Масоны у власти полностью

«Ни как религиозный мыслитель, ни как просто верующий Мейер не был ортодоксален, не любил «людей в мундирах», как говорил Достоевский. Мейер воспитывался в лютеранской атмосфере, но считал себя православным (похоронен философ на лютеранском Волковом кладбище). В своем учении о слове, об имени он близок М. Бахтину, с одной стороны, а с другой — имяславческой традиции. На Соловках, кстати, были заключенные из женского имя-славческого монастыря, обитательницы которого все погибли поодиночке: их отказ назвать свое имя был расценен как контрреволюционная конспирация.

Самое главное в Мейере — это гениальность самой его личности. Он был способен, встав утром с постели, тут же начать разговор с соседом на общие философские темы. Когда в арестантской роте он читал лекцию, большинство публики не понимало, о чем он говорит, но покорены его обаянием были все.

Он больше состоял из мыслей, чем из тела, не распределяясь поровну меж телом и мыслью.

Распространяя себя на других, он не терял себя, был энергетически собран, как шаровая молния. Он воздействовал на людей всем целостно организованным внешним обликом, внутренне сопряженным с миром его идей. Помню, когда однажды на Соловках ему остригли волосы, он очень стеснялся этим нарушением гармонии внешнего и внутреннего.

Мейер не строил свою жизнь как художественное произведение, но артистизм мыслителя, обаяние учителя были свойственны ему в высшей степени»⁶.

По инициативе К.А. Половцевой уже в том же 1925 году принимается решение о развертывании целой сети кружков ере-

ди школьной молодежи для занятий с ними по закону Божьему, среди которых можно отметить кружок учительницы Е.М. Вахрушевой в школе первой ступени (б. Стоюниной), в котором занимались дети 12—13 лет.

После долгих споров к 1925 году среди членов кружка возобладала точка зрения А.А. Мейера, бывшего лютеранина, перешедшего в православие, о необходимости создания общего фронта представителей всех религиозных конфессий в борьбе против атеизма. На этом основании был даже разрешен доступ в «Воскресение», наряду с православными, людям других вероисповеданий, если только они подходят под остальные требования «Воскресения». В своем докладе на эту тему А.А. Мейер подробно изложил, как будет протекать эта совместная борьба, если такое объединение состоится. В виде иллюстрации к его докладу К.А. Половцева продемонстрировала перед слушателями графическую схему, согласно которой в дополнение к существующим должны были быть созданы еще пять кружков: из католиков, лютеран, евреев и проч. Однако решение это вызвало резкие разногласия среди членов сообщества, некоторые из них заявили о своем отказе от общей молитвы с иноверцами. Убеждения

А.А. Мейера, что принятая в «Воскресение» еврейка не может помешать общей молитве, так как она солидарна с православием и дала обещание креститься, не помогли, и большая группа членов кружка (до 10 человек: П.Д. Васильев, Е.М. Вахрушева, Н.В. Пигулевская, В.В. Бахтин, В.П. Герман, А.Л. Лишкина, Е.С. Бахтина, Н.В. Спицын и другие) составила оппозицию руководителям кружка. Не считая себя вправе участвовать в общей молитве с иноверцами, они собирались с этой целью отдельно по средам на своих собственных квартирах.