– Кстати, мы нашли его сейф, – сказала Содья, стараясь отвлечь его от самобичевания. – Хочешь взглянуть?
– Надо полагать, содержимое ты уже пересчитала?
– Естественно.
Фин что-то буркнул себе под нос.
– Раздели монеты на семерых. Не забудь добавить половину того, что ты украла. Вторую половину оставь себе – считай это комиссионными.
– Я ничего не…
– Брось, Содья, мы воры. Такова наша суть. И отрицать это – лишь тратить время понапрасну.
Содья презрительно хмыкнула.
– Нужно было взять больше, – проворчала она и после недолгой паузы добавила: – Неужели тебе даже неинтересно, сколько там было?
– Мне сейчас намного интереснее поговорить с Нэлдоном, а затем вычистить этот гадюшник. Ты видела, чем питалась эта тварь?
Девушка поморщилась:
– Я в курсе его кулинарных предпочтений и в наглядных примерах не нуждаюсь.
– Людьми, – продолжал Фин, словно не слыша ее. – Кажется… там был даже ребенок.
– Видимо, он ловил их в Пепельном квартале, – бесцветным голосом произнесла Содья. – Большую часть отдавал рабовладельцам. Но некоторым везло куда меньше.
– Рабовладельцы… вот кто дергает за все ниточки, да?
– Рабовладельцы и моя семья. Это рак, пожирающий Лукуру.
– Тиана Рокас, Данте Турано, Элар Кранак, Фиба Анабо и Брэддок Вэйлен. – Фин загнул пятый палец. – Мы должны уничтожить этих пятерых, которые управляют городом и распространяют всю эту мерзость.
– Ты по-прежнему хочешь, чтобы я тебе помогала?
– Речь уже не о том, кто кому помогает. – Фин выпрямился и сурово посмотрел Содье в глаза. – Отныне мы Пепельная банда. И всемером мы очистим этот город от грязи.
Итак, все планы Аннева пошли прахом: после внезапной стычки со смертью, зная, что среди дионахов действует предатель, он уже не мог вот так запросто уйти из Анклава и бросить друзей на произвол судьбы. Но и рассказать им о том, что случилось, тоже не мог. Во-первых, не хотел портить им настроение – они ведь только-только блестяще прошли Испытание восхождения, – а во-вторых, делиться своими подозрениями насчет Джаяра Ханиката, наставника Терина, не имея при этом веских доказательств, было неразумно. «И все-таки, – решил Аннев, – расскажу. Может, не сейчас, но расскажу обязательно».
Не успел он додумать эту мысль, как дверь его спальни затряслась от ударов чьих-то кулаков.
– Аннев! – проорал Терин. – А у нас новости!
– Мы прошли! – завопил Титус, хотя и не так громко, как друг. – Оба прошли, представляешь? Мы идем в столовую праздновать, давай с нами!
Аннев приоткрыл дверь, судорожно пытаясь придумать отговорку, чтобы никуда не ходить. Его ведь только что чуть не убили. Вдруг предатель попробует напасть снова, и тогда под угрозой окажется еще и жизнь этих двоих!
– В столовую? Так ведь поздно уже.
– Плевать! – выпалил Терин. – Титус теперь дионах, самый что ни на есть настоящий! Он даже может вывести нас из Анклава! Наконец-то город посмотрим!
Аннев удивленно поднял брови. Кажется, Терин напрочь позабыл, почему до сих пор им было запрещено покидать эти стены.
– Гляди-ка, дар речи потерял! – гоготнул Терин, по-своему расценив его молчание. – Наш дорогой мастер печали поражен, что Титус стал дионахом раньше его!
Щеки Титуса запылали от смущения.
– Ну и что тут такого? – промямлил он, стараясь не смотреть Анневу в глаза.
– Надо же, поздравляю! – выдавил наконец из себя Аннев и натянуто улыбнулся. – Здорово, что твои таланты наконец-то оценили по достоинству.
Белокурый малыш покраснел еще больше.
– Так ты с нами?
– А нас и правда выпустят? Разве вам не должны устроить какую-нибудь церемонию?
Терин махнул рукой:
– Это нас не остановит! И потом, брат Тим наверняка разрешит нам погулять, да и наши лидеры тоже.
– Ну хорошо, а как же руны забвения? – внезапно вспомнил Аннев. – Кого-нибудь из вас им обучили? Если нет – мы не сможем найти дорогу назад.
Энтузиазм Титуса тут же испарился.
– Я должен их как раз на этой неделе проходить…
Тут Терин щелкнул пальцами.
– А мы попросим брата Тима составить нам компанию! Он устроит нам экскурсию – то-то повеселимся! – Он хихикнул. – Если, конечно, Мисти его отпустит.
Аннев закусил губу. Что же делать? Он обернулся и задержал взгляд на картине, которая едва его не убила. Он планировал как следует осмотреть ее – вдруг обнаружит какое-нибудь указание на личность убийцы, – однако, когда он воспользовался жезлом, чтобы разрушить заклинание, остатки глифов полностью исчезли с мантий изображенных мужчин, а больше изучать было нечего. Подавив вздох сожаления, Аннев неохотно переступил порог комнаты и запер дверь на ключ.
– Но лучше вернуться пораньше, – наставительно произнес он.
– Чушь собачья, – отозвался Терин и хлопнул его по спине. – Это ж наша первая вылазка за… да за всю нашу жизнь первая вылазка! Банока мы, считай, не видели, а из Лукуры пришлось уносить ноги. В кои-то веки у нас есть шанс погулять по настоящему городу – и я этот шанс не упущу!
