Хочется умереть. Просто взять и умереть, перестать быть. И точка. Я не знаю, что делать, не знаю, как жить с таким. Просто не знаю. Голова пуста.
Взгляд бездумно ползёт по стене, натыкается на плакат с Человеком-пауком – и я весь внутренне сжимаюсь. Тот мудак был в маске Человека-паука. Тот, кто надругался надо мной, был вот в этой маске! Не могу на неё смотреть. Не могу!
Рывком поднимаю себя с кровати, не замечая боль, подскакиваю к столу, срываю плакат, рву на куски, на самые мелкие кусочки, выплёскиваю всю злость и ярость на эту злосчастную бумагу. Меня трясёт, знобит, я не могу унять дрожь и обнимаю себя за плечи, чтобы хоть как-то остановиться, совладать с этим, но не помогает.
Нужно что-то тёплое. Нужно выпить что-нибудь тёплое.
Плетусь на кухню, грею воду, глотаю тёплый чай, не чувствуя вкуса. А затем, когда дрожь унимается, иду в ванную, встаю под душ и начинаю скрести кожу ногтями. Хочу содрать её с себя полностью. Я чувствую себя грязным, поруганным, осквернённым.
Меня изнасиловали. Изнасиловал какой-то маньяк в маске. И что мне теперь делать, не представляю.
А что делают другие? Ведь я не первый, кто подвергся такому. Что они делают?
Идут в полицию и пишут заявление?
Одна эта мысль приводит меня в ужас. Я не смогу, не переживу этого унижения. Лучше промолчать, лучше никому не говорить ни слова, пережить это как-то самому. Забыть. Не думать. Выкинуть из головы. Лучше так, чем рассказать правду.
