Эх-х… Был бы я хоть чуточку смелее, то Накано согласилась бы со мной встречаться, а не отшила после первого же свидания. Интересно, что со мной не так? Целуюсь плохо? Шутки идиотские шучу? Или что?
Мысленно вздыхаю и понимаю, что уже несколько минут тупо пялюсь на экран, совершенно не читая, что там написано. Пытаюсь сосредоточиться на новостях в ленте, но что-то не выходит. И раз такое дело, то пошло всё к чёрту, а я пойду спать. Хоть высплюсь раз в жизни.
Заваливаюсь на кровать с мыслью, что целый час буду засыпать, но закрываю глаза и проваливаюсь в темноту.
Из неё меня вырывают чьи-то прикосновения. Открываю глаза и вижу перед собой красную маску Человека-паука.
– Привет, приятель, – хрипло шепчет он, а затем резко залепляет мне рот скотчем.
И только после этого я понимаю, что мои руки прикручены чем-то к кровати.
Какого чёрта?! Что происходит?! Это сон? Ведь сон, правда? Этого не может быть на самом деле!
– Давай развлечёмся, малыш, – шепчет Человек-паук и задирает мою майку, гладит грудь пальцами в лайкровых перчатках.
Да что это такое?!
Я мычу, начинаю извиваться, пытаюсь скинуть его с себя. Но он здоровый и одним резким движением придавливает меня к кровати, а затем стаскивает с меня трусы.
Что?! Какого хрена?!
Пусть это и сон, но даже во сне я не позволю!..
Отчаянно лягаю Паука ногами. Он же с нечеловеческой лёгкостью ловит их, сгибает, фиксирует скотчем, приматывая лодыжки к бедру. И я не могу сопротивляться. Просто не получается.
Что за чудовищный сон? Проснуться! Хочу проснуться! Поскорее!
Но сон и не думает заканчиваться, а, напротив, становится только хуже и реальнее.
Я отчётливо чувствую боль в зафиксированных конечностях, ощущаю всю силу прикосновений Паука-извращенца. Он ласкает мою грудь, живот, раздвигает ноги, касается ягодиц…
Нет!
– Если будешь хорошим мальчиком, то я буду аккуратен и нежен, – приглушённо хрипит Паук.
И я с ужасом ощущаю, как в меня пихается что-то холодное.
Палец! Он пихает мне в задницу палец.
Нет! Не надо. Остановись! Остановите его кто-нибудь… Пусть это прекратится. Сейчас же. Немедленно! Умоляю. Кто-нибудь, разбудите меня…
Но никто не приходит, не будит, а сам я не просыпаюсь. И Паук-извращенец долбит меня пальцем, растягивает. Это не столько больно, сколько отвратительно, мерзко, ужасно… Я скулю от беспомощности, когда он начинает пихать в меня второй палец. Он пихает его в меня, а второй рукой принимается ласкать мой член. И я возбуждаюсь. Чёрт! Я возбуждаюсь от этого изврата!
Нет… Не может быть…
– Отлично, малыш, – вновь шепчет извращенец. – Твоя попка готова. Теперь можно и повеселиться.
Чувствую, как из моей задницы выскальзывают пальцы, и вижу, как Паук расстёгивает ширинку на штанах, вижу, как он вытаскивает свой член. Большой, налитый кровью член. И этот член сейчас… в меня?
Нет! Пожалуйста, только не это!
Я снова начинаю брыкаться, из последних сил пытаюсь оттолкнуть извращенца, но он одной рукой хватает меня за шею и прижимает к кровати. Горло сдавливает обручем боли.
– Какой непослушный мальчик, – слышу хриплый шёпот у самого уха. – Непослушных мальчиков нужно наказывать.
Боль становится сильнее, я почти задыхаюсь, в глазах начинает темнеть.
– Но если непослушный мальчик станет послушным, то я вновь стану нежным и даже распутаю твои ноги. Моргни, если согласен.
Я хриплю и моргаю. И тут же вдыхаю носом воздух, потому что хватка ослабевает. Паук больше не душит меня и освобождает от скотча мои занемевшие ноги. Затем он резко переворачивает меня на живот и приказывает встать на колени. Я подчиняюсь. Встаю, оттопыриваю задницу.
– Вот так-то лучше, – усмехается он и гладит мою спину и ягодицы. – Хороший мальчик. Послушный. Я займусь твоей попкой на всю ночь, так что постарайся расслабиться. Если расслабишься, то сможешь получить удовольствие…
Паук-извращенец раздвигает мои ягодицы, и я чувствую, как в меня входит что-то большое и твёрдое. «Что-то»? Я же прекрасно знаю, что это. Это член. Его огромный член! Он входит в меня, пропихивается, растягивает, а я стискиваю зубы и дышу. Пытаюсь расслабиться.
Нет, не для того, чтобы получить удовольствие, а для того, чтобы дожить до конца этого ужасного сна. До конца этого кошмара.
Я с трудом разлепляю глаза. Солнце вовсю освещает комнату, из приоткрытого окна поддувает ветерок. Я лежу на кровати на животе, прикрытый одеялом. И почему-то голый.
Блин. Почему я голый? И почему так светло? Я что, проспал?
Тянусь за телефоном посмотреть время и замираю. Потому что боль в районе крестца буквально пронзает меня.
Что это? Откуда?
И тут на меня обрушиваются воспоминания о сне. О кошмарном, чудовищном сне, в котором меня всю ночь имел в задницу Паук-извращенец.
Но задница у меня болит по-настоящему. По-настоящему она болит! Чёрт! И это значит…
Это значит, что это был не сон? Всё это было на самом деле? Меня на самом деле всю ночь трахал какой-то мудак в маске?
Боже… Нет… Не-ет!
Я зарываюсь лицом в подушку, и слёзы, которые я сдерживал во время кошмара, наконец вырываются из меня.
