Князь ты или хоть сам император. Строитель тебе построит дом. Краснодеревщик сделает мебель. Портной сошьёт великолепный костюм. Повар, в конце концов, из простых продуктов сотворит шедевр. Как наш Прохор, например. Ведь это не просто талант, а страсть.
Никогда я не понимал пренебрежения к ремесленникам. Без них не было бы мира, в котором так прекрасно живётся.
Поэтому сходил и познакомился с новым работником. Парень поначалу очень смущался, но затем перешёл на самый любимый язык — камня и магии. И битый час рассказывал, как он работает с материалом. Как тот ему «поёт» и подсказывает, что и как делать.
Емельянову в итоге пришлось со смехом прогонять юное дарование, пока солнце не село.
— А что насчёт пристани, Александр Лукич? — спросил бригадир.
— Пристани? — удивился я.
— Я обнаружил неплохой фундамент. Как ни странно, но столетия ничуть не повредили конструкцию. Возвести заново будет довольно просто.
Пристань! И я не думал о таком. Безусловно, обширная прибрежная линия острова позволяла построить хоть целый порт. И ведь как удобно перемещаться по сети каналов города. Но это же означает, что мне нужен корабль.
Ладно, хотя бы лодка с мотором. Ну, может, скромный катер. Или небольшая яхта…
Чёрт, внутри сразу же разыгрался мальчишеский азарт. Захотелось что-то скоростное и великолепное. С большой открытой палубой на лето. И с тёплой и уютной каютой на зиму. А ещё парусник, чтобы выходить в залив и ловить закаты.
Где только средства взять? У князей, интересно, зарплата есть какая-нибудь от империи?
— Стройте, — легкомысленно решился я.
Емельянов, пожалуй, обрадовался не меньше моего. Понял мои чувства и глаза мастера загорелись.
Строительную смету это увеличит не критично, а в хозяйстве пригодится. В будущем гостей принимать, опять же. Многие предпочитали водные дороги обычным. Оттого и заторов на каналах было не меньше, чем на проспектах.
Я окинул берег взглядом и обозначил масштаб:
— На десять мест для начала. С возможностью расшириться.
Река здесь была широкой — есть где разгуляться. Да и с западной стороны тоже водного пространства было много. Как раз туда я и планировал пригнать магический остров от маяка. Должен был чудесно уместиться. Пару мощных артефактов, отводящих глаза, поставить и соседи не заволнуются.
Благо на другой стороне был парк и жилых домов там не было.
Но оставалось самое важное: получить документы.
Пристав мне доверяет и без бумаг, но насчёт князя Мейснера я сильно сомневался. Станется с такого человека пойти по коллегиям и попытаться оспорить мои права.
Взглянув на солнце, стремящееся к горизонту, я взялся за телефон. До ночи успею официально стать владельцем, князем и правителем.
— Роман Степанович, — улыбнулся я, когда менталист мгновенно ответил на вызов. — Вы сейчас не сильно заняты? Сможете уделить мне немного времени?
Глава тайной канцелярии горячо заверил, что совершенно свободен и готов принять меня в любой момент. Лукавил, но всё равно было приятно.
Уже через десять минут я был возле штаба. После грандиозного праздника столица затихла, и на улицах почти никого не было, так что добрался я быстро.
Такое же сонное и всё ещё летнее настроение царило и внутри особняка, занятого конторой. Кто-то дремал на шезлонге около здания, кто-то неторопливо пил чай, накрыв себе импровизированный стол из скатерти прямо на лужайке.
Словно и не гудел город всю эту ночь.
— Удивительное дело, — озвучил мои мысли Баталов после приветствия. — В этом году празднование начала учебного года прошло без жертв. Обычно преступники под шумок стараются провернуть свои дела, а тут же — ничего! Ей-богу, ваше сиятельство, словно отпуск начался.
— Такое ощущение, что вы недовольны, — рассмеялся я его наигранному возмущению.
— Знаете, это вообще-то непривычно. Будто затишье перед бурей. Ну да пустое, это всё профессиональные издержки. Вы, полагаю, ко мне с более приятными вопросами. Прошу.
Разместились мы тоже по-летнему, на веранде, которая обнаружилась за домом. С видом на залив и его сверкающие воды. Ветра почти не было, поэтому поверхность казалась отлитой из чистого золота. Пахло цветами и листвой, над водой летали стрекозы и мошкара.
— Удивительное дело, — повторил менталист, наслаждаясь идиллической картинкой. — Такая благодать…
Нет, однозначно, нельзя столько работать. Впрочем, к Баталову я тоже прибыл не из праздности. Но, как он и понадеялся, с приятными заботами.
— Я обдумал ваше предложение и склонен к мнению, что в общем это хорошая идея. Мне видятся перспективы, — я поддался настроению чудесного вечера, и моя речь полилась, как мёд.
— То есть вы согласны стать князем? — усмехнулся Роман Степанович.
— При одном условии.
— Я не ослышался? — поперхнулся менталист и похлопал себя по груди. — Вы ставите условие для того, чтобы я запустил сложнейший процесс выдачи практически высшего имперского титула?
Хорошо, когда что-то остаётся неизменным. Я бы опечалился, согласись Баталов без возражений. Всё уже было обговорено, осталась самая лучшая часть — торги. Дружеские, что важно.
— Ну а кому это больше надо? — тоже весьма натурально изумился я.
