– Но… как? – Я всхлипнула, сжимая в кулаке безжизненный камень. – Как же теперь… Не знаю, поверите ли вы мне… без послания, без доказательств…
Меня затрясло от нервного потрясения и холода. До этого момента я не замечала ни ветра, ни мокрых ног и отяжелевшего платья, но стоило дать слабину, как лихорадка набросилась на меня с новой силой. Колени подогнулись, голова закружилась.
Упасть мне не дали. Сильные ладони обхватили за талию и рывком выдернули из воды. А в следующее мгновение я, не успев даже слова сказать, вдруг оказалась на руках лорда Хенсли.
– Пустите, – попросила я без особого рвения. Сказать по правде, покидать уютные объятия мужчины не очень хотелось. – Я могу. Сама.
– Не сомневаюсь. – Он фыркнул, но не разжал рук, пока не донес меня до сухой части пляжа. Посадил на гладкий ствол поваленного дерева, еще не растерявший дневного тепла. – Надеюсь на ваше благоразумие. Море холодное, а вы только что перенесли лихорадку.
– Но Мэрион…
Граф посмотрел без улыбки:
– Мертвым уже некуда спешить. Как ваш жених я несу ответственность за ваше здоровье и благополучие. Если после нашей прогулки болезнь вернется, в этом не будет ничего хорошего. Посидите спокойно, Эверли, хотя бы пять минут, а я поищу, из чего сделать костер.
Щепок и мелких веток на пляже было с избытком. Лорд Хенсли принес целую охапку, пока я, поджав озябшие ноги, невесело размышляла о потухшем камне силы и тайнах Мэр. Щелкнуло кресало – раз, другой. Граф тихо выругался себе под нос, не прекращая попыток разжечь огонь.
Кожу на пальцах закололо от магии, просящейся на волю. Мне хватило бы одного щелчка, чтобы пламя вспыхнуло на ладони без единой искры. Но…
Волна за спиной графа с недовольным рокотом обрушилась на прибрежные камни, словно напоминая о Мэрион и расплате, неизменно ожидающей тех, кто выбирает неправильного человека. Я должна прятать родовую магию Митчеллов. Никто не должен знать. Особенно сейчас.
Очередная искра, высеченная лордом Хенсли, с тихим шипением потухла на влажных щепках. И я решилась. Подождала, когда граф снова щелкнет кресалом, и осторожно подхватила крохотную искру, не давая ей исчезнуть. Пламя радостно вгрызлось в удачно подвернувшуюся сухую веточку. А потом, повинуясь едва ощутимой капле моей силы, с не меньшей жадностью взялось за просоленные обломки лодки.
Огонь взметнулся вверх, разбрасывая снопы искр. Я с наслаждением вытянула руки, позволив желтым языкам боднуть ладонь, подобно доверчивому коту. Камень силы в ложбинке ключиц сверкнул красным…
Опомнившись, я поспешно спрятала за спину руки, будто вор, застигнутый на горячем. Заглушила магию и бросила быстрый взгляд на лорда Хенсли. Граф, отделенный от меня разгоравшимся пламенем, склонился к костру, подбрасывая в огонь новые щепки, и, кажется, был полностью поглощен этим занятием.
Не заметил?
Или…
– Снимайте обувь.
Я вздрогнула, застигнутая врасплох странной просьбой.
– Что?
– Ваши туфли. – Он шагнул ближе. – Они совершенно промокли.
И прежде чем я успела возразить, граф вдруг опустился на колени. Горячие ладони скользнули по лодыжкам, приподнимая мокрый подол юбки. Обхватили, сжали.
Щеки вспыхнули.
Воспользовавшись замешательством, граф ловко стянул с моих ног мокрые туфли и пристроил их сушиться у костра. А потом вновь склонился ко мне, массируя озябшие ступни. От рук лорда Хенсли по телу разбегались жаркие волны, согревая сильнее огня.
Я замерла, не в силах выдавить ни слова. Это было невероятно, немыслимо – наследный граф на коленях перед простой компаньонкой. И то, что он делал… то, как скользили по ноге горячие сильные пальцы, – поглаживая, растирая, сжимая… рождало в душе томление и совершенно неуместное желание большего…
Жарких ладоней, накрывших острые коленки и двинувшихся дальше и выше, до самого края кружевных подвязок, смятых юбок, крепкого тела – близко-близко – и легкого дыхания на моих губах за мгновение до того, как граф… Коул подастся вперед, накрывая их поцелуем…
«Да…»
Предательское слово едва не вырвалось на волю. Я прикусила губу, надеясь, что боль отрезвит разум, но увидела перед собой темную голову и широкие плечи графа – так близко, что достаточно было лишь протянуть руку, чтобы зарыться пальцами в длинные пряди, небрежно перехваченные на затылке черной лентой, и только покраснела еще гуще.
– Не нужно. – Я отвернулась и подтянула к себе ногу, хотя все внутри молило о продолжении. – Мне уже лучше, милорд. И я хочу… хочу, чтобы вы попробовали прочитать меня. Послание Мэрион. Мне нужно показать его вам. По-настоящему.
Лорд Хенсли вздохнул – как мне показалось, несколько разочарованно.
– Это невозможно. В таком состоянии, как ваше, нельзя проводить подобные процедуры. Достаточно будет, если вы просто расскажете мне.
– Вы не поверите.
– Поверю, – уверенно возразил он.
– Это вы сейчас так говорите. – Я покачала головой. – А как только услышите, решите, что я сошла с ума от потрясения и горя. Это… настолько невероятно, что я сама до конца не верю в то, что сказала Мэрион.
