Туман чуть ожил и явственно двигался в направлении воды. Местами, в прогалах, можно было различить голыши и песок под ногами. Кое-где туман змеился у самой земли, мимолетно образуя странные фигуры. Подойдя к самой кромке воды, мальчик остановился, нагнулся и опустил обе руки в набегающую волну. Затем вознес омоченный волной палец к губам.
Море было явью. Теплое и соленое — как кровь.
Волна лизнула носки его башмаков, и он попятился. Повернулся и зашагал дальше совершенно уверенно — теперь он с точностью знал, куда идти. Он шел быстрее и быстрее. А вскоре и вовсе пустился бежать.
Почти сразу же споткнулся, но тут же вскочил — и упрямо помчался вперед. Похоже, он как-то вышагнул из реальности — и снова очутился в своем сне. Сейчас он слышал металлический звяк колокольчика на бакене в каком-то канале справа. Шум самого моря внезапно стал громче. Вверху пролетела большая птичья стая — крики этих птиц отличались от крика чаек и любых других птиц, которых он когда-либо слышал. Далекий колокол возобновил — теперь где-то за его спиной — свое монотонно-медленное басовито-простецкое буханье, отвечая на неритмичный перезвон бакенного колокольчика солидно, густо.
А вот пение… Впервые оно стало слышнее. Казалось, теперь оно совсем уж близко.
Нечто темное возникло прямо впереди, поперек тропинки. Что-то вроде холмика или…
Мальчик снова споткнулся, взмахнул руками, стараясь не упасть. Но падал — и сразу же, как он начал падать, пение прекратилось. И оба колокола — большой вдалеке и маленький поблизости — разом замолчали. Ему навстречу неслись мрачные зубчатые стены и зияющие бойницы — что-то вроде сумрачного многобашенного замка на песчаном холме у глади небольшого озера. Он падал прямо на эти стены — нестерпимо быстро…
Туман как нарочно разошелся, словно поднимая занавес, перспектива резко изменилась — далекое стало близким, и сумрачный внушительный замок оказался строением из мокрого песка на холмике возле озерца оставшейся после прилива воды.
Как он ни старался извернуться при падении, его вытянутая вперед рука снесла башню, да и главные ворота были непоправимо разрушены.
— Не смей! — взмыл возмущенный крик. — Противный мальчишка! Не смей!
Девочка подскочила к нему и стала колотить его маленькими кулачками — по плечам, по голове, по спине.
— Про… простите, пожалуйста, — залепетал он. — Я вовсе не хотел. Я просто упал. Я помогу. Я все восстановлю…
— У-у, негодник!
Кулачки прекратили свою работу.
Он сделал шаг назад, чтобы как следует рассмотреть девочку.
Глаза ярко-серые. Над высоким лбом вьются каштановые волосы. Ручки такие нежные, пальчики такие длинные… Голубенькая юбочка и белая блузка были в песке, а подол юбки сильно промок. Пухлые губки девочки дрожали, пока она осматривала разрушения, метая гневные взгляды в сторону «негодника». Однако из серых глаз не выкатилось ни одной слезинки.
— Простите, пожалуйста, — снова пролепетал он.
Она демонстративно отвернулась от него. А через мгновение вдруг размахнулась босой ножкой. Бац! — и еще одна стена рассыпалась. Бац! — и еще одна башня рухнула.
— Не надо! — закричал он и кинулся к ней. — Остановитесь! Пожалуйста!
— И не подумаю! — взвизгнула девочка, с остервенением двигаясь вперед и норовя довершить разрушение. — Вот так! Так!
Он схватил ее за плечики, а она вырывалась и брыкалась и крушила песочный замок.
— Да будет вам, будет… — повторял он.
— Эй ты, не трогай замок этого бедолаги! — донесся голос из-за их спин.
Они разом оглянулись и увидели выходящую из тумана фигурку.
— Ты кто? — почти в один голос спросили они.
— Эдгар, — ответил незнакомый мальчик.
— Ха! Меня зовут точно так же! — сказал первый мальчик, наблюдая за приближением второго.
Пришелец остановился в паре шагов от них.
Казалось, он вышел не из тумана, а из зеркала — до такой степени он напоминал первого мальчика! Они были похожи, как близнецы. Волосы, глаза, родинки, черты лица — все было одинаково. Сходство не ограничивалось этим: рост, фигура, жестикуляция, голос — похоже было все, вплоть до одинаковой школьной формы, надетой на обоих.
Девочка оторопела, позабыла о замке и медленно поводила головой из стороны в сторону.
— Меня зовут Анни, — сказала она негромким приятным голоском. — А вы совсем как братья… как близнецы.
— С этим замечанием трудно не согласиться, — солидно изрек второй мальчик.
— Да, может показаться, что мы братья, — сказал первый мальчик.
— Ты зачем ломаешь его замок? — строго спросил второй Эдгар.
— Этот замок мой, и его сломал — он, — сказала девочка.
Второй Эдгар улыбнулся первому, а тот лишь тряхнул головой и пожал плечами.
— Ладно. А почему бы нам втроем не восстановить замок? — предложил второй. — Могу поспорить, мы втроем построим крепость краше, прежней, согласна… Анни?
Девочка одарила его улыбкой.
— Хорошо, — сказала она. — За дело.
Все трое опустились на коленки вокруг разрушенного замка. Анни взяла палочку и стала проводить бороздки в песке, намечая план будущего строения.
— Главная крепость замка будет вот здесь, — начала она, — и я хочу много-много башен…
