— Так же я передам вам и копии писем Модеста к его соучастникам, — продолжала она уже мягче. — Но сразу вынуждена обозначить вопрос цены. Мне нужен список всех живущих сейчас его потомков. Пофамильно. Необязательно оригинал. Но данные должны быть не фальшивкой.
— Дайте сюда бумаги, — потребовал он жадно.
— Вначале я жду подтверждения, что вы согласны на мои условия, — твердо возразила она. — Или список сразу.
— Вы ничего не получите, пока я не увижу бумаги, — это был крайне упрямый дед. Он же прекрасно понимал, насколько ей нужны эти данные.
— Отлично, — пакостно улыбнулась Елена и продолжала обманчиво ласково. — Знаете, а ведь Модест гениально владел гипнозом. Настоящий талант. И такой редкий для того времени…. Но сейчас это вполне распространенное явление. Я могла бы ввести вас в транс и получить от вас нужную мне информацию. Вот только не уверена, что это не повредит вашему здоровью. … Или могу, опять же, вызвать охрану. Но я не буду все это делать. Я поступлю проще. Я отдам вам бумаги. И дам час на то, чтобы вы могли их изучить… Но еще раз напоминаю, это только копии. А все оригиналы останутся мне. Хочу так же сообщить, что больше десяти лет проработала в прессе. И если вы не выполните мое условие, дневник и письма попадут в центральные федеральные газеты. Репутации Модеста придет конец. Как и вам. Потому что я могу пригласить сюда телевизионщиков. На фоне недавних убийств…. Да еще упоминание о возможной причастности вашего внука… Хотя тогда у вас будет реальный шанс прославиться на всю страну.
Дед смотрел на нее с неприкрытой злобой. Если бы он ее не боялся, то взорвался бы и скорее всего кинулся бы в рукопашную. И без всякой трости. Однако Елене было на это откровенно наплевать. Она встала, положила пакет на кресло и пошла к выходу.
— У вас ровно час, — напомнила она старику и осторожно прикрыла за собой дверь, преодолев естественное желание на прощание хлопнуть ею от души.
В коридоре она прислонилась к стене, зажмурилась и заставила себя успокоиться. Вообще, у Елены было впечатление, что ее облили помоями, а потому появилось жгучее желание залезть в душ. Но сначала покурить. Чуть придя в себя, она поспешила в курилку, которая располагалась в конце коридора.
— О! — радостно встретил ее Влад, спокойно дымящий сигаретой. — Я так и думал, что ты сразу же рванешь сюда.
— О да! — с чувством согласилась она, плюхнувшись в кресло напротив экзорциста.
— Так все плохо? — сочувственно поинтересовался он.
— Не то слово, — она тут же кинулась изливать душу. — Такой старой сволочи я давно не видела. В принципе, меня учили уважать старость, но тут… Мерзкий тип, помешанный на своей собственной персоне, мнящий о себе невесть что.
— Наверное, это у них в роду, — философски заметил Влад.
— Надеюсь, что нет, — искренне отозвалась Елена. — Знаешь, мне даже жаль этого Саню, его внучка. При таком деде я бы тоже пустилась во все тяжкие. Чисто ради протеста.
— Лен, — серьезно стал уговаривать ее экзорцист. — Успокойся. Ведь ты, наверняка, не в первый раз встречаешь этот тип людей. Он бывший офицер. Скорее всего, штабной.
— Уж скорее, особист, — буркнула она. — Или этот… партийный. Политрук.
— Очень может быть, — покладисто согласился он. — Ему лет семьдесят шесть, как я слышал. То есть он в войну не служил, но льготы наверняка имеет. Знаешь, он из тех…
— Кто считает, что ему все должны, — закончила она за него. — Да еще и мыслишка, что он дворянских кровей. Советская мания величия. … Понимаю, но мне от этого не легче. И знаешь, почему? Потому что люди вроде него заставляют тебя опускаться до их уровня.
— В смысле? — Влад нахмурился.
— Мне пришлось прибегнуть к угрозам физической расправы, чтобы хоть чего-то от него добиться.
— И как? Список у тебя? — тут же заинтересовался он.
— Нет, — расстроено возразила Елена. — Пока нет. Я дала ему час на размышление. У него копии писем и дневника. Уверена, что после чтения, он зациклится на мысли, что ему необходимо иметь оригиналы, чтобы скрыть позорную семейную тайну. Тогда я могу произвести честный обмен. Список на оригиналы… после окончания расследования. Пока же он уверен, что я в его информации нуждаюсь больше. А потому ничего мне не скажет.
— Да уж, — экзорцист проникся праведным негодованием. — Точно сволочь.
— Но кое-что я все же с него поимела, — сказала она. — Он поселил внучка в самый дешевый номер. Отдельно от себя. И все равно за ним следил. В буквальном смысле. Так вот. Дедок считает, что Саня с незнакомыми ему приятелями играет ночами в покер. И даже назвал место.
— Ого! — обрадовался Влад. — Ну и?
— Номер триста восемь, — победно улыбнувшись, сообщила она.
— Пойдем? — он вскочил с кресла.
