Мы снова вышли в ночную прохладу и двинулись вдоль дворца. Дорога была темной, но я уже знала, куда мы идем. В западное крыло, в то самое место, где мы недавно побывали с Толласом. Где исчезла Мидея.
Стараться изобразить удивление от увиденного, мне даже сильно не пришлось. Загадочная комната с порталами все так же завораживала, и я с интересом глядела по сторонам.
— Знаешь, какой из них нам нужен? — спросил Маркс, глядя на меня.
— Вон тот высокий кувшин, теплых оттенков, с треугольными узорами, — уверенно произнесла я.
Я почувствовала это и в самый первый раз.
— Всё верно, — сказал он, поднимая кувшин, примерно с метр в высоту, накрытый декоративной крышкой,
— Но тут есть и второй портал, — сказала я, — я его уже чувствовала раньше. Это что, чемодан из хранилища?
— А ты хороша, — Маркс выудил из-под хлипкого стола уже знакомую мне вещь, — леди вперед.
С этими словами он открыл крышку чемоана, а я увидела яркий свет, а затем все будто смешалось, и я закрыла глаза, шагая в неизвестность
Но уже в следующих миг стало темно, будто я ослепла. Я ничего не видела, но спиной ощущала присутствие кого-то рядом. Надеюсь, это Маркс. Когда мои глаза понемногу привыкли, я поняла, что нахожусь в колодце какого-то старого полуразрушенного замка.
— Ну что, готова? — спросил жрец, выходя из-за моей спины.
Из своей сумки он достал темные очки, и взяв меня за руку, повел известными ему одному путями. Вскоре мы вышли на свет, а я увидела длинную линию из людей, которые в руках держали нечто, называемое телефонами. Я о таких читала. Что-то вроде наших связных.
— Этот замок- популярное туристическое место, — пояснил мужчина, — здесь когда-то жили короли.
— И что, простые люди отдают им дань уважения?
— Не совсем. Им просто любопытно. Как и тебе, держи, они тебе нужнее, — с этими словами он надвинул мне на нос свои темные очки, — так никто не поймет, что ты на них пялишься.
А посмотреть тут было на что. Разнообразие лиц, рас и народов. Все они говорили на неизвестных и непонятных мне языках, хотя я и значение общих жестов, типа большого пальца вверх, или знака «Виктори», с которым они позировали для фотографий, я понимала. А одежда, одежда! Мне казалось, что некоторые из присутствующих и вовсе носят нижнее белье. Черт, да моя ночная сорочка, более закрытая чем то, что было на этих дамах.
Однако долго прохожих Маркс мне не дал, потянув меня к выходу. В глаза забил яркий свет, на дворе стоял день.
— Здесь все почти так же, как и во втором мире, поэтому, я бы хотел показать тебе кое-что поинтереснее.
Однако впечатлений мне уже бы хватила на долгое время вперед. Я следовала за ним на ватных ногах, все ещё плохо соображая, словно на автопилоте. Сменялись коридоры, люди, а потом забрезжила арка выхода.
Он вывел меня наружу и мою кожу обдало теплом и светом, а нос щекотали особенно острые запахи. Они были неприятными, но все скрашивал запах свежескошенной травы. Мы долго шли куда-то по парковой тропинке, а затем я увидела металлическую блестящую машину, стоявшую поодаль у какого-то каменного маленького домика.
— Сторож присматривает за ней для меня, — бросил Маркс.
— Вы что же, умеете ей управлять?
Он довольно улыбнулся, доставая связку металлических ключей, что-то пикнуло, и Маркс галантно открыл передо мной день.
В салоне было узко и пахло кожей, а я с любопытством смотрела на панель управления.
Вскоре, он сам сел за руль, а затем перевязал меня каким-то тканевым поясом, сказав, что это для безопасности. И машина беззвучно тронулась.
— Мы едем в город, — сказал Маркс, заметив, что я не очень-то наслаждаюсь привычными видами лесов и полей.
— Но почему сейчас день? Вернее, исходя из положение солнца, утро… А на дворе лето! Мы же с вами покинули замок де Серра глубокой осенней ночью.
— Время здесь течет по-разному, поэтому хватиться нас не должны. Успеем вернуться к завтрашнему обеду, Кеннеди нас прикроет.
А я невольно залюбовалась им. Эта обстановка была для него привычной. Он выглядел спокойным расслабленным и таким… гармоничным. Никто, наверное, и заподозрить в нем не смел человека из другого мира. Или, вернее из этого. Я совершенно запуталась.
К тому же, насыщенный день и разница во времени дала о себе знать, и, под мерное гудение мотора я уснула в мягком кресле.
Ну что за дивный и странный сон, мне снился.
Сначала я встретилась с родными лорда Лоа на балу, затем так нелюбимую мной Эллину Геллар пытались отравить, после чего я обжималась с Толласом в своих покоях, а брат Маркс оказался иномирцем. И в довершении этого полного безумия, я совершила с ним переход из второго мира в четвертый, мой родной, именуемый Лиссарой.
Ну и бред же, неправда ли?
— Просыпайся, — меня аккуратно потрепал кто-то по плечу.
Я открыла глаза и увидела верховного жреца. На нем была рубашка с короткими рукавами, именуемая «поло» и любопытные «джинсы». А сама сидела я внутри металлической самоходной кареты, называемой автомобилем.
Нет, кажется, это был не сон.
