— Все еще сопротивляешься, достойно уважения, — пропела Ханна, открывая бутылку и поднося ее ко рту коммандера. Пить хотелось невыносимо, но Шепард лишь отвернулась, не желая прогибаться ни в чем. Женщина лишь скептически усмехнулась, качая головой.
— Мне от тебя ничего не нужно, — хрипло ответила девушка.
— Твой организм обезвожен, отказываться крайне глупо.
Капитан прекрасно понимала, что жидкость ей была необходима, поэтому после нескольких минут колебаний все же припала к горлышку бутылки, жадно глотая воду.
— Молодец, — довольно улыбнулась Ханна.
Шепард полностью осушила бутылку, чувствуя, как разлитая вода стекает по щекам и шее. Почувствовав облегчение, она откинулась на кушетку, коря себя за секундную слабость. Теперь женщина обрела некое подобие власти над ней. Тем временем в комнату вошла та же самая азари.
— Что вам нужно от всех этих людей? — спросила коммандер, с ужасом заметив, что шприц снова наполняется наркотиком.
— Тебе не обязательно это знать, — ответила контр-адмирал, подходя к кушетке.
— Не надо, пожалуйста, — взмолилась Шепард, но игла вновь мягко вошла ей в шею, а по телу снова растеклось знакомое обжигающее тепло. Лицо азари с черными затянутыми “вечностью” глазами — последнее, что видела коммандер, прежде чем погрузиться в забытье, полное ярких, но непонятных образов.
Отряд Гарруса потратил несколько часов на обследование поистине гигантского помещения со стеллажами. Ребята все же заглянули в капсулы, с ужасом разглядывая людей и азари, лежащих внутри.
— Эй, парни! Идите сюда! — позвала всех Шоу, добравшаяся до конца помещения. — Я нашла лифт.
— Блин, еще глубже, — посетовал подошедший Карлос. — Теперь я понимаю Шея.
— Я думаю, что внизу нас будут уже ждать, — сказал Гаррус. — Эспо, сможешь сделать так, чтобы двери раскрылись не полностью, и у нас была возможность укрыться в случае чего?
— Хм... — задумался парень, рассеяно почесывая подбородок, — думаю, это возможно.
— Тогда спускаемся, прячемся за дверями, бросаем гранату, в случае чего отстреливаемся, — отчеканил турианец. — Все просто и четко.
— Я думал, мы не хотим ранить солдат Альянса, — вставил Джей Ди.
— Верно, — кивнул Вакариан, — но не ценой жизни. В случае необходимости — огонь на поражение. Приказ Шепард.
— Ясно, — хором ответила команда, дожидаясь лифта.
Кабина была просторной, а спуск занял меньше минуты, в течение которой Эспозито судорожно копался в омни-туле. Когда они, наконец, достигли нижнего этажа, он проделал еще несколько манипуляций, и двери начали открываться, но с легким скрежетом остановились, давая достаточно места, чтобы отряд спрятался за ними.
Гаррус и Самин ловко закинули гранаты в противоположных направлениях, так как одной бы не хватило, чтобы охватить просторное помещение. Когда газ рассеялся, турианец осторожно выглянул из укрытия, убеждаясь, что его предположение было верным. Их действительно ждали и тут же обрушили шквальный огонь. Если бы не двери, то от отряда не осталось бы и мокрого места за считанные секунды. Именно поэтому наверху не было никого, солдаты устроили ловушку у самого лифта в надежде быстро расправиться с незваными гостями. Учитывая конструкцию их укрытия, доступ к стрельбе по противникам был лишь у турианца и девушки, потому что они были ближе к проходу, остальные прятались за дверьми, прижимая оружие к себе и надеясь, что двери достаточно крепкие, чтобы выдержать такой напор.
— Черт! Почему они не вырубилась? — крикнула Шоу.
— Похоже, они поумнели, — ответил Гаррус. — Защитили себя от газа. Придется устранить их.
— Как? Их много! Огонь не прекращается ни на секунду! Высунуться — это самоубийство! — послышались взволнованные реплики от отряда.
— Спокойно, — хмыкнул Вакариан, дернув мандибулами. — У меня есть для них сюрприз.
С этими словами турианец достал светошумовую гранату. Предупредив ребят “Зажмурьтесь и будьте готовы”, он кинул ее поближе к стрелявшим. Яркая вспышка озарила помещение, и раздался громкий хлопок, от которого даже у находящихся в лифте загудело в ушах, чего уж говорить о противниках. Огонь тут же прекратился. Выскочив из укрытия, Самин мгновенно перекатилась в сторону, давая Карлосу возможность присоединиться к перестрелке. Гаррус тем временем несколькими меткими выстрелами снял двоих солдат. Очереди Шоу и Эспо покончили еще с четырьмя стрелками, еще не успевшими опомниться. Наконец, оппоненты начали приходить в себя, что заставило девушку отпрыгнуть в сторону и укрыться за большим контейнером.
Осталось всего четыре вражеских солдата, но они были все еще дезориентированы, поэтому отстреливались очень вяло. Гаррусу не составило никакого труда снять незадачливого стрелка, пока тот пытался прицелиться в девушку, которая тем временем обошла с фланга еще двоих, несколько очередей покончили и с ними. Признаться, турианец надеялся, что последний решит сдаться или бежать, но он, словно одержимый, продолжал вести этот безнадежный для него бой.
— Сдавайся, и мы тебя не тронем! — предложил Вакариан, но тот лишь проигнорировал, продолжая отстреливаться.
