– На самом деле все гораздо хуже. Я только сегодня понял, что ты проигнорировала мои распоряжения, хотя давно это заподозрил, ведь в нашей отчетности постоянно всплывали эти имена – «мистер Калабаш», «миссис Дарлингтон». Кроме того, ты всегда так юлила, когда я задавал вопросы о том, что именно ты для них делаешь. Теперь, задним числом, мне ясно, что это был шифр, и я должен был расколоть его раньше. А вечером ты не вернулась домой, хотя и обещала, и поэтому я решил устроить засаду у дома Даля. Как только я увидел, что ты выходишь из лимузина, а он держит тебя на мушке, я понял, что самый главный мой страх стал явью.
– И я рада, что ты пришел, папа. Но ты должен рассказать мне, откуда вы с ним друг друга знаете.
– Я же сказал – позже.
– Нет, Алоизий, расскажите ей об этом сейчас, – сказал Даль. – Или, что еще лучше, позвольте мне это сделать. Кейли, все очень просто. Месяцев десять тому назад твоему отцу понадобилось новое сердце. Старое уже начало сдавать – верно, Алоизий? Но бизнес шел ни шатко ни валко, так что больница ему была не по карману: он же частный предприниматель, и поэтому страховка у него самая дешевая. Он пришел ко мне. Остальное додумай сама.
– Все мои сбережения, всю мою платину, до последней крошки, я отдал, но и этого оказалось мало, – сказал Алоизий Фрай. – Каждый месяц я выплачиваю ему остаток, и притом с грабительскими процентами.
– Лично мне кажется, что проценты вполне умеренные, – ответил Даль. – И это большая честь для вас, ведь кого попало я не кредитую.
– Но ты же говорил, что сердце тебе починили, – сказала Кейли. – Я решила, что…
– Ты услышала то, что хотела услышать, тыковка. Ты решила, что болезнь несерьезная и врачи с ней справились. Прости за то, что я тебя обманул. Я не хотел тебя волновать. И, что еще важнее, я не хотел, чтобы ты знала, что я задолжал этому ублюдку.
– Но ты же должен был понимать, откуда взялось новое сердце.
– Я пытаюсь об этом не думать. – Алоизий Фрай печально покачал головой. – Иногда – довольно часто на самом деле – мысль об этом не дает мне спать по ночам. Но мы ведь заключили соглашение – верно, мистер Даль? Одно из моих условий заключалось в том, чтобы вы никогда не заходили туда, где я работаю, чтобы я никогда больше не видел вас, чтобы ваше лицо не напоминало мне о том, что я сделал. Вы согласились – а затем нарушили наш договор.
– Мне понадобились услуги механика, и поэтому я отправился к лучшему специалисту в городе. Просто случилось так, что в тот день вас на месте не было, а ваша дочь – была, и оказалось, что в инженерном деле она ни в чем вам не уступает.
– Я понятия не имею, как вам удалось втереться к ней в доверие, но знаю одно: таких
– Это я-то злодей?! – воскликнул Даль с притворным возмущением. – Разве в мое тело незаконно установили сердце мертвого незнакомца?
– Нет, но именно вы позволили этому случиться, и, значит, вы еще хуже, чем я.
– Ну раз так… – Даль прицелился в голову Кейли. – Алоизий, раз я злодей, то вас не удивит, если я убью вашего единственного ребенка прямо на ваших глазах.
Умирать было нелегко. Даже во сне.
Еще тяжелее было от того, что твои убийцы как две капли воды похожи на твоего отца и дядьев.
Когда пули попали в нее, Ривер вынесло из сознания Саймона, и она оказалась в чем-то вроде лимба. Она лежала на спине с четким ощущением того, что три оболочечные пули почти одновременно проникли в ее туловище, отбросив ее назад и причинив непоправимый урон ее внутренним органам. Внезапно возникла мощная, сокрушающая боль.
Лес вокруг Ривер потускнел, словно его заволокло туманом. Она почувствовала, что проваливается в более глубокий слой сна, темный и гнетущий. Боль начала ослабевать, свет тоже. Если она сдастся, то может больше ни о чем не беспокоиться. Бояться забытья не нужно.
Нет.
Нет!
Она не капитулирует. Она должна сражаться до конца, ведь от этого зависит не только ее жизнь, но и жизни всех, кто находится на «Серенити».
Ривер забилась, пытаясь прорваться наверх, стряхивая с себя холодный уют небытия.
Достигла ли она своей цели? Проснулся ли Саймон?
В любом случае Ривер не могла рисковать. Нужно действовать дальше.
Следующая – Кейли.
Ривер принялась искать мир снов Кейли. Ей удалось увидеть обрывки того, что произошло с ней за последнее время. Похищение. Особняк на скале. Драматичное появление Алоизия Фрая на эвакуаторе. Вооруженное противостояние двух мужчин.
Она ориентировалась на эти образы, позволяя им тянуть себя к ним, словно мотылька к лампе на веранде. Она пробивалась сквозь толстую мембрану, отделявшую ее от сознания Кейли. Ривер толкала и рвала эту мембрану, пока не проделала отверстие, через которое можно проскользнуть на другую сторону.
Ривер оказалась на дороге, которая вела к дому Даля. У нее кружилась голова, ей было тяжело дышать. Проникать в чужие сны становилось все сложнее. Она начала уставать. Ее раны в груди все еще болели. Сколько она еще сможет этим заниматься?
