Наверное, к утру меня сморил сон. Когда розоватые солнечные лучи пробились в окна, откуда-то снизу донеслось слабое хныканье. Мне потребовалось время, чтобы разогнуть затекшие члены. Адела проснулась и обернулась на звук. Она была по-прежнему бледна, но даже при слабом предутреннем свете было видно, что в ее глазах снова зажглась жизнь. Адела попыталась сесть, и мне пришлось мягко уложить ее на место.
— Не вставай, я сам принесу.
Увидев ребенка, Адела улыбнулась и коснулась пальцем его мягкой щечки. Опершись на меня, она привстала на помосте. Вместе мы помогли малышу найти грудь. Поначалу он не понимал, чего от него хотят, но, когда в розовый ротик вложили сосок, младенец сжал губы и начал сосать. Адела расслабилась, привалившись ко мне спиной, и на несколько мгновений во мне снова пробудилась несказанная радость от созерцания сосущего грудь младенца.
Спустя некоторое время мне пришлось переменить положение, дабы умерить боль в спине, и тут под ногами что-то звякнуло. Маленький серебряный амулет со странными буквами, некогда принадлежавший Плезанс. В голову пришла странная мысль: кто спас Аделу и ее малыша? Христианская Дева на стене часовни или старинный иудейский амулет? Кому в последней молитве доверила свою жизнь роженица? Возможно, Мария сжимала в руке такой же амулет, когда давала жизнь своему сыну. Как бы то ни было, мы смогли превозмочь силу рун. Все приметы и повитухи лгали. Нас снова было девять, никто не умер. Мы пережили день избиения младенцев.
В дверь часовни чуть слышно постучали. Родриго вскочил на ноги, на его лице проступило облегчение.
— Наконец-то!
Той ночью Жофре не вернулся. Никого, за исключением Родриго, его отсутствие не встревожило. Мы понимали, что, если у Жофре есть хоть капля мозгов, он не появится, пока ушиб Зофиила не перестанет болеть. Сам фокусник вернулся мрачнее тучи, когда вечерние колокола давно отзвонили.
— Жофре не встретил? — Мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы вопрос прозвучал невинно.
— Презренный червяк закопался в землю, но рано или поздно он выползет на поверхность и тогда пожалеет, что родился на свет.
Из-за волнений минувшей ночи мы вспомнили о Жофре только за завтраком. Как только колокола прозвонили к заутрене, Родриго отправился на поиски непутевого ученика. Нетрудно было догадаться, что тревожит Родриго. Юнец мог воспринять предостережение как вызов и после оскорбления, нанесенного Зофиилом, от обиды кинуться в объятия своего дружка Ральфа.
Родриго обошел все злачные места, но Жофре нигде не обнаружил, даже служанка из «Красного дракона» его не видела. Смирившись с тем, что ученика ему не найти, Родриго вернулся, надеясь, что Жофре уже в часовне.
Стук раздался вновь, но не успел Родриго открыть дверь, как Зофиил преградил ему дорогу.
— Не забывай, Родриго, мы еще не разобрались с кражей. Я дам тебе время выбить правду из твоего ученичка, но мое терпение не беспредельно. Если ты не справишься, я сам им займусь. К тому же он оскорбил меня, — добавил Зофиил холодно, — и надеюсь, понесет за это наказание. Иначе мне придется требовать удовлетворения от тебя.
Стук стал настойчивее, и Родриго, оттолкнув Зофиила, распахнул дверь. На пороге стояла наша старая знакомая — служанка из «Красного дракона». Грудь девушки вздымалась от бега, лицо, несмотря на холод, блестело от пота.
Служанка вцепилась в рукав Родриго.
— Скорее, господин, идемте со мной, — выпалила она. — Ваш ученик... — она запнулась и ткнула пальцем в направлении города, — его нашли... у реки.
— Он ранен? Что с ним?
Служанка отвела глаза. Родриго схватил ее за руку.
— Говори!
— Простите, господин, но он... мертв.
Родриго непонимающе уставился на служанку.
— Да он просто напился! Знал, что я рассержусь, вот и решил не появляться, пока не протрезвеет. Скоро он вернется!
Лицо служанки исказилось жалостью.
— Он не вернется, господин. Нашли тело.
Родриго снова сжал ее руку.
— Да нет же, ты ошибаешься! Жофре спьяну заснул, проспится и придет домой. Как он мог умереть? Я только вчера с ним разговаривал! Он ушел на охоту, обещал вернуться до темноты. А я сказал ему...
Родриго осел на пол и закрыл руками лицо. Осмонд втащил плачущую служанку внутрь и закрыл дверь.
— Рассказывай по порядку.
— Да я точно не знаю, господин. Мои племянники, совсем еще малолетки, играли у реки за городскими воротами. Они и нашли в кустах тело, все в крови. Мальчишки сказали, что у него... — Девушка закрыла глаза и замотала головой. Она беспомощно открывала и закрывала рот, словно хотела, но не могла вытолкнуть из себя страшные слова.
Судорожно сглотнув, служанка продолжила.
— Там уже собралась толпа, а пристав послал за судьей...
— Ты видела тело?
Служанка покачала головой.
— Отчего ты решила, что это Жофре?
Девушка бросила взгляд на Родриго, который отнял руки от лица. В глазах его забрезжила безумная надежда.
— Его опознали. Один малый заявил, что это тот самый красавчик, который таскался с Ральфом. Ральфа все знают, господин.
— Но они не знают Жофре! — воскликнул Родриго. — Это не он!
— Где тело? — спросил Осмонд.
