Всё же так приятно видеть пусть и разных, но жаждущих знаний и стремящихся к чему-то людей. Каждый из них, от хихикающей над глупой шуткой сверстника девчонки до самого этого хохмача, выпячивающего грудь и играющего мускулами, — каждый мог стать великим.
Так меня воодушевили эти ребята, что и самому захотелось сотворить что-нибудь. Эдакое и удалое. И когда это я начал считать себя слишком старым, то есть мудрым, для подобного?
Я лихо съехал по отполированным каменным перилам парадной лестницы, подмигнул какой-то степенной даме, с изумлением на меня смотрящей, и отправился… спать.
Потому что ничего хорошего с человеком, который не выспался, случиться не может. Аура не та, отталкивающая, как говорят эзотерики. Ну и лицо соответствующее, что, как по мне, и было главной причиной.
Удача не любит хмурых.
Странные люди, гоняются за могуществом, деньгами, властью. Всё на своём пути сметают, не глядя. Но разве ж это ценность?
Когда я лёг в свою кровать, утопая в волшебном матрасе, и погрузился в такой желанный сон, то все сокровища мира померкли. Да что вообще может быть лучше дома, где тебя ждут, удобной кровати и славной трапезы с близкими? А если этого нет, то на кой прочее?
С такими наимудрейшими мыслями я и отключился. И стал самым счастливым человеком во всех мирах. А это нельзя купить, и украсть нельзя.
— Ба-а-а-а-арин!
Я открыл один глаз. Прислушался к себе — хорошо. Источники ровно гудели, восполнившись силой. За окном алело закатное небо. Через открытые створки веяло ароматами зрелых яблок, каких-то садовых цветов и костра.
Прохор умудрялся одновременно ласково мне улыбаться и тревожно морщиться.
— Послы к вам-с пожаловали. Важные, шо не могу. Требуют.
— Чего требуют? — с наслаждением потянулся я, не торопясь выбираться из плена одеяла и подушек. — Сдаваться?
— Чегось? — удивился слуга. — Не, тогда бы Митрофан Аникеевич их уж давно прогнал бы взашей. Дары принесли. Требуют шоб вы лично приняли, значит-с.
Послов не было, точнее присутствовал только один. И, конечно же, ничего он не требовал, а сидел на диване в гостиной, играл с дедом в шахматы и наглаживал всех кутлу-кеди, чудом поместившихся у него на коленях. Самые тяжёлые части пушистых сползали, и визирь их бережно поправлял.
Ходжа Мехмет-паша попытался подняться, когда я вошёл, но не смог из-за котов. Извиняюще пожал плечами и поклонился сидя.
— Искандер-эфенди, ваша светлость. Прошу прощения, что без предупреждения, но я хотел лично вас поздравить.
— Очень рад вашему визиту, — искренне ответил я. — Как дела в посольстве?
— Прекрасно, благодарю. Собираюсь жениться, вот заодно приглашаю на свадьбу, надеюсь вы станете почётным гостем.
Которая это по счёту жена я воспитанно не стал уточнять. Согласился, поздравил и присоединился к беседе, потягивая кофе. Дары всё же были. Визирь, как всегда, был очень щедр как на восточные лакомства, так и на сундук с золотом. Назвал он это скромным подарком в знак дружбы и благодарности.
— Если вы мне окажете честь и позволите взять котёнка, буду вам безмерно признателен, — сказал он после долгого обмена любезностями.
— Котёнка? — не понял я, взглянув на волшебных существ.
Магическими становились лишь рождённые от матери кутлу-кеди. Отец уже был не так важен, хоть побитый жизнью уличный дворянин, хоть самый породистый самец. А у меня было трое котов. Понятно, что гуляли он соответствующе, но потомство могли иметь самое обычное. Красивое, пожалуй, но не владеющее магией.
— Котёнка, — повторил визирь, пригладив шёрстку Дымка. — Когда она разродится, отбоя от желающих у вас не будет, но я надеюсь на то, что наша дружба всё же даст мне некоторые преимущества. И я смогу первым попытаться завоевать любовь этого создания.
— Она? — хором спросили мы с патриархом.
Дымок заурчал, точнее заурчала. Или Дымка? Вот это поворот… Хотя объясняло и излишнюю упитанность, да и повадки лидерские. А ещё постоянные зазывные вопли всех окрестных котов, которые мы слушали последний месяц. Чёрт, это кошка?
Мехмет-паша, правильно поняв наши изумлённые лица, рассмеялся.
— Так вы не знали? Что же, ещё раз поздравляю. Скоро вы станете обладателями настоящего сокровища.
Как-то в голову не пришло заглядывать под хвост, что уж говорить. Я был уверен, что эти трое — коты.
Османский посол не стал злоупотреблять гостеприимством и вскоре удалился. А мы все собрались около Дымки и одинаково чесали затылки.
— Это надобно место устроить родильное, — Прохор проявил хоть какие-то познания в грядущем событии. — Коробку там с одеялкой. Ну и вообще. Кормить нужно лучше!
На это кошка благосклонно мяукнула, сладко потянулась, выпячивая огромные когти, и уснула. Мы замерли, но тут вмешалась призрачная княжна, появившись в гостиной:
— Да не трогайте вы её, сама знает, что и как. У женщин это интуитивное, а уж у животных подавно. Только напугаете её, если будете трястись.
Напугать это наглое существо вряд ли кто-то смог бы, но Давыдова нас всех всё же успокоила. Но коробку Прохор принёс. И ещё с десяток расставил по дому, чтобы выбор был.
