Бойцы Костюка ощетинились автоматами, но судя по испугу на лицах, тоже не понимали, откуда ведётся огонь.
— Уходите, — благородно разрешила им Даша. — И лучше — бегом. Может, в живых останетесь.
Наёмники переглянулись и, побросав оружие на снег, подняли руки.
— Вы охренели? — взвился Костюк. — Немедленно грузите пакет и девку в машину и…
Договорить он не смог, поскольку вторая пуля со странным неестественным звуком вонзилась в его коленную чашечку.
— Ну и как, больно? — позлорадствовала хозяйка усадьбы, хотя поводов для веселья вроде бы не было: то, что сейчас стреляют по её врагам, вовсе не означает, что через секунду не станут палить по ней. Стояла она прямо на линии огня и не могла не понимать, что не задели её только чудом. Или — благодаря редкому мастерству.
Костюк опустился на снег, вцепился в раненую конечность и принялся раскачиваться, задыхаясь от боли. Малинов неспешно к нему подошёл и нанёс удар прямо по колену.
— За моего сына, — коротко проинформировал он, после чего отступил и предложил Даше повторить его манёвр.
— Воздержусь, — буркнула девушка, которая почти физически ощущала, как кровожадный снайпер целится ей в голову. Ещё не известно, кто там, на другом конце винтовки.
— А я не против. — Ульяна подошла поближе, но подруга её остановила.
— Он этого не стоит.
Вскоре у ворот послышались шум подъезжающих машин, голоса, резкие команды. Полицейские заняли небольшой участок перед домом, первый этаж и почти всю территорию. Особенно хозяйку усадьбы беспокоило то, что они работают рядом со злополучными прудами, но поскольку поделать с этим она ничего не могла, предпочла о вероятном разоблачении просто не думать. Костюка с его бойцами куда-то увели, однако Малинова почему-то не трогали. То, что на звезду криминальных новостей, которую разыскивали после вчерашнего выступления с пистолетом, никто не обращает внимания, тоже показалось странным.
Вскоре появился Никита. Шёл он согнувшись, опираясь на какую-то палку и с трудом переставляя ноги. Заметив среди собравшихся Дашу, направился прямо к ней. Она попыталась ретироваться, но неожиданно была остановлена Малиновым.
— Вряд ли он сейчас сможет за тобой бегать. Хоть послушай, что скажет.
Девушка недовольно скривилась и отошла в сторонку, где было поменьше людей.
— Привет, — неуверенно произнёс Никита и замолчал.
Выглядел он совершенно ужасающе, но глаза светились знакомым огнём. На душе стало легко и радостно.
— Что, всё-таки не добили?
— Куда им, — отмахнулся мужчина. — Как ты оказалась в скорой?
— Мимо проходила.
Он кивнул, будто другого ответа и не ждал, а она вмиг севшим голосом спросила:
— Как ты мог меня подставить?
— Сама полезла. И потом, я как-то не думал, что ты устроишь цирк перед участком. Могла бы спокойно сообщить Костюку адрес и убраться подальше — но нет, нам же надо оказаться в гуще событий…
— Всё равно, — упёрлась Даша. — Почему ты сразу не предупредил, что готовишь ему ловушку?
— А что это изменило бы? Ты бы всё равно к нему полезла, только ещё и лажала бы на каждом шагу. А так — не знала и была искренне уверена в своей правоте, поэтому он и повёлся.
— Меня убить могли!
— А я пытался тебя вытащить, но когда мы прилетели, ты уже сбежала. Нельзя было подождать чуть-чуть?
— Так это был твой вертолёт? — задумчиво уточнила девушка. — И подстрелили тебя не у Малинова, а позже — там, где меня держали?
— Костюку удалось уйти, — болезненно поморщился Никита. Было видно, что стоять ему очень тяжело: он почти полностью повис на своей палке и кривился при каждом слове. — Я бы остановил, но…
— Защищал отца? — тихо спросила Даша.
Мужчина кивнул и невольно бросил взгляд в сторону Малинова.
— Откуда знаешь?
— Вы похожи. И потом, я не могу придумать другой причины, по которой ты на него работал бы. Вы по характеру разные совсем.
— А с чего ты взяла, что я на него работаю? — по-настоящему удивился Никита. — И в мыслях не было.
— Но… Ты разве не киллер? Это ты устроил взрыв в доме Костюка, твоё прозвище — Медведь, даже на пистолете написано.
Мужчина от души рассмеялся, вздрагивая от боли при малейшем движении, и попросил оружие. Даша достала пистолет из-за пояса и доверчиво протянула ему. Никита, улыбаясь, провёл по гравировке пальцем:
— Тут написано «МВД». Стёрлось только немного.
Девушка потрясённо уставилась на рукоятку, пару раз моргнула, перевела взгляд на Никиту и возмущённо завопила:
— Сукин сын! Ты ещё и мент!
— Это так плохо? — усмехнулся он.
— Ты мне лгал! Всё это время! Ни одного правдивого слова, никакой честности, порядочности, никакой совести! И как мне теперь тебе верить?! Как, я тебя спрашиваю?
— Может, начнём сначала? Меня зовут Никита, только что завершил важное задание и однозначно получу приличное повышение. Не хочешь вместе отметить?
Где-то на заднем плане Ульяна отчаянно делала знаки соглашаться, и девушка, обречённо возведя глаза к опрокинувшемуся густым снегопадом небу, загадочно улыбнулась.
— Я — Даша. Между прочим, преуспевающая фотомодель и владелица небольшого именьица. Только что разобралась со всеми делами и готова составить тебе компанию.