Тэйрина переместили порталом в Шеридар. За наследника Империи демонов действительно не стоило переживать, раны были не столь серьёзны, а действие попавшего в них яда нейтрализовали целители, так что требовалось лишь время. Регенерация полностью залечит тело, а силы со временем восстановятся.
Доэран не отходил от меня ни на шаг, с гордостью демонстрируя всем брачные метки, оставленные самим Тартасом Повелителем Смерти. Лорд Ардан завистливо вздыхал… ну, это мне так показалось, что завистливо, и настаивал на возвращение Каэрты в Поднебесную. В силу оживления неких светловолосых личностей, я была лишена возможности к открытию порталов и поэтому сидела в ожидании восстановления сил у своего супруга, единственного, способного открыть портал в земли Эйшар. Кристиан мог бы ещё, но он увлечённо носился в горах за остатками трусливо разбежавшегося воинства Дархэйлера, и ему явно было не до этого, а остальным пробить защиту, установленную великолепным Хранителем, было не по силам. Лорд Ардан Дарвурд попробовал – не получилось.
Больше всех был занят лорд Родерик Эйшар, который, довольно быстро освоившись в своём новом состоянии, не только не потерял ни одной черты своего характера, но и казалось, вывел их на новый уровень. Буквально за день его пребывания в Пламенном, все аристократы стали оглядываться по сторонам и исчезать при малейших звуках его голоса, справедливо решив, что от такого наглядного божественного чуда лучше держаться подальше, нервы целее будут.
Я навещала то эльфа, которого окружили целителями всех мастей и умений, как-никак целый наследник дружественного государства, то Виртэна, для которого лекарей притащил Родерик и Тшерийский, то ли не доверяя драконам, то ли из собственных соображений… в любом случае состояние кареглазого главы рода Рэдвел стабилизировалось и шло на поправку, в смысле, его можно было переместить в Искристый. Оставлять в Поднебесной я его не собиралась. Эльфа бы тоже забрала, но Родерик, в присущей ему манере, сказал бесполезным грузом себя не обременять и оставить его драконам. А его я привыкла слушать, и милостиво переложила все заботы о дальнейшем благополучии лорда Фэриаля на плечи наследника Поднебесной.
Поймать лорда Эйшар, обрётшего плоть и кровь, для серьёзного разговора о будущем у меня не получалось, словно он так и остался вездесущим призраком, обладающим способностью просачиваться сквозь стены и исчезать в самый неподходящий момент. Такая же неудача ждала меня в схожем вопросе и с Доэраном, в чьих объятиях я засыпала эти ночи… ничего такого, ещё не угасла боль потерь и страх, но чувство защищённости, тепла и заботы было бесценно.
Как только у Тшерийского достаточно восстановились силы, переход в Искристый был открыт. И мы тут же попали в круговорот дружеских объятий и шумной радости.
– Доэран, – упала на грудь своего сына леди Мэлира, рыдая от облегчения и счастья… ну, или от избавления нахождения в глухой провинции в обществе негостеприимных личностей, в то время как все эти личности приветствовали мою персону.
Мисса, выразив свою радость вздохами и причитаниями, перевела свой взгляд на сияющего улыбкой Родерика:
– Вот вам всегда в радость, коли опасность какая над нашей девочкой висит! Вот чего вы сейчас улыбаетесь, уважаемый Хранитель? Вам бы мудрость свою проявить да подумать, как от союза с этим неблагодарным семейством нашу хозяйку спасти, а вам абы улыбаться! – замахнулась Мисса в порыве чувств на Родерика, а тот мало того, что увернулся, так ещё и не исчез в привычной серебристой дымке, чем заставил почтенную госпожу Хошер открыть рот от удивления. – Да быть того не может! Герин! Яся! Вы тоже видите это?
– Благодаря Аэрите я вновь дышу и уже учуял аромат твоих великолепных пирожков, Мисса! Ты знаешь, сколько лет я мечтал о твоих пирогах? – проявил стратегическое мышление Родерик, в надежде перевести внимание хозяйки сердца Искристого.
– О пирогах моих думаете? – охнула Мисса. – Маленькая леди, вы зачем на себя ещё одну неприятность повесили? Вам всего остального мало было? – красноречивым взглядом указала на живописную композицию Тшерийских госпожа Хошер.
Всё же требовалось внести некоторую ясность.
– Герцог Нортхэрд – мой супруг, и наш союз благословлён Богами, – вскинула я свою расписную руку вверх, чтоб уж наверняка у всех сомнения отпали. – Прошу вас относиться к нему с той же любовью и уважением, что и ко мне. Потому что это не вынужденный шаг, а стремление двух любящих сердец, одобренное и скреплённое, Всемудрыми и Всемогущими…
Первой радостно вскрикнула Каэрта, и её поздравления подхватили все остальные. Остался лишь один вопрос: я теперь всё так же леди Эйшар? Или леди Тшерийская? Или леди Эйшар-Тшерийская?
Дни сменялись днями, и жизнь Искристого входила в привычное русло.
– Знаешь, Аэрита, – заявил мне спустя несколько дней Родерик, – я, пожалуй, наведаюсь в Аскарион, места наши опять-таки в Совете пылятся, да и порядок там не помешает навести, а то совсем распоясались без твёрдой руки…
– Уж не надумал ли ты себе на голову корону водрузить? – в ужасе спросила у него.
