На встрече с Нино и Роем Рега возразил, что он был должен на тридцать тысяч меньше, потому что летом передал их Доминику для Нино. Если Нино не получил их, значит, его племянник их украл или потерял, увлекшись махинациями с Генри.
– Мы поговорим с Домом и продолжим с тобой, – сказал Нино.
Доминик был в бешенстве. Он сказал Нино:
– Мэтти – сраный пидор! Я ничего у тебя не крал. Я добыл для тебя миллион или около того и не взял себе ни цента. Мэтти – мудак, он просто пытается зажать твои деньги.
Пока он говорил все это, он понял, что таки украл часть денег Нино – это была доля Нино в уничтоженных фишках Дэнни Грилло, – но признаваться в этом сейчас было бы неуместно. Поэтому он был очень рад услышать слова Нино:
– Я знаю. Не психуй. Я тебе верю. Посмотришь, как мы отберем ресторан у этого ублюдка.
Решение этой проблемы было для Нино не таким простым, как в случае с большей частью других клиентов, поскольку через своего отца Рега был связан с правящей верхушкой одной из мафиозных семей. У некоторых родственников Реги имелась своя доля и в «Дне бочки». Все это означало, что для улаживания вопроса понадобится созвать заседание. Это могло занять время, но Нино поклялся себе, что в итоге получит ресторан.
Доминик отправился в Нью-Джерси повидать Регу, но тот поселился в доме своей подружки и залег на дно. Доминик оставил для него сообщение в «Дне бочки», но Рега на него не ответил. Имея массу поводов для беспокойства и не видя Черил, которая была где-то «на ветру», Доминик тоже залег на дно. Он стал проводить больше времени с Дениз и детьми. В сентябре он попросил Чака Андерсона, теперь отошедшего от «Клуба 21» и работавшего на издателя
Доминик даже начал снова появляться в клубе «Ветераны и друзья» и впервые в жизни отдал Полу дань уважения во «Дворце мяса». Пол пригласил его на ланч и удивил тем, что битый час поносил Фрэнка Амато, бывшего мужа своей дочери, несмотря на то что пара находилась в разводе уже несколько лет.
Пол не простил Амато за измену Конни Кастеллано, которую он когда-то пытался выдать за Доминика. Амато до сих пор находился в Бенсонхёрсте. Он открыл собственный магазин, но и грабежами промышлял тоже – во всяком случае, так он сказал Доминику несколькими месяцами ранее, когда их пути пересеклись в одном из ночных клубов.
– Эта часть жизни Конни осталась в прошлом, – сказал Доминик Полу, что прозвучало не слишком убедительно.
– Она не останется в прошлом, пока этот придурок путается под ногами.
Доминика слегка испугал агрессивный тон Пола.
– Как бы я хотел сделать это своими руками! Не сегодня-завтра эту мразь найдут мертвым.
Доминик рассказал Нино об этом всплеске ярости и прибавил:
– Не иначе он заразился от Роя. Никогда его таким не видел.
Нино всплеснул руками и ответил:
– Не знаю, зачем он говорил это тебе.
Данное замечание заставило Доминика поверить, что кончина Амато была уже в планах «Джемини».
– Это никогда не кончится, да?
– Никогда.
Через несколько дней после этого разговора Нино и Роуз нашли величественный с виду дом, который пришелся им по душе. Он находился в нескольких кварталах от прежнего, тоже в Бат-Бич, но на более престижной улице, к тому же с видом на прекрасный парк. Доминик пожелал новоселам всего самого хорошего и угостил их обедом. Он подозревал, что недавние доходы Нино от «Карибского кризиса» и этот дом связаны между собой, но предпочел помалкивать, потому что на той же самой неделе – к вопросу о том, что такое никогда не кончится, – Джимми Эпполито с сыном были убиты, а Нино был ранен, арестован и заключен в тюрьму.
На протяжении следующего месяца Доминик делал все, чтобы вызволить Нино: передал ему подменную пулю, принял участие в запугивании брата Патрика Пенни, – однако собственные проблемы продолжали мучить и угнетать его.
Его беспокоил вопрос, как много агенты отдела по борьбе с наркотиками знают или собираются узнать о нем во время расследования и в результате арестов Мэтти Реги и Черил Андерсон. Раньше он об этом не задумывался, но сейчас ему было просто невыносимо думать о том, как Нино и Пол отнесутся к его аресту по обвинению в продаже наркотиков. Даже в банде Роя никого ни разу не арестовывали по этому поводу, кроме Питера Ляфроша, но он был мелкой сошкой, недостойной упоминания.
Проблема с обвинениями Реги в том, что Доминик украл деньги Нино и Роя, тоже оставалась нерешенной и серьезно тревожила его. Быть может, в кокаиновом угаре он перепутал эти деньги со своими, а Рега это видел. Теперь нельзя было гарантировать, что меры по освобождению Нино сработают: дядюшка может отправиться в тюрьму до конца своих дней. В этом случае обвинения Реги могут стать основанием для показа Роем очередного фокуса с исчезновением. В последнее время Доминик много чего прочел между строк, и ничто из того, что он прочел, не сулило хорошего. И он снова вернулся к выпивке и наркотикам.
