Много места в деятельности Верховного совета в 1917 году занимали вопросы войны и мира, причем большинство масонов явно склонялись на позиции необходимости форсирования заключения мира (А.Я.Гальперн и другие). «Я считал тогда, — вспоминал он, — что воевать мы не можем (об этом говорили все доклады с фронтов), а поэтому необходимо убедить союзников, что мы можем лопнуть, если они не согласятся на общие переговоры»24. Они не соглашались. «Сам А.Ф. Керенский, — пишет В.И. Старцев, — еще в апреле 1917 года на встрече с французской правительственной делегацией общался с ее членами-масонами «братским образом» и дал твердое обещание, что Россия не заключит сепаратного мира с Германией и не бросит свою союзницу Францию. Этому обязательству Керенский остался верен до 24 октября 1917 года, несмотря на то что доводы благоразумия толкали его к необходимости выхода России из войны»25. Здесь В.И. Старцев исходит из данных Н.Н. Берберовой, которая прямо писала, что видные руководители Великого Востока Франции Альбер Тома (министр вооружений) и социалист Марсель Кашен приезжали в апреле 1917 года в революционный Петроград, где были сразу же приняты А.Ф. Керенским. Здесь, ссылаясь на его масонскую клятву 1912 года, они якобы потребовали от него не бросать Францию в беде и не заключать сепаратного мира с немцами. Альбер Тома (сама Н.Н. Берберова ссылается на устное свидетельство полковника Н.Н.Пораде-лова) якобы на коленях стоял перед А.Ф. Керенским, а Марсель Кашен рыдал, закрыв лицо носовым платком2 .
Поездка А.Тома и М.Кашена действительно имела место в Указанное Н.Н. Берберовой время. Подтверждается и факт личной встречи 12 (25) апреля 1917 года этих политиков, по крайней мере А. Тома27, с А.Ф. Керенским. Но сама сцена со стоящим на коленях Альбером Тома и рыдающим Марселем Кашеном,
по оценке О.Ф. Соловьева, скорее всего плод журналистской фантазии Н.Н. Берберовой28, хотя тайные контакты Временного правительства с немцами в Стокгольме через журналиста Ко-лышко вроде бы и имели место. Во всяком случае, некоторые основания для подозрений у французского правительства относительно позиции России в вопросе сепаратного мира с немцами, видимо, все-таки были. Что касается будущего лидера французских коммунистов Марселя Кашена, то он хотя и ушел из масонского ордена еще в 1901 году, но сохранял тем не менее тесные связи с ним29. Принадлежность же к масонству другого участника описанной Н.Н. Берберовой сцены — социалиста Альбера Тома и вовсе не вызывает никаких сомнений. Еще до октября 1917 года как министр вооружений Франции он направил в Россию еще одного масона — капитана Ж. Садуля, игравшего здесь роль политического наблюдателя. «Несомненно, — констатирует О.Ф. Соловьеву — министр Тома делился сведениями и с руководителями центров ордена, имевшими информацию как бы из первых рук»30. Так что спорить тут вроде бы и нечего.
