А из-за двери поплыли соблазнительные запахи. Желудок напомнил, что еда – залог здоровья и нехорошо оставлять доставшийся мне организм без питания. Поэтому я запретил себе думать о внешнем виде и вернулся в общую комнату. Феон уже расставил на столе тарелки с супом, разложил ароматный хлеб, а в центре стола манило блюдо с зажаренной курицей. Желудок требовательно заурчал.
Вот только глаза Феона неожиданно округлились.
– Ты что сделала с волосами? – подскочил он. – Зачем?
– Мешали, – коротко ответил я, присаживаясь к столу. – Спасибо за пищу, давай приступим к трапезе.
И, плюнув на приличия, взялся за приборы. Тарелка опустела в мгновение ока. Может, Феона и интересовало, откуда у хрупкой девушки мужской аппетит, но я так проголодался, что плевал на условности. Курица и вовсе была выше всяких похвал. С корочкой, специями, с нежным, ароматным мясом.
– Ты сколько не ела? – не выдержал Феон.
– Пару дней точно, – пробормотал с набитым ртом. Кажется, в последний раз что-то ел в доме Сианы.
– Получается, с ареста?
– С него самого. А ты ешь, ешь.
Феон промолчал, но лицо говорило без слов. Я запил обед сладкой водой и рухнул на кровать. Отдых!
– М-м-м… Лесса, а можно задать нескромный вопрос? – Похоже, Феона обуяло любопытство.
– Задавай. – После обеда я стал крайне добрым. Не был таким уже несколько лет.
– За что тебя приговорили к казни?
– Человека исцелила, – хорошо, что я знал ответ. – А лицензии нет, вот и отправилась к позорному столбу.
– Значит, я не ошибся, – кивнул Феон чему-то своему.
– А тебя?
– Я же говорил.
– Ты прости, меня вчера и сегодня пару раз ощутимо приложили по голове. Все как в тумане. Напомни, а?
– Я убил служащего тайной канцелярии.
Вот тебе и спаситель! Я снова сел, чтобы видеть его лицо и понимать, говорит ли Феон правду.
– И за что ты его?
Хотя я догадывался и так. Уже понял, что маршал и этот парень – родственники. Похожи.
– Они пришли в мой дом, напали на мою семью, – Феон опустил голову. – Я пытался защитить сестру – и не смог. Она умерла. Но я нашел эту тварь и убил.
– Правильно сделал. – Я пожал плечами. – Я бы поступил… ла так же.
Хотя моя канцелярия ни к кому не приходит просто так. Но в провинции, как показала практика, ожидать можно чего угодно.
– Правда? – Феон поднял голову.
– Честное слово. И что ты теперь будешь делать? Если найдут, быстрая смерть покажется тебе счастьем.
– Я знаю и готов умереть. – Глаза Феона засверкали, как у фанатика. – Только сначала… Сначала хочу отомстить человеку, который оклеветал моего отца и навлек беды на семью.
И почему мне кажется, что я знаю его имя? Вот только клеветы там не было. Маршал продался врагам. Он всегда меня ненавидел и желал убрать с поста. Видимо, решил, что убить – единственный доступный метод.
– И кто же он? – спросил я больше для вида.
– Канцлер Эдмонд Лауэр. – Феон сжал кулаки.
– Значит, идешь в столицу? – Я снова лег. Тьма с ним, с этим мстителем. Не он первый, не он последний.
– Да.
– И что будешь делать?
– Убью его.
И Феон замер, ожидая моей реакции. А я что? Пусть приходит. Но он спас мне жизнь, поэтому хотя бы быструю смерть я ему обеспечу.
– Знаешь, нам с тобой по пути, – ответил, уже зевая. – Я тоже иду к канцлеру. Пообещай не убивать его, пока я с ним не поговорю.
– Зачем? – Феон вытаращил глаза.
– Секрет. – Я усмехнулся. Не говорить же парню, что его цель – прямо перед носом, а внешность обманчива. – Так как, возьмешь меня к Лауэру?
– Возьму.
Феон хмурился и смотрел в окно. Мне не было особого дела до его настроения, как и до планов мести. Но девушке на дороге нужна защита. Феон, как сын маршала, сражается хорошо. Кстати, странно, что он не появлялся в столице. Да и я, признаться, мало интересовался семьей Лейсера. Я редко преследовал чьих-то близких – только тогда, когда Тьма подозревала сговор, но маршал однозначно действовал на свой страх и риск. А еще лучше присмотреть за горе-мстителем, а не ждать удара в спину. Если он убьет Лессу раньше, чем я до нее доберусь, носить мне женские тряпки до конца своих дней. Или же я тогда вовсе умру? В любом случае погибать предпочитаю в своем теле.
С этими мыслями я закрыл глаза. Надо отдохнуть перед дальней дорогой. Тем более она обещает быть забавной.
После обеда я сразу почувствовала себя лучше и решила осмотреть дом. Кому какое дело, что хозяин бродит по владениям? Поэтому переходила из комнаты в комнату, присматриваясь, наблюдая. Рядом с гостиной нашлась спальня – с большой кроватью, застеленной темным покрывалом. Легла, примеряясь, – жестко. Канцлер, похоже, себя не баловал. Шторы тоже едва пропускали свет, создавая в комнате сумрак. Требование Тьмы? Или он просто не любит света?
