А Тирна, грубовато плюхнув бейру на постель, выдохнула:
— Кажется, я понимаю. За пару часов, что мы не виделись у нее вдвое увеличился вес, а сама она осталась в прежнем размере.
«Механизм защиты вида — если бейры будут расти как обычные существа, им не выжить».
— Волки же выживают, — возразила Грета.
«Они обычные звери. А это зверь магический, ценный и полезный. Их только так разбирают на ингредиенты. Не дорфы же. Хотя и дорфьим частям люди ухитрились применение найти. А вот бейры, пока растут внутри себя, для зелий и артефактов не пригодные. Вот и получается, что взрослеют они в два рывка и потом уже могут за себя постоять. М-м-м, а что это тут у вас?»
Финли остановилась прямо напротив приоткрытой сумки.
— Шоколад, в подарок моей маме, — ответила Тирна. — И если ты его съешь, то я очень обижусь.
«Насколько очень?»
— Намного, — вместо Тирна ответила Грета. — Когда мы считали тебя волшебной лисой с тебя спрос был меньше. А так как нынче известно, что ты личность развитая — даже не вздумай.
«А ведь я могла бы и помочь», Финли зевнула и улеглась на пол, не сводя взгляда с приоткрытого мешка.
— А ты могла бы и пояснить, откуда такое пристрастие к сахару, — прищурилась Тирна.
«Во-первых, я всегда любила сладкое. А у нас в лесу ничего такого не было. Во-вторых, сейчас мне необходима энергия. Я могла бы вытягивать ее из Греты, но долго бы она не прожила. А вместе с ней и я, у нас довольно сложная взаимосвязь. А сахар очень легко становится чистой энергией, которая превращается в энергию магическую. Правда, с большими потерями», объясняя все это лиса смотрела в стену. Из чего Грета сделала простой вывод — им сказали правду, но не всю.
— Тогда мы просто купим тебе пару мешков сахара, — предложила эйта Краст.
Грета в разговор не вмешивалась и только посмеивалась. Она не раз спорила с лисой по этому поводу и ни единого раза не одержала победы.
«И тут вы возвращаемся к тому, что я просто люблю сладкое. И, так сказать, успешно совмещаю».
Они бы еще долго переливал с пустого в порожнее, но тут Грета решила уточнить у Финли:
— А что за помощь ты предлагала? Ты что-то узнала о маге крови?
«О кровном маге поговорим все вместе. А чудо необходимо Тирне. Она ведь боится матери на глаза попадать».
Грета посмотрела на подругу, а та умудрилась сначала резко покраснеть, а потом резко побелеть:
— По больному бьешь. Ну да, мамка меня грязными тряпками по центральной улице погонит, когда увидит.
«А я могла бы тебе волосы отрастить, длинные да густые», Финли выразительно облизнулась.
Но прежде чем Тирна успела согласиться или отказаться, заговорила Грета:
— А может не стоит? Ты ведь не абы кто, ты Тирна Краст, колдунья прошедшая первую ступень отбора. Колдунья, которая живет при дворе и видела Их Величеств на расстоянии вытянутой руки. Да что там, ты с королем в одной гостиной сидела.
— Сидела, — согласилась Тирна, — а еще молчала и тряслась, ибо увидеть дерра Дарвийского так близко никогда не входило в мои планы.
— При этом ты собиралась выиграть?
— Забыла? Я собиралась выучиться, получить документы и убраться подобру-поздорову. Вот только учеба оказалась какая-то странная и ничего толкового я оттуда не вынесла.
— Дело твое, нарастить тебе волосы могу и я. Но стоит ли? Ты вернешься в Царлот и пойдешь в парикмахерскую, потом ты опять навестишь семью и что? Опять наращивать волосы? А потом опять обрезать? И ведь ты все равно не будешь своей, столица тебя уже изменила, — Грета пожала плечами, — не мое дело советовать, но…
— Наверное ты права. Только, что делать-то? А если мама и правда на меня руку поднимет? Не драться же мне с ней?
— Щит поставь, да послабее, чтобы дорогая родительница руку не расшибла. А потом спокойно выскажись, мол, так и так, я та кто я есть и либо вы меня любите и цените, либо вот вам подарки и прощайте. Главное, вежливо, но уверенно.
— Знаешь, если бы я доподлинно не знала, что ты совсем зеленая, — Тирна покачала головой и не стала договаривать. — Попробую.
— Попробуй.
«Сюда идет Алистер, вместе с комком дорфьей шерсти», проинформировала всех Финли.
— Что вы никак не можете поделить с Дикки? — поразилась Грета и получила в ответ полную негодования тираду:
«Да мы их племя в лесу пригрели, а он меня ни во что не ставит! Я — дриада, а эта меховушка зубастая мнит себя защитником. Да я сама кого хочешь и от кого хочешь защищу. Тоже мне, спаситель слабых и убогих».
— Ага, бедолага хочет, как лучше и огребает, — хмыкнула Тирна, — ничего, стандартная мужская доля.
— Дорфы жили в Изначальном Лесу? — удивилась мора Ферхара.
Некромант не стал стучать, а просто толкнул дверь и вошел. И ответил на вопрос супруги так, будто он был адресован именно ему:
— Они и сейчас там живут. На самом деле, вся магия на нем держится. Самые сильные колдовские растения растут там, там же живут и магические звери.
«И там же гадят люди, пытаясь проводить свои грязные, кровавые ритуалы. А ведь если Изначальный Лес выродится, то постепенно магия вновь станет дикой и вы вернетесь к клановому строю», буркнула Финли. «Еще и драконы ушли».
Алистер пожал плечами и напомнил:
