– Что ты! Не извиняйся! Меня зовут Сиана, мы с тобой дружим с самого детства. Ты приляг, все равно тетушку до утра не добудишься, а утром спрячешься на чердаке.
– Утром я уйду, – сказал Сиане. – Нужно отыскать человека, который вернет мне память.
Но отказываться от мягкой, пусть и чужой постели не стал. Укрылся одеялом, наблюдая за расстроенной Сианой.
– Расскажи мне… обо мне.
Звучало жутко, но, увы, другого способа не было.
– Хорошо, – кивнула добрая девушка. – Ты совсем все забыла?
– Совсем. Поэтому рассказывай все, что считаешь нужным.
– Ну… – Сиана задумалась на мгновение. – Тебя зовут Алессия Адано, тебе двадцать лет. Жила с бабушкой, но пару лет назад ее не стало.
– А родители?
– Родители? Ты и сама не знаешь. Бабушка не хотела об этом рассказывать. Только обмолвилась, что давно погибли.
Ясно, сирота, никаких родственников нет, искать Лессу никто не будет.
– Какая у меня магия? – задал наиболее интересующий вопрос.
– Ты умеешь лечить людей, – ответила Сиана. – А еще – магия обольщения, но ты ею никогда не пользуешься.
Ух ты! А девочка не промах.
– Мы с тобой всегда вместе заготавливали травы. – Сиана смахнула набежавшую слезу. – Чтобы зимой было на что жить.
– А за что меня… задержали? – Еще один важный вопрос.
– За то, что исцелила парня без лицензии.
– И какой же у меня индекс?
– Один и девять.
Один и девять? Слабовато, даже до двойки не дотянула. Но пыталась помочь человеку – уже хорошо.
– Зачем же сразу к позорному столбу? – Сам не заметил, как произнес вслух то, о чем подумал.
– Так законы канцлера, будь он неладен! Ты хоть про канцлера помнишь?
– Про него забудешь, – кивнул я.
– То-то же! Ты три раза в столицу ездила, чтобы лицензию получить. И что, оттого, что у тебя низкий магический индекс, теперь нельзя людям помогать?
– Можно.
– Вот и я говорю – можно! Так нет, этот… – Сиана явно подбирала слово помягче, – подонок в маске постановил, что только со вторым показателем имеешь право исцелять.
А в законе, между прочим, указано, что при рассмотрении дела о применении магии без лицензии должны учитываться обстоятельства и последствия использования. То есть если, допустим, была опасность для жизни и человек спасался, как умел, кто его за это осудит? Уж точно не я.
– Думаю, местные власти слишком вольно трактуют законы, – ответил я.
– Что? – Сиана заглянула мне в глаза, а я понял, что слегка перестарался с ответом. – Лесса, милая, ты будто стала другим человеком. Неужели ты защищаешь канцлера?
Думаю, если мои предположения верны, сейчас Лесса защищает канцлера с пеной у рта, потому что сама им является.
– Я просто рассуждаю логически.
Сиана снова недоуменно моргнула, а я прикусил язык. Конечно, ее подруга из маленького городка не изъяснялась подобными фразами. От политики она далека, образование…
– Я где-то училась? – решил уточнить сразу.
– Конечно! В общей школе, как и я. А потом на спецкурсе магии при школе. Ты ведь всегда мечтала курсы при академии окончить.
– А почему только курсы, а не саму академию?
– Потому, что у тебя не хватило бы денег.
И индекса. Но индекс может увеличиваться, если магический потенциал мага растет. А вот деньги надо еще заработать.
– И чем я зарабатывала на жизнь?
– Продавала травы. И исцеляла, только чтобы никто не знал.
Ясно. Значит, все-таки Лесса нарушала закон. Что ж, какой бы она ни была, теперь она – это я. И никто не даст гарантий, что я ничего нарушать не стану.
– Спасибо, Сиана, – решил, что получил самые насущные ответы. – Теперь мне хотелось бы отдохнуть. Ты говорила, что собрала мои вещи?
– Да, так и думала, что, может, придется бежать. Я их уже отнесла на чердак, пока ты купалась. Деньги там же.
– Ты настоящая подруга. – Я пожал руки девушки.
Сиана отвернулась, вытирая слезы. Она искренне беспокоилась о Лессе.
– Отдыхай, – сказала она мне. – А я посплю на кушетке. – И двинулась к маленькому диванчику.
Наверное, ей будет неудобно. Но я настолько устал в этом новом теле, что хотел одного – спать. Слова благодарности и отказа я так и не произнес. Прости, добрая девушка, сегодня кушетка твоя. Я закрыл глаза – и тут же провалился в сон.
Ой, как болит голова! Я запустила пальцы в волосы и попыталась подняться, но, кажется, обо что-то приложилась. А вроде бы уснула у подножия статуи богини. Странно. И ощущения в теле были странные. Пошевелилась – плечо пронзила боль. Меня ранили? Нашли? Преследовали? Резко дернулась – и услышала чужой топот. Это они! Преследователи! А я даже встать не могу – не то что бежать!
– Живой? – склонился надо мной какой-то мужчина. Все, что разглядела, – светлые волосы. Светлые! Волосы! Села – и со стоном откинулась назад.
– Не геройствуй. – На лицо опустилась прохладная ткань. – Эсмес, Торгани, перенесите канцлера Эдмонда во дворец.
