– Я расплел глифы, чтобы увидеть нить магии – след таланта крови того, кто их создал, – пояснил Аннев. – Эта нить оказалась связана с Холиоком, и меня выкинуло из фальшивого воспоминания в его разум… Холиок во всем признался.
– Мы знаем, – мягко сказала Мисти. – Поняли из того, что ты бормотал.
– Я говорил во сне? – удивился Аннев.
– Транс – это не сон, – поправил его Тим.
– Хотя со стороны человек в трансе действительно похож на спящего, – добавила Мисти. – Когда мы поняли, что Холиок виновен, Рив приказал взять его под стражу.
– Он сопротивлялся?
– Что ты, он еще даже не проснулся. – Она бросила красноречивый взгляд на мужа, который приготовился что-то сказать, и тот прикусил язык. – Сейчас не время для всех этих тонкостей, дорогой. – Мисти снова повернулась к Анневу. – Холиок пребывал в глубоком трансе, как и ты. Мы не стали будить вас насильно, ведь это могло бы вызвать необратимые повреждения разума и психики, и решили, что станем вмешиваться, только если ты окажешься в опасности. Холиока заперли в камере, а тебя оставили в нашей спальне.
Тут только до Аннева дошло, что находятся они вовсе не в спальне Маккланаханов, а в какой-то крошечной комнатушке, в обычное время явно пустующей. На каменных стенах юноша заметил какие-то глифы, и ему стало не по себе.
– А это… тоже камера? – спросил он, хотя ответ казался очевидным.
Мисти кивнула и посмотрела на мужа:
– Расскажем ему?
– Думаю, лучше показать, – произнес Тим и тронул Аннева за плечо. – Идем.
О том, что когда-то эта комната служила Маккланаханам спальней, напоминало лишь истлевшее одеяло да сундук для одежды, черный от сажи. Остальное убранство – кровать, книги, стол и стулья – превратилось в гору пепла.
От едкого запаха гари першило в горле. Аннев медленно провел носком по оплавленным камням у себя под ногами и понуро опустил голову:
– Простите меня.
– Ты не виноват, – произнесла Мисти, которая тут же возникла рядом. – Ты ведь не знал, что делаешь. И понятия не имел, что творится в физическом мире.
– Это моя вина. – Тим сокрушенно покачал головой. – Нужно было перенести тебя в другое место сразу после того, как ты установил контакт с Холиоком – или даже раньше, – но я решил, что это место ничем не хуже любого другого. Я думал… впрочем, какая разница. Это все моя вина. Прости, – добавил он, обращаясь не только к Анневу, но и к Мисти.
– Мы не могли знать, что все так обернется, – сказала Мисти, обнимая мужа за плечи. – Никто из вас не виноват.
Аннев, в отличие от нее, испытывал в этом некоторые сомнения. Находясь в трансе, он призвал Длань Кеоса – действительно пожелал ее присутствия – и с ее помощью обрушил пламя на чертоги разума Холиока, думая, что реальный мир от этого не пострадает. Как же он ошибался!
– А как… – Он нервно сглотнул. – Как вам удалось меня остановить?
– Когда рука у тебя начала светиться, мы тут же позвали нескольких братьев, и те некоторое время сдерживали огонь с помощью заклинания-щита. Но потом… щит лопнул. Почему – понятия не имею, этого просто не должно было случиться! В итоге пламя прорвалось наружу, и кровать заполыхала. Рив оставил Ханиката следить за Холиоком, а сам примчался сюда. Он отогнал огонь в тот угол – поэтому книжный шкаф и сгорел, – и мы смогли наконец спустить тебя в камеру. Все прошло идеально. Вернее, почти идеально. – Он окинул взглядом почерневшие стены и пожал плечами. – Все книги можно восстановить. Большинство из них есть в библиотеке, а остальные – вот тут. – Тим постучал себя пальцем по лбу. – У меня неплохая память.
Аннев кивнул и вдруг вспомнил о сундучке, который забрал у Холиока.
– Вы вернули Шраону воспоминания? Он поправится?
– С ним все будет хорошо, – заверила его Мисти. – Я лично провела операцию, под надзором Рива. Через несколько дней Шраон станет прежним, уверяю тебя.
Услышав это, Аннев почувствовал себя так, словно с его плеч свалился тяжкий груз. Его мысли вернулись к уничтоженной огнем спальне.
– Но почему… почему я не пострадал?
– Хороший вопрос, – ответил Тим. – Вокруг тебя плясали языки пламени, однако они не причиняли тебе никакого вреда. Даже не знаю почему. Мы заключили тебя в шар из влаги небесной и таким образом спустили в камеру. – Он хихикнул. – А знаешь, что самое забавное? Едва ты там очутился, как огонь унялся. Сам по себе. Зато начались проблемы с Холиоком.
Его лицо снова сделалось серьезным.
– Какие проблемы? – спросил Аннев.
Тим кашлянул, прочищая горло, и ответил:
– Пока Рив помогал нам справиться с огнем, Ханикат находился с Холиоком…
– Это я помню. И что случилось?
– Ханикат его убил.
Прозвучало это столь невероятно, даже нелепо, что смысл сказанного не сразу дошел до Аннева.
– Ханикат? – переспросил он, изумленно уставившись на дионаха. – Убил Холиока?
– По крайней мере, выглядит это именно так.
– Характер смерти говорит о том, что нападение совершил сокрушитель духа, – добавила Мисти. – К тому же Ханикат сбежал из Анклава.
– Но… зачем ему это?
– Мы не знаем, – ответила Мисти, а Тим молча развел руками. – Есть предположение, что они действовали сообща… и, к сожалению, оно не лишено смысла.
