Ло и Намрату забрали сразу после того, как Трана вызвал в их дом магов общественной безопасности. Ничего не подозревающие супруги досматривали спектакль, когда несколько магов подхватили их под руки и повели к выходу. Бо́льшая часть гостей тут же покинули дом, не желая запятнаться в чём бы то ни было, оставшиеся либо лежали в пьяном угаре, не способные даже пошевелиться, либо находились в другой комнате и даже не заметили исчезновение владельцев дома. Мурхо стал одним из первых, кто сбежал с вечера. С супругами остался только Правид, который на магомобиле последовал за семьёй в офис общественной безопасности.
— Я уже ответил, что не знаю. Она была в доме, когда мы последний раз её видели.
— Какая дерзость, — зло усмехнулся Трана, глядя на помощника, стоящего в дальнем углу. — Неужели не боитесь, что не выйдете отсюда? Мы обыскали ваш дом, дочери там нет!
Ло и Намрата переглянулись.
— Но мы правда не знаем, куда делась наша девочка, — чуть ли не плача произнесла Намрата. — Мы бы и сами хотели это выяснить.
Трана цыкнул, заведя руки за голову.
— А это что? — лишь взглядом указал он на бумаги и детали на столе.
— Части макета и схема, — пожал плечами Ло.
— Какого макета?
— Макета первого маголёта.
— Да где вы видели такие маголёты?
— Как где? На схемах. Я же директор компании, производящей маголёты, причём, потомственный. Первые маголёты выглядели так, только у них отсутствовали движущиеся детали.
— И где этот маголёт теперь?
— Откуда мне знать? Я не поднимался к дочери в мастерскую уже где-то полгода.
— Почему не следите за дочерью?
— Да вы в курсе, сколько ей лет? Мне её что, до старости контролировать. Она свободный человек со свободной волей. Её деяния принадлежат лично ей. Мы с женой здесь ни при чём.
После слов Ло, Намрата бросила на мужа гневный взгляд, очевидно, не разделяя подобных мыслей.
— Так и куда она делась?
— Мы что?! Попугаи?! — вдруг вспылил Ло. — Я уже тысячу раз отвечал — мы не знаем!
Тишина сделалась напряжённее любой громкой брани. Трана сузил глаза, в которых сверкнул опасный огонёк. В эту же секунду Ло Викъянко схватился за горло. Намрата с ужасом переводила взгляд с мужа на контролёра.
— Что вы творите?! — закричала она. — Прекратите немедленно. Вы не имеете на это право! Мы будем жаловаться Верховному магу!
Трана зыркнул на женщину, излучая презрение и даже отвращение в каком-то роде, но мужчину он отпустил.
— Верховный маг плевал на вас. Для него вы не выше внешнекруговцев. Надеюсь, это понятно. Я найду вашу дочь, и тогда ей точно не поздоровится. Предварительное обвинение — конструирование машин с движущимися деталями, позже я выдвину обвинение в организации противоправительственного движения.
— Какого движения? Какой организации? О чём вы говорите? — Намрата больше не сдерживалась, слезы ручьём текли по её щекам. — Она не сделала ничего плохого! Общественность внутреннего круга не потерпит такого самоуправства!
— Вы плохо знаете общественность. Они поверят всему, что скажет башня магов, особенно когда узнает о деяниях вашей дочери.
В комнату дознания постучали, помощник Трана вальяжно поднял руку и слегка дёрнул пальцами, после чего дверь со скрипом отворилась. За ней оказался невысокого роста маг с бланком в руке.
— Поступило сообщение о пропаже знаменитости в доме Викъянко. Родители не могут найти Вирту Феса, думаю, вы такого знаете.
— Так-так-так, — довольно улыбнулся Трана, — а дело становится всё интереснее. Объявите о розыске двух людей: Манис Викъянко и Вирта Феса. За обоих назначьте приличную награду — только это подстегнёт людей к действию.
***
Манис не заметила, как размышления о собственной глупости заменил сон. В сознании рождались странные образы и картинки. В каких-то из них башня магов превращалась в огромную змею, чей яд наполнял улицы Разнана. После змеи Манис увидела Правида, рассказывающего Ние Трана всю правду о самолёте. Но прежде чем проснуться, она оказалась в куче мусора, состоящего из объедков, рваного тряпья и собачьих испражнений. Она кривилась от отвращения, барахталась во всём этом, размахивая руками. А потом увидела над собой грязных людей с глуповатыми улыбками, и чувство ненависти пронзило её сердце насквозь.
Манис открыла глаза, и какое-то время не могла понять, где находится. Обманутый разум убеждал, что она до сих пор не выбралась из странной иллюзии. Однако вскоре вернулось понимание, которое тут же навалилось всем своим весом на продрогшее тело Манис. Они летят над океаном и уже не один час. Небо постепенно светлело, через облака прорывались первые робкие солнечные лучи. Одно только смущало — отчего самолёт до сих пор в воздухе?
Манис наклонилась, чтобы проверить Вирту. Она ожидала увидеть того спящим, но парень глядел вперёд, прищурив красные то ли от ветра, то ли от недосыпа глаза. Он слабо наклонил голову в её сторону и хриплым голосом спросил:
— Выспалась, мадам учёная?
Не в силах пропустить сарказм в свой адрес, Манис бросила в ответ:
