Лицо его озверело. Казалось, он сейчас сам ее убьет. В его взгляде смешались самые противоречивые чувства - смертельный страх за ее жизнь и бесконечная нежность боролись с яростью и возмущением.
Но с трудом взяв себя в руки, добавил:
- Как ты себя чувствуешь?
- Представь себе, - медленно проговорила она, - единственное, о чем я жалела, когда на секунду подумала, что умру, так это о том...
Александр не выдержал и перебил ее:
- Идиотка, ты и меня чуть в могилу не свела своим бесшабашным поступком!
- Так ты меня любишь? - наивно спросила Виктория.
- Лучше бы не любил, - уклончиво ответил он. - Слишком много нервов на тебя уходит.
- Но ведь ничего не поделаешь, правда?
- Правда.
Александр успокоился. Стресс понемногу отступал.
Виктория поднялась с больничной кушетки. Сделав шаг, она пошатнулась, но Александр ее удержал.
Она обняла его. Он крепко держал ее в объятиях, ласково гладя по голове и покрывая лицо поцелуями.
- Отвези меня домой, - попросила Виктория. - Я хочу спать.
На следующий день Виктория проснулась только к вечеру. Александра дома не было. Умывшись и причесавшись, она вновь легла. Делать ничего не хотелось, она до сих пор чувствовала небольшую слабость. Зарывшись на огромной кровати в одеяло, она и не заметила, как в спальню вошел муж. Лицо его было каменным и суровым. Виктория сразу поняла - что-то снова произошло. Она приподнялась на постели, одарив его непонимающим взглядом.
- В твоей крови кроме алкоголя, обнаружили наркотики, - строго проговорил он. - Что на это скажешь? Ты еще и наркоманка?
Виктория совсем забыла, чем они вчера баловались с Кристиной. Ей не хотелось признаваться. Они понюхали немного и если бы не авария и анализ крови, никто бы ничего не узнал.
Виктория молчала.
- Я, кажется, тебя спрашиваю! - с иронией и еле сдерживаемым гневом властно настаивал он. - Почему молчишь?
Виктория спокойно пожала плечами.
- Это должно быть ошибка. Я ничего не принимала.
- Не ври мне! - крикнул он, беря с ближайшего столика фарфоровую, невероятной красоты, фигурку ангела. - Скажи мне хоть раз правду или я запущу тебе это в голову!
Виктория выпрямилась и даже не подумала встать с кровати.
- Ну же, давай! Запускай! У тебя только на это и хватает видно ума.
Избавляясь от накопившегося гнева, он разбил фигурку о мраморную колонну кровати. Естественно Викторию даже осколки не задели. Кровать была огромной, и колонна находилась на порядочном расстоянии от нее.
- Ну что, легче стало? - насмешливо спросила Виктория. Теперь она вздумала над ним насмехаться. - Между прочим, эта статуэтка стоила огромных денег. Антиквариат из Голландии.
Александр промолчал, что было вовсе на него не похоже. Виктория удивилась его задумчивому, отстраненному виду.
- Собирайся! - вдруг властно сказал он.
- Куда? - не поняла Виктория. Она уже было подумала, что он решил ее выгнать из дома и развестись.
- На Мальдивы. Будем спасать наш распадающийся на мелкие кусочки брак.
Он раздраженно оглядел осколки, на которые разбилась фигурка ангела.
- Завтра вылетаем. И что бы я не видел больше возле тебя этих паршивых наркоманов.
С этими словами он вышел из спальни, громко хлопнув дверью.
Виктория еще минуту находилась в оцепенении и нерешительности. Затем направилась в свою шикарную гардеробную. Что ж, Мальдивы - так Мальдивы. Она не против. В конце концов, может, так действительно будет лучше. Провести время только вдвоем, вдали от всех. Солнце, море, пляж - и это в то время, когда в Питере уже осень.
Теперь перед ней стояла только одна проблема. Ведь нужно до завтра сделать так много - подобрать, а перед тем перебрать целый свой необъятный гардероб!
2
Мальдивы и впрямь имели лечебное свойство. Как только они оказались вдвоем на теплом, прекрасном частном острове, на котором кроме них, не было ни души, и который Александр полностью арендовал для них, вместе с огромной виллой, бассейном и собственным пляжем - ссоры прекратились. То ли так действовало уединение от всего прежнего общества, то ли неповторимая романтическая атмосфера жаркого курорта, но они смогли найти общий язык. И язык этот был языком любви. Прогулки набережной во время заката, совместные купания, полное уединение и отсутствие лишних людей - все способствовало примирению.
Они лежали вдвоем на шезлонге, напоминающем кровать с балдахином, посреди пляжа, наблюдая как закат окрашивает золотисто-розовым светом все небо. Вечерний прохладный ветерок покачивал ветки пальм и приятно обдувал тело. Лазурная океанская волна то накатывала на берег, то мягко, не спеша, отступала. Пахло океаном, свежестью и мокрым песком.
