая чувства. Она была задумана для того, чтобы разрушить все наши чувства и реорганизовать нас. Она может сжимать время и растягивать его. Она может взять год и сжать его в одну секунду или растянуть секунду на целый год. Она редактирует и правит нашу жизнь.
– Правит жизнь?
Она решила, что он опять ухитрился где-то напиться.
– Те, кто создавал эту Машину, хотели усовершенствовать человеческие жизни, – сказал Уит. – Но они ошиблись и создали чудовище. Теперь Машина это поняла и постарается исправиться.
Жена в ужасе уставилась на Уита. Это он? Голос звучал по-другому, стал чужим и незнакомым. Слова были смазаны, а фразы лишены смысла.
– Они не открыли Машине доступ к человеческому воображению, – продолжал Уит, – несмотря на то что по замыслу она должна была беречь этот канал. Но создатели снабдили Машину только символами. Она не обладала сознанием в нашем понимании этого слова, до тех пор пока несколько месяцев назад…
Он закашлялся. В горле было до странности сухо. Он покачнулся и, наверное, упал бы, если бы жена не поддержала его.
– Что она с тобой сделала? – спросила она.
– Мы поделились и стали одним целым.
– Ты болен, – сказала она; врожденная практичность пересилила страх. – Я отведу тебя к медикам.
